Страница 135 из 163
— Владычица Жизни, помоги мне, ибо без Тебя я не смогу добраться до Авалона. Покажи мне дорогу.. Дай мне понять, – прошептала девушка, и тут же, понимая, что речь идет не о взаимообмене, но о бесспорной данности, добавила: – Отдаюсь на милость Твою, вверяюсь Твоей воле..
Вивиана поудобнее уселась на бревне, опустив руки ладонями вверх на колени. Для начала нужно обрести внутреннее равновесие. Она сделала вдох, задержала дыхание, медленно выдохнула – и вместе с воздухом отринула все мятущиеся мысли, отвлекающие ее от цели. Вдох-выдох.. она повторяла последовательность, считая про себя, направляя поток сознания внутрь, нежась в покое безвременья.
Когда в голове осталась одна-единственная мысль, Вивиана вдохнула поглубже – и направила разум вниз, глубоко в почву. Здесь, на болотах, это было все равно, что погрузиться в воду – не оказаться в тисках твердого камня, как на Торе, но окунуться в текучую, зыбкую породу, сквозь которую остается только плыть. Но хотя глубины эти были неустойчивы и шатки, они полнились силой. Вивиана впивала в себя эту силу через корни, выпущенные в землю духом, вытягивала ее наверх жгучим потоком – пока мощная струя не забила из ее головы прямо к небу.
В первые мгновения восторга девушке померещилось, будто душа уже покидает тело, но все ее существо привычно обратило неодолимую реку вспять, сила хлынула вниз по позвоночнику и впиталась в землю. И снова фонтаном взметнулась ввысь, но на сей раз Вивиана встала, выпрямилась в полный рост и воздела руки – и древняя мощь, трепеща, растеклась по ее телу. Постепенно поток превратился в вибрирующий отзвук – в столп силы от земли к небесам – а сама Вивиана была лишь проводником от одного к другому.
Руки ее опустились, протянулись вовне, а вместе с ними и дух раздался вширь, охватывая мир до самого горизонта. Вивиана ощущала все, что есть вокруг – озеро, луг и болото, вплоть до холмов и моря – как тени света в пределах ее видимости. Туман подвижным, изменчивым покрывалом застлал ее восприятие, холодя кожу, пульсируя силой. Все еще не открывая глаз, девушка медленно повернулась лицом к белесому мареву и всю свою жажду, всю нужду свою вложила в безмолвный зов.
Туман накатил громадной серой волной, затопив и луг, и болото, и само озеро, пока Вивиане не показалось, что в целом мире осталась только она одна. Девушка открыла глаза: ничего не изменилось. Земля лежала темной тенью под ее ногами; впереди чуть колыхалась вода. Она на ощупь двинулась вперед, пока сквозь белесое марево не проступил длинный силуэт плоскодонки – размытый и бледный, словно туман вытянул из нее не только краски, но и самую сущность.
Однако ж даже ее измененному восприятию лодка показалась вполне осязаемой; когда же девушка вошла в нее и оттолкнулась шестом, плоскодонка знакомо накренилась, выплывая на глубину. Спустя мгновение-другое темные очертания берегов исчезли. Теперь Вивиана лишилась последней опоры – твердой земли, и утратила всякое чувство направления: в мутной хмари не за что было зацепиться смертному взору. Что ж, выбор за ней: просидеть так до рассвета, когда ветер с земли разгонит туманы – или попытаться пробиться сквозь туманы на Авалон.
Вивиана принялась вызывать из глубин памяти заклинание. Ее учили, что для каждого, кто им пользуется, оно немного отличается – а порою меняется еще и всякий раз, как к нему прибегают. Роль играли не слова как таковые, но сущности, к которым слова подбирали ключи. Недостаточно было просто проговорить заклинание: слова служили только мнемонической подсказкой: благодаря им начинал преображаться дух.
Вивиана представила себе гору, в определенном свете похожую на фигуру спящей богини. Представила себе Грааль – сам по себе он самая обыкновенная чаша, пока не посмотришь на него глазами духа. Что такое туман, когда он не просто туман? Что есть преграда между мирами?
«Нет никакой преграды..» – вторглась в ее сознание нежданная мысль.
— Что такое туман?
«Нет никаких туманов. Это просто иллюзия».
Вивиана задумалась. Если туман – это иллюзия, тогда как же быть с землей, которую он скрывает? Неужто Авалон – это наваждение, морок? – или, может статься, иллюзорен христианский остров? Возможно, ни то, ни другое не существует за пределами ее сознания, но тогда что такое «я», их вообразившее? Мысль следовала за иллюзией по бесконечной спирали абсурда, на каждом повороте теряя связность: границы, с помощью которых люди очерчивают бытие, стирались одна за другой.
«Нет никакого “Я”..»
Мысль, что еще недавно была Вивианой, затрепетала в преддверии распада. Некое шестое чувство подсказывало, что в этой тьме и утонула Анара. Значит, это и есть ответ – и ничего не существует?
«Нет ничего.. и есть Все и Вся..»
— Кто Ты? – воззвал дух Вивианы.
«Твое “Я”..»
Ее «Я» – это ничто, тусклая искорка на грани исчезновения; и тут – в тот же миг, или мгновением раньше или позже, ведь Времени здесь не существовало – ее «я» влилось в Божественное Начало, стало лучезарным светом, заполонившим все сущности. В момент вечности без начала и конца она оказалась причастна к этому упоению восторга.
А затем, словно лист, недостаточно легкий, чтобы парить на ветру, она рухнула вниз, и вовнутрь, вновь вбирая в себя все утраченные составляющие. Но Вивиана, которая вернулась в плоть, была уже не совсем той, которую исторгли из тела силой. А пока она переосмысливала себя, к ней вернулся голос, и она вслух пропела заливистое заклинание перехода, и с его помощью переосмыслила мир.
Еще до того, как расступились туманы, Вивиана поняла, что сделала. Нечто подобное ей уже доводилось пережить: некогда она выбралась из непролазной чащи, уверенная, что идет не туда, и вдруг, между первым и вторым шагом, почувствовала, как в сознании что-то сдвинулось, и поняла, куда лежит ее путь.
Впоследствии, гадая про себя, как это ей удалось преуспеть там, где потерпела неудачу Анара, Вивиана решила про себя, что, по-видимому, за пять лет борьбы с матерью она так закалила характер, что ее «Я» смогло противостоять даже прикосновению Пустоты. Но понимала она и то, что зазнаваться не стоит: ведь некоторые из тех, что сгинули во время испытания, на самом деле были так близки к Божественному Началу, что души их воссоединились с Ним, не думая, не рассуждая, так же, как капля воды становится частью моря.