Суженая на замену

— И очевидно, что удачный брак проблему не решит, — продолжила я и заметила, как Бастиан, не стесняясь, состроил гримасу. — Максимум отсрочит момент, когда эта проблема свалится на нас снова. У семьи должен быть источник постоянного дохода, а не единоразовое вливание извне… поэтому я подумала, почему бы не открыть фамильную мастерскую вновь?

— Твоя матушка тоже надеется, что ты сумеешь возродить то, что она убила своими руками, — добавил Бастиан тоном более резким, чем следовало.

— Юноша, я бы попросил вас впредь отзываться о кейре Аллиа более почтительно, — неодобрительно вставил Антонио.

— Разве я не прав? Кейр Саделле, вы же были здесь тогда, своими глазами всё видели.

— Не вина Инид, что всё так сложилось. Разве она могла предвидеть обман?

— Быть может, следовало проверять поставщиков, прежде чем вестись на красивые слова, особенно чужеземцами сказанные?

— Я хочу открыть мастерскую, — повторила я твёрже, громче. А то, чую, мужчины сейчас на спор на повышенных тонах перейдут. — Восстановить её… не совсем чтобы как было прежде… но восстановить. И раз вы здесь и столько всего знаете о том, как оно тут было раньше…

И живёте здесь же в сомнительных условиях.

— … то, возможно, сумеете мне помочь.

Во взгляде Антонио отразилось закономерное сомнение в моей затее.

— Ясения, я бы с радостью сделал для Инид… и для тебя всё, что в моих силах… — начал он осторожно, но я поспешно перебила:

— И думаю, вы не будете возражать против переезда в наш дом. Свободных комнат в нём полно, — и выглядят они при всей своей запущенности получше этого последнего пристанища.

Да-да, знаю, идея безумная, но других у меня не нашлось.

* * *

Градус безумства значительно повысился по возвращению домой. К немалому моему удивлению, долго уговаривать Антонио не пришлось. То ли жизнь в брошенке утомила его куда сильнее, нежели он пытался представить, то ли стремление помочь Инид и её дочери возобладало над желанием отказаться от столь внезапного предложения. А может, ему захотелось увидеть Инид спустя столько лет.

Кто точно не обрадовался моей затее, так это Бастиан. Он выразительно на меня смотрел, пристальным тяжёлым взглядом пытаясь донести всю глубину моих заблуждений. Затем ему пришлось везти меня и Антонио на виллу Аллиа, а по прибытию тащить в дом один из двух узлов, в которые артефактор уложил нехитрый свой скарб. Собственно, для этого можно было позвать слуг мужского пола, но я подумала, что Бастиану будет полезно заняться физическим трудом. Так, разнообразия ради. Не всё ж только со своими гениальными идеями по отваживанию невесты носиться.

Прислуга тоже не обрадовалась. Я велела подготовить для гостя комнату и с минуту наблюдала, как вторая горничная, Клементина, смотрит растерянно то на меня, то на Антонио. Когда я спросила, в чём дело, Клементина уточнила шёпотом, где конкретно следует располагать гостя: наверху, в господских покоях, в пристройке для слуг или вовсе на конюшне, где такому, как этот человек, самое место. Я не собиралась отправлять Антонио ни к слугам, ни, тем более, на конюшню, и пояснила, что комната для гостя всё же подразумевает одну из гостевых спален на втором этаже.

На шум и голоса в холл вышла Инид.

И лицо Антонио, до того оглядывающегося настороженно, озарила робкая, неуверенная, но счастливая улыбка. Он поставил на пол свой узел и шагнул навстречу Инид, поклонился. Она посмотрела на него сначала недоумённо, затем пригляделась повнимательнее, нахмурилась. Качнула головой, не веря, что видит перед собой именно того, о ком подумала. И наконец улыбнулась в ответ, столь же робко, неуверенно, как и Антонио. Шагнула к нему, подала руку, к коей он с готовностью припал. Улыбки стали шире, уверенней и во взглядах появилось то удивление, какое бывает, когда отмечаешь изменения в давно не виденном человеке. Они поприветствовали друг друга, обменялись дежурными вопросами. Каждому явно хотелось рассказать другому больше, в подробностях, и услышать чужую историю, но место и свидетели не располагали к задушевным беседам о минувшем.

— Как трогательно, — заметил Бастиан тоном, далёким от какого-либо умиления.

— Тебе что-то не нравится? — осведомилась я тихо. Стояли мы позади Антонио, на расстоянии достаточном, чтобы ни он, ни Инид не услышали наших перешёптываний.

— Если скажу, что не нравится всё, ты примешь мои слова на веру?

— Приму. Я удивилась бы, если бы ты что-то одобрил.

— Благородно с твоей стороны предложить кейру Саделле пожить на вашей вилле… но ты же понимаешь, что при всех его прошлых заслугах нынче он человек не того положения?

— И что? Я должна была оставить его в месте, для постоянного проживания мало подходящим? К тому же это самое место мне нужно для других целей. Открывать там хостел я не собираюсь.

— Что открывать? — не понял Бастиан.

Вслед за Инид в холл подтянулся и Гедеон. Первым делом обозрел с брезгливым удивлением незнакомого ему мужчину вида неухоженного, потрёпанного изрядно и лишь затем обратил внимание на Бастиана. И если личность мужчины, беседующего с Инид, осталась для него загадкой, то сомнений в том, что подле меня стоит мой жених номер два, не было.

Налетать на Бастиана так, как он пытался накинуться на Дастина при первой встрече, Гедеон не стал. Степенно пересёк холл и, проигнорировав Антонио, остановился перед нами.

— Кейр Бастиан Лилиаш? — каждое слово он произносил чётко, старательно и смотреть на моего жениха силился сугубо сверху вниз.

Что было довольно затруднительно, так как Бастиан хоть и ниже брата ростом, но выше Гедеона.

— Он самый, — отозвался Бастиан, разглядывая Гедеона с нескрываемым небрежным недоумением. — А вы кто такой?

— Беррен Гедеон Ваттермаейр, — представился Гедеон тоном максимально пафосным, надменным.

Бастиан кивнул, подтверждая, что принял информацию к сведению, и перевёл взгляд на Антонио.

Столь вопиющий игнор своей персоны Гедеон по достоинству не оценил.

— Так ты нынче со вторым гуляешь? — прошипел он, понизив голос и благоразумно воздерживаясь от упоминания имён. — Одного окрутила и тотчас за другого взялась?

— Что он сказал? — Бастиан повернулся ко мне.

— Говорит, какая сегодня погода чудесная, в самый раз для прогулки, — сделала я художественный перевод. И в который уже раз поразилась, с какой лёгкостью перескакиваю с одного языка на другой, при том не сбиваясь и не замечая ни самого перехода, ни разницы между ними.

— Полагаю, это и есть… м-м, твой сводный брат?