Страница 25 из 121
Всё оказалось гораздо хуже, чем я себе представляла. Виктория оказалась жертвой чужого
коварства. Слава Богу, она ни в чём не виновата. Но она, то есть теперь я, в серьёзной
ловушке. Если я буду следить за своим мужем — он никогда меня не простит. Если я не буду
этого делать — он тоже меня не простит, потому что не поверит.
Так как же мне выкрутиться? Попробовать снова сбежать? Или же попытаться довериться Игорю
Степановичу и всё ему рассказать? Не упоминая, что я душа из другого мира, конечно же,
рассказать о потере памяти, об угрозах этого человека. А вдруг он поверит?
Сердце затрепетало от вспыхнувшей надежды, но её тут же погасила другая мысль. А если нет?
А если не поверит? Нет, не стоит спешить.
Насколько я понимаю, месяц впереди у меня ещё есть. А за месяц можно сделать многое.
Например, убедить Игоря Степановича, что я не чудовище, и что мне можно верить. Или же найти
путь к побегу. Или же разоблачить Горбунова Алексея Петровича.
Должен быть выход. И я его найду.
В этот момент перед глазами что-то вспыхнуло. Из памяти с огромным трудом выползла туманная
картина.
Я, то есть Виктория, прогуливается по какому-то парку. У неё хорошее настроение, какие-то
радужные мечты. Навстречу ей идёт Игорь Степанович, и он улыбается. Выглядит моложе, свежее,
в глазах нет привычной ненависти. Он останавливается около Виктории, протягивает руку,
хватает её пальцы и волнующе целует их. Виктория подрагивает от радости. Когда Игорь
Степанович отпускает её, их взгляды встречаются. В этот момент я понимаю, что между молодыми
людьми существует чувство. Да, они симпатизируют друг другу. Между ними взаимное притяжение.
Я выныриваю из этого видения-воспоминания — и понимаю такую вещь: было время, когда мой муж
любил Викторию Николаевну, которую теперь люто ненавидит.
Любил. А значит — есть шанс что-то изменить.
Он есть…