Страница 5 из 13
Глава 5. Прогулка
Глава 5. Прогулка
Глава 5. Прогулка
Утром я лежала и смотрела в потолок дольше обычного. Ничего не случилось, говорила я себе. Ну Купала, ну венок, ну стояли у реки, поговорили про предков и правила. Взрослые люди умеют разговаривать. Ничего не случилось.
За окном пели птицы. Кот Тихон пришёл, потоптался на одеяле и улёгся рядом. Кот, который всё понимает, но не скажет.
– Вот и молчи, – сказала ему, поглаживая по шерстке. Он замурчал и зажмурил глаза. Договорились.
После завтрака я пошла в магазин. Список у мамы был небольшой – хлеб, сахар, соль, масло, молоко. Ещё что-то по мелочи. Корову мама не держала, а куры были, так что тех же яиц в списке покупок не было – есть свои.
Деревенский магазин живёт своей жизнью: здесь всегда кто-то есть, всегда какой-то разговор, всегда новости. Я взяла, что нужно, перекинулась парой слов с продавщицей Галей и вышла. Роман шёл по улице навстречу. Шёл один. Увидел меня – не остановился, но замедлил шаг. Я тоже замедлила. Мы остановились друг напротив друга посреди деревенской улицы. Совершенно обычная картина – два человека встретились. Ничего особенного.
– Из магазина? – спросил он.
– Из магазина, – подтвердила я.
– Я от Петровича, – он кивнул в сторону, где живёт старый Петрович, знающий каждый камень в округе. – Про землю говорили.
– Петрович знает всё про всё.
– Это да.
И всё, молчим. В этом месте говорят “ну, бывай” и расходятся. Мы не разошлись.
– Давай я тебе помогу, – предложил Роман и забрал у меня сумки.
– Да мне не тяжело, – слабо запротестовала я. Однако пару кило сахара, пару бутылок молока прилично оттягивали руку. – Ты ведь шёл в другую сторону.
– Чуть пройдусь с тобой, не страшно. Всё равно хотел дойти до луга.
Я подумала секунду. Если он на место своей будущей стройки, нам действительно по пути.
– Ну хорошо, пойдём.
Мы шли не торопясь. Деревенская улица, пыль, заборы, за заборами – огороды и сады. Разговаривали о деревне – как изменилась, что осталось, кто уехал, кто вернулся. Нейтральная территория, безопасные слова. Роман сказал:
– Давно здесь не был.
– Одиннадцать лет? – спросила я. И сразу подумала, что не стоило так точно. Он посмотрел на меня и чуть заметно улыбнулся.
– Одиннадцать лет назад уехал, вроде как насовсем, – согласился он. – Сначала некогда было. Потом – не знал, как вернуться, когда… – не договорил. Я тоже ничего не сказала. Ждала.
– Отец тогда влез в долги, – продолжил Роман. Спокойно, без эмоций, как говорят о том, что давно переварено. – Серьёзно влез. Я узнал, надо было что-то делать, и быстро. Оглядываться не мог себе позволить. Уехал. Иначе мать с сестрой без дома бы остались. Несколько лет просто работал.
– Вытащил? – спросила я.
– Вытащил. Но время ушло.
Он сказал это без жалости к себе, просто констатировал. Время ушло. Как уходит вода в землю, как уходит лето. Ушло и всё. Я смотрела на дорогу впереди.
Я знала про Велешей тогда, что-то слышала, краем уха. Что отец не то проиграл, не то задолжал кому-то. В деревне все всё знают, но я тогда не слушала деревенских. Я тогда ждала Романа и не понимала, почему он уехал, почему не звонит? Неужели не считает, что у нас было серьёзно? Наверное, я одна так считала. И я перестала ждать. Уехала сама. Боль была громче всего остального.
Он говорил сейчас спокойно, без объяснений, просто рассказывал. Но я слышала, что ему важно, чтобы я знала. Не оправдывался, просто говорил – вот как было, вот что случилось. Он не просил меня ни о чём. Я не знала, что с этим делать.
– Деревня у нас хорошая, – сказала я наконец. – И место правда хорошее за лугом. Санаторий может получиться отличный. Люди будут приезжать.
Роман посмотрел на меня внимательно, чуть дольше, чем нужно для разговора про санаторий.
– Может, – согласился он. – На то и расчёт.
Мы дошли до моей калитки. Остановились. Летний полдень стоял вокруг – тихий, золотой, никуда не спешил. Роман смотрел на меня так, будто хочет сказать что-то важное, но ещё не решил – говорить или нет. Не сказал.
– Спасибо, что помог с сумками, – поблагодарила я, забирая свою ношу. Он кивнул, слегка улыбнулся. Я зашла во двор, не оглядываясь. Дошла до крыльца, оглянулась только тогда. Роман всё ещё стоял у калитки. Когда мы встретились взглядом, кивнул мне ещё раз, в этот раз на прощание, и ушёл. Я села прямо на ступеньки. Кот Тихон немедленно возник из-под крылечка и пристроился рядом.
Отец, долги, уехал и несколько лет просто работал… Я сидела и складывала это в голове медленно, как что-то хрупкое. Я думала, он уехал тогда – потому что так захотел. А ему надо было. А потом не знал, как вернуться, или не решался, или думал, что поздно.
Злиться на это значительно труднее, чем на предательство. Но ведь мог он мне тогда рассказать, объяснить… Мог ведь – разве нет? Я посмотрела на кота.
– Я молочка купила. Будешь молочко?
Тихон зажмурился, помурчал. Я погладила кота, посадила на колени. Он умный кот, он всё понял.