Владычица Авалона

— Я – не деревенская знахарка, я – жрица Великой Богини, и связать твою волю я не могу – это идет вразрез с моими собственными клятвами.. И однако ж, сдается мне, что на тебя и впрямь были наложены нерушимые узы. Самими богами, – продолжала она, – еще до того, как мы повстречались вживую.

— Это когда я увидел тебя среди шторма? – отозвался Караузий. Выражение лица его снова изменилось; он не смеялся, нет – в глазах его отражались чувства куда более глубокие, едва ли не ужас. И снова Диэрна испытала странную боль – на сей раз еще острее, как если бы в сердце вошел нож. В ходе обряда она различала в его лице лицо совсем иное – моложе, с римскими чертами, и волосы как у римлянина.. Верховная жрица знала, что в той жизни он был священным королем. «А кем же была она сама – в другой жизни, давным-давно?»

— А как женщина из плоти и крови может ходить по волнам?

— Мое тело пребывало в трансе – ты видел мой дух, который способен покидать тело и уноситься на далекие расстояния: этому учат Таинства Авалона.

— Друидическая волшба? – подозрительно спросил он.

— Мудрость, которую хранят друиды, переняв ее от тех, кто пришел задолго до них, из-за моря, из Затонувших земель. Все то, что осталось от этого знания, хранит моя священная сестринская община. Авалон по сей день обладает немалой силой, – добавила она, – силой, которая оказалась бы для тебя великим подспорьем при защите этой страны. С нашей помощью ты сразу узнавал бы о набеге пиратов и немедленно выходил бы им навстречу, как только они повернут домой.

— И как же я получу эту вашу помощь? – Губы его горестно изогнулись. – Я все время в море, мотаюсь то вдоль побережья, то через Пролив; мои обязанности призывают меня то туда, то сюда. Ты же не сможешь все это время быть бесплотным духом, поддерживая меня советом!

— Это верно: в моем собственном мире у меня есть обязанности не менее важные и обременительные, чем твои. Но если бы с тобою рядом находилась одна из моих сестер, она бы помогала тебе в делах повседневных, и всякий раз, когда потребовалось бы большее усилие, мысленно говорила бы со мною, как дух с духом. Я предлагаю союз, а чтобы скрепить его, я отдам тебе одну из моих жриц.

Караузий покачал головой.

— В армии не позволяется держать при себе женщину..

— Она станет твоей женой, – перебила Диэрна. – Мне говорили, ты холост.

Караузий заморгал, его загорелое лицо потемнело еще больше, вспыхнув жарким румянцем.

— Но я военный, я на службе.. – беспомощно пробормотал он. – А кого ты мне назначила?

Верховная жрица облегченно выдохнула про себя.

— Ты отвык, чтобы тобой командовали, и я кажусь тебе деспотичной и властной, – улыбнулась ему Диэрна. – Я все понимаю. Но я забочусь о твоем же благополучии – и о благоденствии этой земли. Девушка, которую я думаю тебе вручить – это Телери, дочь Эйддина Минока. Она достаточно высокого рода – это достойный союз; кроме того, она красива.

— Та, что в ходе вчерашнего обряда несла в руках факелы? – переспросил Караузий. – Она и впрямь очень хороша собой, но я с ней и двумя словами не обменялся.

Диэрна покачала головой.

— Я не стану принуждать ее к этому союзу против ее воли. Когда я получу ее согласие, я поговорю с ее отцом – и пусть все думают, что вы с ним договорились об этом браке обычным порядком.

Телери, скорее всего, будет жаль покидать Авалон, подумала про себя жрица, но она наверняка оценит возможность стать законной супругой и спутницей человека, облеченного такой властью, наделенного такой силой. Диэрна окинула взглядом адмирала – его широкие плечи, его могучие, чуткие руки, – и пульс ее непроизвольно участился. Жаль, что им не довелось сойтись у костров Белтайна!

Но Телери моложе и куда красивее. Она, Диэрна, станет исполнять свой долг на Авалоне, а Караузий обретет счастье в объятиях Телери.

Небо постепенно заволакивали облака. Телери отерла лоб покрывалом и всей грудью вдохнула спертый воздух. На обратном пути к Венте Белгарум в конных носилках немилосердно укачивало – грунтовая дорога была вся в колдобинах и рытвинах. Девушку слегка подташнивало, а тут еще эта духота. Телери знала: легче не станет до тех пор, пока напряжение не схлынет, пролившись дождем.

По крайней мере, назад Телери ехала вместе с Диэрной. Она украдкой глянула на Верховную жрицу: та сидела неподвижно, невозмутимо, с закрытыми глазами, словно погрузившись в себя. Когда Порт Адурни остался позади, девушка возликовала: они наконец-то возвращаются на Авалон! Но чем дольше молчала Диэрна, тем больше нервничала Телери.

На полпути к Клаузенту они объехали отряд солдат, которые выравнивали полотно дороги и укладывали камень. Отсюда и далее дорога была засыпана гравием, теперь укачивало не так сильно. Словно разбуженная этой переменой, Верховная жрица наконец-то встрепенулась.

Телери попыталась было заговорить с ней, но Диэрна опередила послушницу:

— Ты прожила с нами на Авалоне больше двух лет. Скоро ты сможешь принести обеты жрицы, если того пожелаешь. Счастлива ли ты здесь?

Телери недоуменно воззрилась на Верховную жрицу.

— Счастлива? – наконец выговорила она. – Авалон – дом сердца моего. Сдается мне, нигде и никогда не была я счастлива так, как с вами! – Конечно, ей случалось порою подосадовать на жесткую дисциплину, но все равно на Авалоне куда лучше, нежели томиться взаперти в отцовском дому – как птица в клетке!

Диэрна кивнула, но глядела она как-то невесело.

— Я прилежно училась, – промолвила Телери. – Разве жрицы мною недовольны?

Суровое лицо Диэрны смягчилось.

— Довольны, конечно. Ты прекрасно себя показала. – Повисла пауза. – А что ты видела, когда мы благословляли крепость?

В первый момент Телери растерялась. Затем заставила себя мысленно вернуться в подзвездные сумерки, на поле, озаренное светом факелов.

— Мне кажется, мы пробудили могучую силу. У меня мурашки побежали по коже.. – Она нерешительно посмотрела на Диэрну.

— А командующий флотом, Караузий – что ты о нем думаешь?

— Мне кажется, он сильный.. опытный и надежный.. и, наверное, добрый, – медленно протянула девушка. – Я так удивилась, когда ты потребовала его кровь для благословения земли.