Суженая на замену

— У тебя жар? — Дастин коснулся моего лба.

— Возможно, — я поставила стакан на стол и понизила голос. — Бастиан увидит… или услышит.

— Полагаешь, он не знает?

Ну таки знать, что у вас одна жена на двоих, имеющая право спать с вами обоими когда ей заблагорассудится, — дело одно. А обжиматься с одним мужем… вернее, пока ещё женихом под самым носом у второго — совсем другое. Не спорю, Бастиану ничего нигде не жало, когда Дастин нас в одной постели застукал, но… мне было неловко. Что тогда, что сейчас.

Правда, нынче желания плотские неловкость и страх быть пойманными на горячем одной левой уделывали.

Пальцы Дастина провели по коже, спустились со лба на висок, соскользнули на щёку, а после на подбородок. Он наклонил голову, одновременно поднимая моё лицо. Я потянулась навстречу, коснулась губами губ. Сначала легко, едва ощутимо, потом настойчивее. Пальцы вернулись на щёку и переместились на затылок, запутались в волосах, а я обвила шею Дастина руками, прижалась.

А целуется он иначе, не так, как брат. Бастиан целует напористо, словно надеется штурмом взять да поскорее, а Дастин и сейчас сдержан, осторожен, будто напугать опасается.

Ясения, может, и испугалась бы, а мне бояться как-то не по чину. Тем более того, о чём я сама уже битых полчаса фантазирую. И даже мысли, что только совсем наивный человек не догадается, чем мы тут занимаемся, не мешали.

Ровно до момента, пока не зашелестела отодвигаемая рывком занавеска. И меня словно водой ледяной окатили, потушив бушующий внутри пожар.

Я вздрогнула, прервала поцелуй и глянула поверх плеча Дастина на взиравшего на нас Бастиана.

Ой, что сейчас будет…

Или ничего не будет?

Как и брат в спальне столичного особняка, Дастин и бровью не повёл. Отстранился неспешно, обернулся, посмотрел невозмутимо на Бастиана. Тот переводил задумчивый взгляд с меня на брата и обратно, но устраивать сцену ревности не торопился.

— Освежилась? — поинтересовался наконец.

— Да…

Бастиан подал руку. Я покосилась на Дастина и шагнула к Бастиану, приняла руку. Он дёрнул меня на себя и, когда я едва не упала ему на грудь, поцеловал. Ну вот как обычно целует, с места в карьер, жадно и нетерпеливо.

Что же он творит-то⁈

Что… творят они?

Лёгкое, скользящее прикосновение к спине, и это точно не Бастиан. Его руки на моей талии и, судя по ощущениям, намереваются опуститься ниже, а не выше.

За прикосновением последовал поцелуй в оголённое плечо. Один, другой, третий…

Странно ощущать, что тебя целуют сразу двое мужчин, прикасаются к тебе, и ты как-то особенно остро чувствуешь их обоих рядом, жар их тел и огонь в собственном.

И безумно.

Безумно волнующе.

И, признаться, возбуждающе.

Даже чересчур.

А потом…

Потом Бастиан отступил от меня. И Дастин выпрямился. Правда, руку с моей спины не убрал, и прикосновение это обжигало и через два слоя ткани.

— Если ты освежилась, то давай продолжим, — Бастиан с абсолютно невозмутимым лицом указал на подиум позади. Можно подумать, он не целовал меня только что так, что ноги у меня вполне себе натурально подкашивались.

— Что… продолжим? — выдавила я резко севшим голосом.

— Мне бы хотелось закончить эскизы сегодня, чтобы не задерживать тебя без нужды.

— А, эскизы… да-да, конечно, — я кашлянула в попытке прочистить горло и глянула на Дастина. Руку он отвёл и, улыбнувшись мне ободряюще, вернулся к кушетке.

А ты о чём подумала, Алечка? Что вы прямо тут оргию на троих устроите, в месте почти что общественном и не самом удобном? И всё под носом у Маттео?

Зато, полагаю, на этом мучающие меня вопросы касательно первой брачной и всех последующих ночей можно закрыть.

* * *

Совместными усилиями заказ был выполнен и сдан на руки двум кожевникам, явившимся забрать ларец с заряженными огнёвками и заплатить за работу. Наименование выполненной услуги и полученная сумма внесены в гроссбух, как показал Дастин. Он же предложил не заводить другую книгу, но пользоваться старой, а новую начать в новом году. Заодно уж и цены будет с чем сверять.

Я просмотрела список услуг, оказываемых мастерской в последний год, и сделала несколько мысленных пометок, но нынешняя реальность такова, что мы не могли предложить что-то ещё, помимо несложного ремонта и зарядки. Для изготовления артефактов не хватало инструментов, материалов, магов-артефакторов и денег, чтобы оплатить первые три пункта.

Одного Антонио маловато будет.

А Саши не артефактор. Как выяснилось опытным путём, он вообще не разбирался ни в чём в частности. Среди магов-аристократов подобное случалось сплошь и рядом — многие имели мало возможностей для реального применения дара на практике и потому зачастую ни учились как должно, ни обзаводились специализацией. Они умели управлять собственным даром, и только, а большего от них не требовалось.

Через два дня от одной из лавок пришёл заказ на зарядку четырёх огнёвок.

Затем из другой на две.

Потом Антонио позвали в мясную лавку, посмотреть большой ледник, где хранились туши. Оплату за этот выезд я оставила Антонио — всё-таки пригласили конкретно его как артефактора и деньги ему тоже нужны, пусть бы он жил по-прежнему на нашей вилле.

После был мелкий ремонт то одного артефакта, то другого. Количества их достаточно, чтобы Антонио справлялся в одиночку, не считая Саши на подхвате, но чем чаще к нам приносили волшебную бытовую технику, тем острее назревала нужда в других работниках.

Трудоустраиваться в мастерскую никто не спешил.

Зато на вилле Аллиа начали появляться новые слуги. Нанимала их не я и даже не Инид, но Сандра, озабоченная тем, как её сыновья будут жить в этаких стеснённых условиях, ни порядка должного, ни прислуги. Сами сыновья происходящим в месте будущего обитания интересовались на редкость мало: Дастин чаще заглядывал в мастерскую, помочь где словом, где делом, и по-прежнему платил по нашим счетам, а Бастиан писал мой портрет. Позировала я ещё дважды, но Дастин больше меня не сопровождал и при работе художника не присутствовал. От комментариев по поводу того первого вечера все воздерживались, я в том числе. Я рада, что женихи не намерены соперничать и делить невесту и своё место в очереди в супружескую спальню, однако думать о первой брачной ночи стало сложнее. Вроде и представляешь точнее, чего ожидать, и предвкушаешь в некоторой степени, и одновременно как-то… мандражируешь, что ли. И хочется, и колется, и доктор не велит…

Я ездила на примерки.