Страница 21 из 95
— В Императорскую библиотеку, мой мальчик. Точнее, в закрытый архив. У меня там есть один должник, он сможет помочь.
Я хотел спросить подробности, но в этот момент со стороны деревни донеслись крики.
Мы замерли, прислушиваясь.
Крики приближались. Через минуту на тропинке, ведущей к дому, показался мальчишка. Узнал его: это был Ванька, которого я спас.
— Дед Пётр! — заорал он ещё издали, размахивая руками. — Дед Пётр! У Вероники роды начались! Тяжело! Бабка сказала, без тебя не справиться!
Пётр выронил полено, быстро вытер руки о штаны.
— Игорь, пообедай без меня, — бросил он на ходу, хватая с крыльца сумку, которая, я даже не заметил, когда там появилась. — Вернусь к ужину.
Ещё секунда — и старик уже бежал по тропинке, мальчишка едва поспевал за ним. Я смотрел им вслед, пока фигуры не скрылись за поворотом.
Ещё немного порубил дрова, но без Петра работа пошла не так споро. В конце концов отложил колун и зашёл в дом.
На столе осталась еда. Нарезал хлеба, налил молока, съел пару яиц. Мысли крутились вокруг разговора: Орден Осьминога один из старейших в империи, но распущен ещё при Петре, мой учитель и его исчезновение, футляр отца. Всё это складывалось в какую-то картину, но общая линия пока ускользала.
После обеда я занялся оружием.
Достал револьвер, разобрал, протёр каждую деталь. Барабан провернулся легко, механизм работал чётко. Я зарядил шесть гнёзд обычными патронами, проверил магический ствол — чистый. Потом перебрал патронташ.
Патрон с алой насечкой — один, подарок Киселёва. Белые макры, снятые с рыскунов, — семнадцать штук, мелкие, но для магического ствола сойдут. Я переложил их в бархатный мешочек и засунул в отдельный карман патронташа, поближе.
Антимагический патрон, мой главный козырь против магических тварей и магов, вставил в самый доступный отсек, откуда можно выхватить мгновенно.
Закончив, я вышел во двор и снова взялся за колун.
Время тянулось медленно. Был уже восьмой час вечера, но солнце даже не думало садиться.
Я рубил дрова, складывал в поленницу, и постепенно мысли улеглись. Не ушли, но стали тише, как угли под золой.
В половину восьмого всю округу разорвал тревожный звук.
Гулкий, металлический, протяжный — кто-то бил в набат в деревне. Сигнал тревоги.
Я замер, прислушиваясь. Удары не смолкали, били часто, отчаянно.
Вбежал в дом, на ходу хватая револьвер и патронташ. Колун прихватил тоже. Мотоцикл под навесом завёлся с пол-оборота. До деревни около трёх километров, можно добежать, но на мотоцикле это пара минут.
Я выжал газ и рванул по тропинке напрямки.