Страница 63 из 67
Под шум аплодисментов и крики толпы я стояла на сцене. Руки были ледяные и мокрые от волнения. Аспер смотрел на меня с явным предвкушением, которое сквозило в его привычной усмешке. Когда прозвучал сигнал, я достала усилитель. Что там говорил Аронов? Защитная стойка и атакующая…
Я выбрала атакующую, но сорвавшаяся с кончика палочки жалкая искра в мгновение ока захлебнулась и погасла в ледяном порыве, который Аспер послал в ответ.
Затем он начал играть.
Тонкие и острые осколки льда свистели в воздухе, царапая кожу, которой сумели коснуться. Я отпрыгнула, и водяной кнут с хлестким звуком ударил по земле там, где я была всего мгновение назад.
На лице Аспера появилась довольная и жестокая улыбка кота, который забавляется с мышью. Ловко и грациозно орудуя хлыстом, он заставил меня бежать вдоль арены. Земля под ногами покрывалась льдом, и я поскальзывалась, уворачиваясь от ударов.
Вокруг клубился холодный туман, в котором я терялась.
Я чувствовала на себе взгляды тысяч зрителей, слышала их улюлюканье, когда Аспер демонстрировал очередной эффектный трюк. Сомнений не было никаких: он мог уничтожить меня в первую же минуту боя. Но разве это было интересно?
Наивная глупая девчонка, вообразившая, что может победить Ледяного Принца!
Лишь одна мысль заставляла меня снова и снова вставать. Не обращать внимания на боль и холод. «Я должна помочь Вишневским».
В очередной раз совсем рядом просвистел хлыст, но на этот раз ударил мне по ногам. Я взвыла от боли, упав на землю, и выругалась. Толпа на трибунах закричала.
– Да будьте вы все прокляты…
Я крепче сжала янтарную палочку.
– В. Выдуманном. Мире. – Каждое слово давалось с трудом, хотелось скулить от боли. – Магия. Может. Работать. КАК УГОДНО!
Следующий огонь, что вырвался из моего усилителя, уже не был искрой.
Это было пламя.
Плотный раскаленный шар с громким шипением встретил ледяной поток Аспера и… обратил его в клубы пара.
Усмешка сошла с лица парня.
Одним неуловимым движением он вызвал из земли гейзер ледяной воды, и я тут же повторила трюк, призвав столб пламени. Огонь разрезал воду пополам и трибуны утонули в паре.
Я вошла во вкус.
Магия стала продолжением злости и ярости. Теперь я направляла ее сознательно. Не заботясь о законах мира и о выдумке, будто огонь – слабая сила.
Я сплела из пламени щит, и новая порция ледяных игл разбилась о него с сухим треском. Послала волну жара в землю под ногами – и лед растаял.
– Ты забыл! – Я взмахнула усилителем наискось. – Я владею огнем… единственной стихией, которой ты боишься!
Напоминание о слабости, о прошедшем кошмаре, стало для Аспера красной тряпкой. Вокруг меня прямо из воздуха появилось кольцо воды и начало неумолимо сжиматься.
Но пламя, льющееся из раскалившегося докрасна янтаря, не давало кольцу сомкнуться.
В какой-то момент наши взгляды встретились. В глазах Аспера уже не было насмешки. Только удивление и… страх. Тщательно скрываемый, уже обузданный – но все же страх.
И не только перед огнем. Почему-то казалось, и то, что мышка вдруг решила дать отпор, напугало Аспера не меньше.
И даже шум трибун утих.
Вот это настоящая магическая дуэль!
– Довольно игр! – прошипел Аспер так, что услышала только я.
Он больше не пытался играть или загонять меня в угол, он стремился причинить как можно больше боли.
Тончайшая, почти невидимая струйка ледяной воды вонзилась мне в плечо. От холода мышцы свело судорогой. Я вскрикнула и едва устояла.
Новый удар пришелся по ногам. Их сковал лед, и я застонала от адской боли. Не спасли даже утепленные ботинки.
Это было наказание. Издевательство. Аспер методично, с холодной жестокостью, демонстрировал свое превосходство, заставляя меня корчиться от пронизывающей леденящей боли.
Каждый мой стон вызывал у него лишь злое удовлетворение. Наверное, Аспер готов был меня убить. А может, и собирался. Это осознание вдруг вывело меня из оцепенения и заставило подняться. «Соберись, Ярина! Он убьет тебя на глазах у всего Петербурга, а потом отправится праздновать победу!»
Внутри поднялось что-то жуткое. Не страх, не отчаяние. Чистая, нерафинированная ненависть. К Асперу, безумцу без души, получающему удовольствие от чужой боли. К его брату, настолько слабому, что вынужденному бежать от реальности в другой мир. К себе, за то, что ввязалась в эту историю и заговорила с незнакомцем в самолете.
Она заполнила все. Вены, желудок, горло. Покалывала кончики пальцев, готовая вот-вот с них сорваться. Ненависть сожгла и страх, и сомнения и… человечность?
Моя рука с усилителем поднялась сама собой, повинуясь не разуму, а этому всепоглощающему чувству. Я даже не целилась.
Я просто выплеснула огонь наружу.
Это был взрыв. Ослепительная, ревущая волна пламени сорвалась с кончика палочки и устремилась вперед с такой силой, что отбросила меня назад. Она ударила в Аспера, лишь чудом успевшего выставить ледяной щит. И, если бы он этого не сделал, наверное, убила бы.
Огненный шар, раскаленный добела, прочертил в воздухе дугу и со свистом понесся прямо туда, где я раньше тщетно пыталась разглядеть почетного гостя.
В возвышающуюся над ареной императорскую ложу.
– НЕТ! – услышала я до боли знакомый голос.
Где-то сбоку мелькнула фигура Светлова.
В этот же миг защитное поле, ограждающее зрителей от случайных выбросов магии, вдруг сверкнуло и почему-то погасло.
Светлов кинулся наперерез огненному шару, и дальнейшее я видела словно в замедленной съемке. Вот на лице императора появляется удивление, вот его собой закрывает Михаил, и огненный шар врезается в него, заставляя осесть на землю.
– Нет, – прошептала я. – Нет!
Бросилась к нему, перемахнула через ограждение, и ни один стражник не решился меня остановить.
– Откуда ты здесь взялся?! Ты же должен быть с командой под трибуной! – прокричала я, опускаясь на колени рядом с Михаилом. На его груди зияла страшная выжженная рана. – Что ты здесь делал?!
Михаил открыл глаза и с трудом сфокусировал на мне взгляд. В уголке его губ появилась капля крови.
– Искорка, – он слабо улыбнулся, – знаешь… я был не прав. Жить ради тебя было приятно. А умереть ради императора… честь.
– Не говори глупостей, – чувствуя, как подкатывают слезы, произнесла я. – Ты не умрешь. Сейчас приедут врачи, или кто здесь людей лечит… и тебе помогут, спасут!