Суженая на замену

Глава 2

Жизнь моя сложилась так, что сорокалетний рубеж миновала я женщиной незамужней и в браке никогда не состоявшей. Не сложилось. А нынче время вовсе почти прошло и что толку теперь руки заламывать и стенать? Я не бегала за мужчинами в поисках последнего вагона, куда, согласно мнению общественности, следовало обязательно запрыгнуть женщине моих лет, и не видела в каждом гипотетическом кавалере оправу, делающую меня настоящей женщиной, счастливой и полноценной, а не грустной и одинокой старой девой с непременными сорока кошками.

Я не искала мужчину.

И мужчина не искал меня.

А нынче мне предлагают сразу двоих.

Ладно-ладно, пусть не мне, но Ясении. Спору нет, я вполне себе сносно сохранилась для своих лет, однако сомнительно, чтобы к прежней мне вдруг посватались сразу двое молодых мужчин.

Из которых выбирать не надо.

В пользу факта, что женихи Ясении молоды, говорило постоянное упоминание об их матери. Будь они в возрасте Гедеона, а то и старше, вряд ли их мать была бы в достаточной мере бодра и крепка разумом, чтобы всем заправлять. А кейра Лилиаш очевидно заправляла и куда более твёрдой рукой, нежели мать Ясении, терявшаяся при каждом удобном и неудобном случае.

Не тратя времени даром, матушка Ясении с заметным облегчением на лице отправилась отписываться кейре Лилиаш. Багаж Ясении, уместившийся в один дорожный сундук, принесли в спальню, и вернувшаяся служанка принялась споро его разбирать. Я отстранённо наблюдала за её уверенными, ловкими движениями и силилась осмыслить происходящее. Я словно во сне… и в то же время ничто вокруг не соответствовало настоящему сновидению. Всё так реально — чужое тело, обстановка, девушка в длинном форменном платье, сноровисто раскладывающая непривычные для меня вещи, — что становилось жутко. Доводилось мне читать романы фэнтези о попаданках во всевозможные миры, магические и не очень, и в чужие тела, но чтобы однажды самой оказаться на месте такой героини…

На меня служанка внимания не обращала, причём эдак демонстративно не обращала, будто меня в комнате вовсе нет. Рана на ладони не кровила и если не двигать кистью руки, то особых неудобств она не причиняла. Но всё равно следует осмотреть. И, возможно, обработать и перевязать чем-то поприличнее, нежели чужой носовой платок.

И когда служанка скрылась за распахнутой дверцей платяного шкафа, я выскользнула из спальни. Коридор не слишком длинный и имел, по счастью, только два конца, не разветвляясь и не образуя лабиринта. Быстрым шагом я дошла до парадной лестницы и сбежала по ступенькам.

Где-то же должна быть ванная комната…

А если ванных здесь в принципе нет? Что обстановка, что одежда, что карета с лошадьми — всё выглядело старинным, словно вышедшим из исторического фильма. При этом отнести к какой-либо условной эпохе затруднительно и не только по причине общей скудности моих исторических познаний.

Платье на мне чересчур лёгкое и фасона слишком необычного, неопределённого, чтобы соответствовать хоть какому-то земному веку.

Многомужество, которое никогда-то не было ни распространено широко, ни принято на законодательном уровне. Во всяком случае, обратного мне слышать не доводилось.

И мне показалось, или Гедеон, говоря о транспорте, на коем он и Ясения прибыли в эту… Вайленсию, употребил глагол «летел»? Может, иносказательно выразился… но если они приплыли в Вайленсию на корабле, то почему порт породил такие странные ощущения? Мне не случалось бывать в средневековом порту, однако всегда казалось, что место это шумное, людное и пахнущее если не морем, то… прочими отходами.

Я пересекла холл и ухватилась за дверную ручку парадного входа. Он не заперт и я, с усилием потянув на себя дверь здоровой рукой, приоткрыла одну створку. И вышла.

Зачем?

А чёрт его знает.

Хотелось пойти, всё равно куда, лишь бы двигаться, лишь бы не стоять на месте, ожидая, пока происходящее станет ещё более реальным, пугающим пониманием, что всё по-настоящему и выбраться отсюда не удастся.

Книжные попаданки, помнится, не выбирались, в смысле редко когда возвращались домой в своё тело. Правда, попаданки те и адаптировались с поражающей воображение скоростью и завидной лёгкостью. Суток ещё в новом мире не минуло, а попаданка уже бизнесом каким полезным занимается, свет прогрессорства во тьму условного средневековья несёт… и пофиг ей на длинные юбки, которые с непривычки ох как здорово мешаются.

Задрав раздражающий подол до колен, я сбежала по ступенькам крыльца, покрутилась на месте и замерла посреди залитого солнцем двора. Вокруг никого, слуги успели разойтись, карету отогнали. И ворота обманчиво близко, намекают ненавязчиво, что даже в этом моём наряде неудобном ничего не стоит выбраться за пределы ограды. В будке привратника никого нет, и никто не помешает мне выскользнуть за очевидно незапертые ворота.

Только вот дальше куда?

Вперёд, на исследование дивного нового мира, готового предложить попаданке все местные радости жизни? Бизнес пресловутый, магию, мужчину мечты, детей… вдруг мне позарез как детишек в прошлой жизни не хватало?

— Прошу прощения… с вами всё хорошо?

Голос.

Мужской.

И Гедеону не принадлежащий.

Я повернула голову. Надо же, как быстро мужик-то на меня свалился… и идти далеко не пришлось.

Подобно Ясении, он был молод, но не слишком юн. Пожалуй, четверть века уже есть, а то и поболе. Высокий, скорее худощавый, нежели вызывающе накачанный. Каштановые волосы имели привычку виться, отчего при нынешней длине больше топорщились во все стороны, чем зачёсывались красивой элегантной волной. Тонкие губы, бездонные синие глаза, лёгкая щетина и приятное, привлекательное лицо. Одежда под стать местным фасонам, разве что коричневая куртка — так можно ли её называть кафтаном или это не совсем он? — была куда короче, нежели у Гедеона.

Держался незнакомец на некотором расстоянии от меня и приближаться не спешил, лишь присматривался обеспокоенно.

Я повертела головой, пытаясь понять, откуда он взялся. Вышел из дома? Или незаконно проник на территорию чужой частной собственности? Впрочем, проникнуть сюда нетрудно, что видно даже при беглом осмотре невооружённым глазом.

— Кейра? — негромко окликнул незнакомец, не дождавшись от меня внятной реакции. — Ваш… кхм… брат так быстро вас увёз… хотя непохоже, чтобы с вами действительно было всё так хорошо, как он утверждал.

Брат?