Суженая на замену

Глава 22

Вместо ответа я посмотрела на Дастина. Он-то должен знать точно, что подобает молодому лорду, а что нежелательно. Всё же помочь раз-другой на добровольной основе это одно, а идти работать на постоянку несколько другое.

Дастин едва заметно качнул головой и перевёл взгляд на друга.

— Саши, ты серьёзно? — уточнила я настороженно.

— Да. Отчего нет?

— Может, оттого, что ты благородный кейр, а в места вроде моей мастерской идут… должны идти кейры… невысокого рода? — я глянула поверх его плеча на проём позади и понизила голос. — И ты же понимаешь, какая здесь будет оплата? Могу ответить сразу и честно. Низкая. И, скорее всего, не сразу.

— Я не нуждаюсь в деньгах, — Саши помотал головой с недоумением человека, обеспеченного с рождения и потому равнодушного к финансовой сфере.

— И… Розалин всего лишь помогает мне. Одноразово. Она не будет приходить сюда постоянно.

Как я и думала, зарядка огнёвок к романтике и сближению двух сердец не располагала. Если Саши то и дело поглядывал на Розалин украдкой, мечтательным влюблённым взором, то она в его сторону и не смотрела. И разговаривали они явно не больше и не дольше обычного.

— Знаю.

— Тогда в чём дело?

— Моя матушка эмиссар Вайленсии во Франской империи… и моя сестра, возможно, однажды продолжит её путь. Необязательно послом в империи, но в другой стране… однако мне эмиссаром не быть.

— Эмиссарами Вайленсии становятся только женщины, — пояснил Дастин. — Таковы правила, установленные в давние времена. Вайленсию в других государствах представляют лишь женщины, дабы другие страны не забывали, как у нас всё устроено и что женщина может и должна стоять вместе с мужчинами как равная, а не за ними, будто служанка.

— Большее, что меня ожидает на этом пути, — пребывание в свите эмиссара, — продолжил Саши. — Но в свите я уже побывал и достаточно времени провёл на чужой земле, чтобы с радостью вернуться в родные края и впредь не покидать их надолго. В один из дней меня примут в род моей супруги… кем бы она ни была… но до того момента у меня нет места, которое я мог бы назвать своим, где я, я сам был бы нужен, важен. А сегодня я пришёл сюда и осознал вдруг, что это место, — он широким жестом обвёл помещение, — может быть моим. Я не буду сидеть без дела, но стану заниматься чем-то по-настоящему полезным, нужным. Мой дар будет полезен. Не секрет, что многим благородным кейрам дар не так-то и нужен…

Оно и понятно. Вряд ли лорды и леди намеревались провести половину жизни за зарядкой огнёвок, сбором бытовых артефактов и поиском искр в кристаллах. За малым исключением вроде рода Аллиа деятельность высокородных никак не связана с магией, камнями и энергиями. Бастиан упоминал, что в случае нарушения мирного договора соседними странами одарённых лордов и леди призовут в первую очередь, но вероятность сего невелика.

К счастью.

Ясения как боевой маг была слаба, и я с бесконтрольным даром ушла не шибко дальше.

— То есть на тебя снизошло озарение? — заметила я.

— Вероятно. Клянусь Пресветлой, я буду делать всё, что велишь ты и кейр Саделле… и не стану просить ни монет, ни поблажек.

— Ну, знаешь ли, работать бесплатно — это слишком. Даже для благородного кейра, в деньгах не нуждающегося. И… — я помедлила и всё-таки добавила: — И это не то же самое, что бухать… тусить… гулять в компании Бастиана и его друзей.

— Думаешь, я совсем ничего не понимаю? Всё я понимаю. Я буду стараться, вот увидишь, — и сам через плечо на проём глянул так, словно там стояла Розалин, которую надлежало впечатлить пылкими речами.

Розалин на пороге, естественно, не стояла. И по-хорошему впечатлять следовало работодателя, то есть меня, а не отсутствующую даму сердца.

— Если ты действительно понимаешь, что тебя ждёт… и если ты действительно этого желаешь… то отчего нет? — на удивление Дастин не стал ни спорить, ни возражать, ни возмущаться подобным нарушением устоев.

— Дастин.

— Ясения, — жених подался ко мне, — если намерения его тверды, а желание искренно, то почему нет? Иных вариантов всё едино нет.

— Ладно, — смирилась я с неизбежным, то бишь с отсутствием выбора. Если что, уволить всегда успею. — Если ты так хочешь, то пожалуйста. Но учти, приходить надо каждый день, с утра, а не когда после пьянки накануне проспишься…

— Не тревожься, мы не так часто гуляем, — беспечно отмахнулся Саши. — Сегодня не пойдём, потому что Бастиан велел никому не приходить, он хочет твой портрет начать…

— Портрет? — повторил Дастин.

Ой, да, точно.

Портрет.

И как-то так получилось, что о планах Бастиана знали друзья Маттео и завсегдатаи его студии, но вряд ли о том было известно родственникам Бастиана.

Сообразив, что Дастин знать не знает о моей затее с портретом, Саши смутился сильнее и взор потупил.

— А-а, портрет. Я сказала Бастиану, чтобы он написал мой портрет. Он согласился. Правда, там и конь ещё не валялся…

— Конь?

— Э-э… в смысле, он ещё не начал.

— Бастиан показывал тебе свои работы?

— Да… нет… не совсем. Я видела наброски… портреты случайных людей, которые он рисует иногда. И мои. Полотна мне так и не показали.

— Ты была в его… мастерской? — удивление во взгляде Дастина разрослось и окрепло.

— Была. Бастиан водил меня туда на днях. Постой-ка… — спохватилась я вдруг. — Так тебе о ней известно?

— Брат никогда меня туда не приглашал и старается о ней не упоминать, но да, мне известно.

— А есть что-то, чего ты не знаешь?

— Я много чего не знаю, — усмехнулся Дастин. — Всё ведомо лишь богине, а я простой человек. Но в нашей семье и в нашем доме мало что может ускользнуть от моего внимания.

— Нравится быть в курсе дел? — поддела я.

— И это тоже, — с завидной лёгкостью согласился он. — Когда ты пойдёшь?

— Вечером. Бастиан будет ждать меня там. Только не спрашивай, почему ему приспичило рисовать меня при свете огнёвки, а не при дневном освещении.

— Я тебя провожу.

— Ладно, — я жестом показала Саши, что он может возвращаться к работе.

Да и мне пора туда же. Огнёвки сами себя не зарядят.

* * *

Бастиан приходу Дастина не обрадовался. Правда, и не удивился сильно. Подозревал, что братишке-всезнайке известно о его тайном убежище?

Наверняка.

Неясно, встречал ли Маттео брата Бастиана раньше, однако Дастина он признал сразу. Поздоровавшись и предложив нам всем чувствовать себя как дома, Маттео поднялся на третий этаж и до конца вечера не показывался на глаза.