Страница 37 из 95
Я перевела взгляд с него на Лилиану, потом обратно. Тысяча лет. Этому наглому, самодовольному типу с белыми глазами и золотыми татуировками — тысяча лет. И его мрачному бородатому брату, который до сих пор не проронил ни слова, — тоже тысяча. Мой разум отказывался это принимать, хотя я видела доказательства собственными глазами: их сила, их аура, их нечеловеческие глаза — все это кричало о древности и чуждости.
Я перевела взгляд на свою кружку с остатками настойки, потом на Лилиану, которая с легкой улыбкой наблюдала за мной.
— Вы что, шутите? — спросила я, хотя уже знала ответ.
— Нисколько, — ответила Лилиана. — Россаши живут очень долго. Я, например, в несколько раз старше своих сыновей. Но не будем о возрасте дамы, это неприлично.
Я отставила кружку подальше. Аппетит пропал мгновенно, и желание пить что-либо в этом доме — тоже. Я смотрела на близнецов и пыталась осознать то, что только что узнала. Внешне они мало чем отличались от тех же легатов или людей — две руки, две ноги, голова, черты лица, которые можно было бы назвать красивыми, если бы не их пугающая, потусторонняя аура. Рисунки на теле, которые излучали слабое золотистое свечение, были единственным видимым отличием. Но по моим ощущениям — по тому, как они двигались, как смотрели, как молчали, — они были гораздо ближе к рептилоидам, чем к людям. Такие же холодные, такие же чуждые, такие же равнодушные ко всему, что не касалось их непосредственно.
И мне предстояло провести с ними целый год.
— Ты будешь приглядывать за ними, — повторила Лилиана, словно прочитав мои мысли. — Следить, чтобы они не ввязывались в неприятности, помогать им в делах и, по возможности, не давать Кордэлу заскучать. Он, знаешь ли, когда скучает, начинает искать развлечений. А его развлечения обычно заканчиваются катастрофами планетарного масштаба.
— Матушка, ты преувеличиваешь, — лениво протянул Кордэл, но в его белых глазах плясали такие искры, что я сразу поняла: ничего она не преувеличивает.
— И что я должна делать? — спросила я, переводя взгляд на Лилиану. — Водить их за ручку? Играть с ними в карты? Рассказывать сказки на ночь?
— Ну, для начала — просто быть рядом, — ответила она. — Ты удивишься, насколько это сложная задача. А детали... узнаешь по ходу дела.
Я снова посмотрела на Кордэла. Он ответил мне долгим, изучающим взглядом, и в его белых глазах промелькнуло что-то, чего я не смогла расшифровать. Не то насмешка, не то интерес, не то предвкушение. Дэррек по-прежнему стоял у окна и, казалось, не обращал на нас никакого внимания.
«Харг возьми, — подумала я про себя, — во что я ввязалась?»
А вслух произнесла лишь одно:
— Год. Всего один год. А потом я свободна.
— Конечно, дорогая, — улыбнулась Лилиана, и ее улыбка была до того сладкой, что у меня свело скулы. — Всего один год.