Владычица Авалона

Говорили, что после Белтайна станет полегче. Вивиана, глядя на свой непомерно раздувшийся живот, охотно соглашалась: ведь именно в этом месяце ей предстояло рожать. Но до того, как потеплело и в небе засияло солнышко, пришла болезнь – изнурительный жар, и тошнота, и ломота в мышцах: все то, что у стариков или слабых, – а таких было множество, – так легко переходило в легочный жар и сводило их в могилу.

Умер Нектан, и друиды избрали Талиесина его преемником. Умерла и старуха Елена – не то чтобы неожиданно; но когда за ней последовала Юлия, все испытали настоящее потрясение. Расхворалась и малышка Игрейна: она требовала, чтобы за ней ходила ее сестра и никто другой; но едва девочка оказалась вне опасности, как Вивиана ощутила первые симптомы того же недуга.

Вивиана дрожала у огня, не в силах согреться, и размышляла, какое из травяных снадобий выпить, не подвергая опасности ребенка, когда открылась дверь и вошла ее мать. На ее плаще и в волосах поблескивали капли дождя. Среди темных прядей проблескивали серебряные нити, но в случае Аны они казались украшением, а не признаком старости. Она отряхнула плащ, повесила его на крючок и повернулась к дочери.

— Как тебе можется, дитя мое?

— Голова раскалывается, – угрюмо буркнула Вивиана, – и желудок ничего не принимает – если бы, конечно, у нас нашлось хоть что-то съедобное.

А вот мать выглядит очень даже цветущей и упитанной, подумала про себя молодая женщина. С приходом беременности ее обвисшая грудь снова туго налилась; и хотя живот ее округлился, она еще не достигла той громоздкой неуклюжести, как Вивиана, ощущавшая себя котлом на ножках.

— Надо подумать, чем тебе помочь.. – начала было Ана, но Вивиана помотала головой.

— Когда заболела Игрейна, тебе было не до нее. Так на меня-то зачем время тратить?

Ана вспыхнула до корней волос, но голос ее звучал спокойно и ровно:

— Игрейна требовала тебя, а я ходила за Юлией. Богине ведомо, нынешней кошмарной весной у нас у всех работы невпроворот.

— Что ж, нас, во всяком случае, предупредили загодя, спасибо и на том. Приятно, наверное, ощущать себя истинной пророчицей!.. – Вивиана прикусила язык, ужаснувшись собственным ядовитым словам, но она настолько устала и измучилась, что от обычной ее сдержанности не осталось и следа.

— Это страшно и больно! – рявкнула ее мать. – Кому и знать, как не тебе! Но тебе недужится, и ты сама не понимаешь, что несешь.

— Или я просто так устала, что мне уже все равно, – отозвалась Вивиана. – Матушка, ступай прочь, пока я, чего доброго, не наговорила такого, о чем обе мы пожалеем.

Мгновение Ана неотрывно глядела на нее, а затем присела рядом.

— Вивиана, что это за разлад между нами? Мы обе носим в себе новую жизнь – нам бы радоваться вместе, а не пытаться порвать друг дружку на тряпочки.

Вивиана выпрямилась и потерла себе спину: раздражение брало верх над здравым смыслом. Она внушала себе, что расстроить беременную женщину легко; однако ж одна только мать умела довести ее до белого каления. Вот и сейчас Вивиана свету невзвидела от ярости.

— Вместе? Я тебе дочь, а не сестра! Тебе пристало ждать того дня, когда ты станешь бабушкой, а не самой рожать! Ты обвиняла меня в ревности, но, по-моему, все как раз наоборот! Как только ты узнала, что я понесла, так взяла и поскорей забеременела сама!

— Совсем не поэтому.. – начала было Ана.

— Я тебе не верю.

— Я – Владычица Авалона, и никто не дерзнет усомниться в моих словах! А ты – своенравная упрямица, которую и в жрицы-то посвящать не следовало! – В глазах у Аны потемнело – теперь и она в свою очередь дала волю гневу. – А с чего ты взяла, что из тебя хорошая мать получится? Да ты посмотри на себя! Даже в мои годы я покрепче тебя буду! И ты еще рассчитываешь родить здорового ребенка?

— Не говори так! Не смей! – пронзительно закричала Вивиана: мать озвучила худшие ее страхи. – Ты желаешь мне зла – сейчас, когда я уже на сносях? Или, может, уже пожелала? Или тебе не достаточно, что ты забираешь себе все внимание и всю заботу остальных? Ты выпила силы из моего ребенка, чтобы выносить своего?

— Ты с ума сошла! Как бы я могла..

— Ты – Владычица Авалона! Откуда мне знать, какие заклинания тебе ведомы? Но с того самого дня, как ты зачала, мне нездоровится, я слабею и чахну! Ты отдалась Охотнику. Какой властью Он наделяет ту, что носит Его семя в своем чреве?

— Ты обвиняешь меня в том, что я преступила свои клятвы? – В лице Аны не осталось ни кровинки.

— О, я уверена, что все это делалось с самыми благородными намерениями. Ты пожертвуешь кем угодно и чем угодно ради собственных представлений о том, в чем якобы состоит воля богов! А теперь выслушай мою клятву, матушка! Меня ты не принесешь в жертву – и не повредишь моему ребенку!

Ослепленная яростью, молодая женщина напрочь позабыла про ломоту и боль. Ана что-то отвечала, но Вивиана уже ничего не слышала. Она сдернула с вешалки свой собственный плащ и хлопнула дверью.

Когда-то давно Вивиана бежала куда глаза глядят, но сейчас Авалон и впрямь превратился в остров. Молодая женщина вскочила в первую же попавшуюся лодку и шестом оттолкнулась от берега. Во время беременности она так погрузнела, что устоять на плоскодонке оказалось неожиданно трудно, да и шест плохо ее слушался, но назад Вивиана не повернула. В прошлом она часто лечила и выхаживала соплеменников Цапли – наверняка они согласятся ее приютить!

Дождь почти перестал, но на болотах лежал густой туман. Дыхание стылого, сырого ветра холодило повлажневший от напряжения лоб: сейчас Вивиана была не в лучшем состоянии для гребли. Вскоре поясница заныла еще сильнее, чем прежде. Постепенно гнев, что погнал ее прочь от Авалона, иссяк – сперва сменившись нетерпением добраться до противоположного берега, а потом и страхом. С тех пор, как Вивиана в последний раз применяла магию, прошло много месяцев. Повинуются ли туманы ее зову?

Она осторожно выпрямилась – здесь, на глубине, посох не доставал до дна, и она скорее гребла, чем отталкивалась, – и воздела руки. Непросто было отрешиться от себя самой, так яростно боровшейся за свое дитя, и от гнева на мать, но на краткое мгновение у Вивианы все получилось: она резко опустила руки и выкрикнула Слово Силы.