Страница 8 из 117
— Ты-то откуда знаешь? - Буряй нахмурился.
— Все знают. Ты там бревном махал.
— Великое было зрелище, - хохотнул Ждан. - Люди хотели наказать Буряя за драки, а он решил не нарушать обычай и опять подрался.
— Они первые полезли скопом, — сказал Буряй. – Сразу пятеро.
— Конечно. Было бы меньше, ты бы обиделся.
— Я и так обиделся.
— Те пятеро заметили. Кстати, а зачем ты потом бревно сломал? Или бабы правду говорят и ты его сгрыз от ярости?
Буряй хотел огрызнуться, но только махнул рукой.
— А ты языком своим всех достал, — сказал он. — Если б не я, тебя давно бы закопали. За баней.
— Я не виноват, что люди не любят правду о себе.
— Люди не любят, когда ты рот открываешь не по делу.
— Они просто сами не знают от чего отказываются. Я сплошные мудрости изрекаю, а они не понимают и только ругаются. А то и дерутся.
Нечай сидел ближе к огню, обхватив колени.
— А я в пятнадцать уйду, — сказал он вдруг.
— Куда ты уйдёшь, малой? - Буряй повернулся к нему.
— К князю наймусь. К любому. Коней чистить, воду таскать, хоть что. Там кормят… Сначала в детские, потом в дружинники или в гридни.
— До пятнадцати ещё дожить надо, - заметил Ждан.
— Доживу.
— Упрямый, — сказал Буряй. – Прям, как я.
— Ну, вот! Значит я правильно себя веду!
— Я большой и сильный.
— А я тоже таким буду.
Он сказал это так серьёзно, что никто не засмеялся.
Я не сказал, что я княжич. Не здесь у огня вечернего леса.. Не мальчишке, который хотел уйти к любому князю, лишь бы хоть куда от злой тетки и ее жлоба мужа.
Когда мясо доели, я ушёл к краю стоянки, снял мокрую рубаху и обтёрся снегом. Мороз обжёг кожу. Я стиснул зубы, растёр плечи, грудь, шею. За спиной разговор стих.
Я понял почему ещё до того, как повернулся.
На груди, кожа темнела меткой, которую нельзя было принять за шрам. Спираль в три оборота с четырьмя засечками сверху, снизу, справа и слева. Буряй посмотрел на знак, Ждан посмотрел на моё лицо.
Потом они понимающе переглянулись. В этом взгляде было всё: слух о княжиче, утонувшем в омуте; моё лицо; сулица; мёртвый священник рядом; странная дорога; знак бога, которого простые люди вслух лишний раз не называли.
Нечай ничего не понял.
— А это больно? — спросил он.
— Сделать такой рисунок? Не помню, это еще с детства.
— Красиво… Тоже такую хочу!
Ждан тихо кашлянул, будто подавился словом, а такое с ним случалось не часто. Буряй отвернулся будто ничего удивительного и не заметил.
— Холодно стоять, дядька. Одевайся уже, простудишься.