Страница 40 из 49
— Просто я не хочу есть светящийся торт.
— А я, может, и не против. Главное, чтобы было вкусно.
Они разошлись по своим кухням, чтобы через несколько минут встретиться у стены с тарелками.
— Ну, — сказала Саша, усаживаясь на пол, — с наступающим нас. Давай пробовать.
— Подожди. Я хочу произнести тост.
— Тост? Ты?
— А что такого? Я тоже умею. Иногда.
Он откашлялся.
— Саш. Я хочу выпить за то, чтобы в новом году стена перестала быть стеной. Чтобы мы готовили на одной кухне. Чтобы ты не кричала про магический концентрат так громко. И чтобы твоё оливье всегда было таким же вкусным, как сегодня. Хотя я его ещё не пробовал.
Саша рассмеялась, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.
— Кость, это лучший тост в моей жизни.
— Он неточный. Но от сердца.
— За это и выпьем. Через стену.
Они чокнулись бокалами — каждый со своей стороны — и выпили. Костя — кофе, Саша — грушевый сидр.
— Ну как оливье? — спросила она.
— Вкусно. Даже без кукурузы.
— А курица?
— Ты будешь смеяться, но в этот раз у меня получилось. Она сочная. И апельсин чувствуется.
— Я не сомневалась.
— А я сомневался.
— Значит, зря. Ты отличный повар, когда не пытаешься быть магом.
— Повар из меня так себе. Но для тебя — стараюсь.
Саша прислонилась спиной к стене.
— Знаешь, что мы забыли?
— Что?
— Десерт. Настоящий. Не имбирное печенье, а что-то грандиозное.
— Торт.
— Торт. Но его мы приготовим тридцать первого. Вместе. Вернее, каждый со своей стороны, но по одному рецепту.
— Это будет эксперимент.
— Это будет волшебство.
— Договорились. Торт — тридцать первого. А пока — давай доедать. У меня курица стынет.
Они ели молча, но эта тишина была наполнена теплом. Иногда Саша слышала, как Костя тихонько стучит ложкой по тарелке, и улыбалась.
— Кость, а давай завтра украсим стол. По-настоящему. Не просто тарелки, а скатерть, свечи, салфетки. Я пришлю тебе через тумбу пару моих свечей.
— Свечи — это открытый огонь. Небезопасно при нестабильном буфере.
— Тогда аромалампа. С пачулями. Только немного.
— Пачули уже однажды всё изменили.
— Вот именно. Пусть и завтра будет немного магии.
— Хорошо. Но если стена опять станет прозрачной — не пугайся.
— Я не пугаюсь. Я жду.
Перед сном на тумбе появилась записка:
«Саш, ужин был отличный. Оливье — как у мамы. Курица — лучше, чем я ожидал. Но главное — не это. Главное, что я впервые за пять лет жду Новый год. Жду. Не боюсь. К.»
Саша перечитала записку трижды, прижала к груди и написала ответ:
«Кость, я тоже жду. И тоже не боюсь. С тобой не страшно. Даже если за стеной. С наступающим нас. Саша».
И, уже потушив свет, она добавила на полях:
«P.S. Завтра испечём торт. И пусть он светится. Я согласна».