Страница 136 из 163
Восторг этого единения еще недавно ощущался так живо, что, стоило ему угаснуть, и Вивиана не сдержала слез. Внезапно сердце у нее сжалось от боли: она вспомнила, как плакала, когда мать отослала ее прочь с Нейтеном. До сих пор она не разрешала себе возвращаться мыслями к тому дню.
— Госпожа.. не оставляй меня одну! – прошептала девушка, и эхом пришло осознание: «Я тебя не оставляла; я тебя никогда не оставлю. Пока длится жизнь и за пределами жизни, я – здесь, рядом..»
Но если внутренний свет померк, то туманы переливчато замерцали, поредели, и в следующий миг Вивиана вырвалась в слепяще-яркий солнечный свет.
Она оторопело заморгала: золотые блики играли на воде, и на светлом камне построек, и на зеленой траве Тора; девушка твердо знала, что во всех мирах не найдется зрелища прекраснее. Послышался чей-то крик; она затенила глаза рукой и узнала светлые кудри Талиесина. Девушка окинула взглядом склон, выискивая мать, и снова вся сжалась от внутренней боли. Талиесин высматривал ее – вероятно, с того самого момента, как она ушла. А матери, выходит, даже теперь все равно, преуспела Вивиана или потерпела поражение?
А в следующий миг девушка воспряла духом: она вдруг поняла, что мать ее прячется, поскольку не готова признаться ни себе самой, ни кому-либо еще, как ей важно, чтобы старшая из ее выживших дочерей благополучно возвратилась домой.