Это несерьезно

— Сложно всё в итоге, — констатировал он, ставя пустой стакан на стойку и жестом подзывая бармена, чтобы повторить.

Я смерила его оценивающим взглядом. Наследный принц строительной империи Воронцовых в дешевом пабе. Сюрреализм.

— И каким ветром такую дыру занесло в такого человека?

Артур медленно повернулся ко мне. В его глазах мелькнуло узнавание, а затем он тихо, искренне рассмеялся.

— Дэдпул? — спросил он.

Я кивнула, не сумев сдержать легкую улыбку.

— Дэдпул.

— У меня всё проще, Власова, — он забрал у бармена новый бокал, на этот раз с чистым виски. — Я захотел напиться и пришел напиться. День выдался паршивым. Отец снова решил, что я его крепостной.

— Везет. Можешь просто взять и напиться.

— Ну а ты? — Артур сделал небольшой глоток, внимательно глядя на меня. — Что заставило единственную дочь Марка Соболева забрести в такое место и страдать над стаканом?

— Мы с подругой часто здесь сидели, — пожала плечами, отворачиваясь к стойке. — Но теперь она в Европе. В Делфте.

— В Делфте? Ого. Красиво жить не запретишь.

— Да, она крутая. Бывшая папи, кстати.

Артур поперхнулся, закашлявшись, и удивленно посмотрел на меня. Воронцовы знали моего отца и, естественно, были в курсе его громкого, скандального разрыва.

— Та самая Анна? Почему бывшая? Расстояние, все дела?

— У них всё сложно. И ты точно не тот человек, с которым я бы могла обсуждать семейные драмы Соболевых, — отрезала я. — Учитывая, что наши отцы готовы перегрызть друг другу глотки за каждый тендер.

— Я тебе так не нравлюсь? — Артур даже не обиделся, лишь иронично прищурился.

— Мне вообще Воронцовы не нравятся. Ну, кроме Романа. Он хотя бы не в вашей строительной корпорации. Вырвался.

Лицо Артура вдруг неуловимо изменилось. Ироничная маска спала, обнажив ту же самую изматывающую тоску, которая сейчас разъедала и меня саму. Он опустил голову, глядя на золотистую жидкость в своем стакане.

— Понимаю. Знаешь… как бы я тоже хотел отмотать время назад. Послать всё к чертям, уйти из совета директоров и просто не заниматься всем этим дерьмом. Не оправдывать чужие ожидания. Не играть по чужим правилам. Просто… жить. С тем, с кем хочу.

Он замолчал, погрузившись в свои мысли.

А я смотрела на его профиль, и вдруг… всё вокруг словно замерло.

Шум бара исчез. Голос бармена превратился в белый шум. Мой мозг, который последнюю пару часов лихорадочно перебирал варианты и не находил ни одного решения, вдруг остановился.

Я посмотрела на Артура Воронцова.

Сын главного конкурента моего отца. Статусный. Богатый. Невероятно влиятельный. Тот, с чьей фамилией отец будет вынужден считаться. Тот, кому Марк Соболев не сможет угрожать так же легко, как Паше.

А с другой стороны — мужчина, которого до тошноты достал контроль собственного отца. Мужчина, который, очевидно, прячет какую-то свою личную жизнь от семьи и мечтает о независимости.

Пазл в моей голове сложился с оглушительным щелчком.

Идеальный кандидат. Безупречный.

Но как, черт возьми, предложить такое человеку, которого я едва знаю и который считает мою семью своими врагами?

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как по спине побежал холодок адреналина. Терять мне было нечего. Пашина свобода стоила того, чтобы рискнуть.

— Слушай, Воронцов… — мой голос прозвучал неожиданно твердо.

Он повернул ко мне голову.

— А что, если я скажу тебе, что есть способ заставить твоего отца от тебя отстать? И заодно… решить одну мою очень, очень серьезную проблему?

Артур нахмурился.

— Смотря какую проблему, Власова.

Я выдержала его взгляд.

— Тебе нужен щит от твоего отца. А мне нужен жених. К пятнице. И я предлагаю тебе взаимовыгодную сделку.

Глава 6

Артур

Наше с Марго официальное жилище встретило меня идеальной, стерильной тишиной.

Просторный пентхаус с панорамными окнами и дизайнерским ремонтом, который мы купили для отвода глаз, всегда казался мне больше похожим на выставочный павильон дорогого мебельного салона, чем на дом.

Здесь не было случайных вещей.

Всё стояло строго на своих местах, поверхности блестели чистотой, а в воздухе висел едва уловимый аромат диффузоров с запахом сандала. Никакого уюта. Только статус.

Я бросил ключи на консоль у входа.

До следующей встречи оставалось около двух часов. Мне нужно было просто принять душ, переодеться в свежий костюм и ехать в офис, разгребать ту кучу проблем, которую мне вчера щедро отсыпали подрядчики.

В квартире было тихо. Обычно по утрам здесь играл какой-нибудь джаз на умной колонке, а на кухне жужжала кофемашина — Рита не могла проснуться без двойного эспрессо. Раз стояла тишина, значит, моя «жена» уже уехала на работу.

Идеально.

Я слишком устал. Ночь с Тасей помогла сбросить напряжение, но утренний звонок от отца снова вернул мне головную боль.

Я прошел в свою спальню — у нас с Марго, разумеется, были разные комнаты в противоположных концах коридора, — скинул на ходу рубашку и направился прямо в ванную.

Толкнул дверь и замер на пороге.

Густой, тяжелый пар мгновенно ударил в лицо, оседая влагой на коже. Шум воды, который из-за звукоизоляции не было слышно в спальне, теперь заполнил всё пространство.

Но не это заставило меня врости в пол.

За стеклянными дверцами душевой кабины, прямо на мокром кафеле сидела Рита. Абсолютно голая. Она подтянула колени к груди, обхватив их руками, и положила на них голову. Густые мокрые волосы темным плащом облепили её спину, а по плечам непрерывным потоком били тугие струи горячей воды.

В первую секунду мозг просто отказался обрабатывать картинку. Марго — эта железная, непробиваемая дочь Соболева, которая открывала двери с ноги, — выглядела сейчас такой маленькой, сломанной и уязвимой.

Я моргнул, сбрасывая оцепенение, и резко отвернулся к раковине.

— Твою мать, Марго, дверь запирать не учили⁈

За стеклом послышался резкий всплеск. Вода тут же выключилась.

— Я не знала, что ты придешь сегодня! — донесся до меня её хриплый, надломленный голос. — Думала, ты от… оттуда сразу в офис поедешь. Предупреждать вообще-то нужно!

Я стоял спиной к душевой кабине, глядя в запотевшее зеркало, и слушал, как за моей спиной шуршит ткань.

— Это и моя квартира тоже, если ты забыла. Приехал переодеться.