Делагарди

Войдя в нужный кабинет, я встретилась с женщиной в строгой мешковатой униформе. Она, не глядя на меня, протянула урну. Может, у мамы были близкие, кто знал ее лучше? Хотя тогда она не оставила бы мой номер в списке контактов на экстренный случай. Откуда у нее вообще мой номер?

Металл урны был ледяной, пальцы тут же немного онемели. Внутри все сжалось. Я держала всю ее жизнь, сжатую до размеров этой банки. Урна оттянула руку. Я не ожидала, что прах, оставшийся от человека, весит так много.

На боку урны — крошечная табличка с именем «Зои Ферал».

Женщина за столом несколько раз ткнула пальцем в бумажку, и я автоматически расписалась. Вывела свое имя рядом с ее — впервые в жизни наши имена стояли так близко на одном листе.

Вернувшись домой, я поставила урну на книжную полку между учебником по экономике и потрепанным томиком «Над пропастью во ржи».

Легкий ветерок с улицы шевельнул занавески. Где-то вдалеке залаяла собака.

А урна на полке продолжала молчать.

***

Дни проходили мимо меня. Я существовала на автопилоте, пока реальность бесцеремонно не ворвалась в мою спальню.

— Вставай, Мирна, Лой приехал! — тормошила меня Дакота в мое пятничное выходное утро. Подруга не сдавалась: хлопала меня по спине, тянула за одеяло, и в ее голосе слышалось утреннее нетерпение, когда слова еще чуть хриплые, но уже наполнены радостью.

— Серьезно, Мирна, поднимайся! Он уже здесь! — повторила она, и теперь в ее голосе было достаточно счастья, что даже сквозь сон стало ясно — день сегодня будет гораздо ярче.

Я потянулась, размяла плечи и смирно осталась в этом мягком состоянии полудремы. Телефон завибрировал — коротко и настойчиво. Лой.

«Я уже на подходе. Если вы в халатах — я разворачиваюсь и уезжаю обратно в ад корпоративной этики».

Я невольно улыбнулась. В самый разгар драмы он мог вдруг спросить, едят ли пингвины снег, — и все, серьезный настрой рассыпался в прах. Я потянулась за телефоном, лениво набрала:

«Халаты — это парадная форма».

И после добавила:

«Смирись».

Дакота уже хлопотала на кухне, что-то напевая себе под нос. Я слышала, как она открывала шкаф, доставала кружки, как в чайнике закипала вода, потом что-то падало, и она тихо ругалась.

— Мирна, ты слышала? Он уже почти здесь!

Мельком глянув в зеркало, я увидела все те же фиолетовые круги под глазами и торчащие во все стороны угольные волосы. Быстро пригладив их и затянув в тугой хвост, я влезла в спортивные шорты и футболку с Тейлор Свифт. Нащупала тапки под креслом и поплелась на кухню.

Дакота разливала чай по кружкам.

— Лой всегда приезжает, когда у нас бардак? — спросила она, не оборачиваясь.

— Думаешь, он этого не ждет?

Лой дружит с нами с колледжа, и уж он точно видел у нас хаос и похуже.

Дакота угукнула, и в дверь настойчиво позвонили. Так длинно, что можно было подумать: звонок заело. Мы побежали к двери наперегонки.

— Иду я, иду! — крикнула Дакота.

Лой стоял с широкой улыбкой. Рюкзак валялся у ног, в руках — помятая картонная коробка.

— Ну что, вы тут совсем без меня одичали? — спросил он с порога.

Мы с Дакотой переглянулись.

— Ты кого-то ограбил? — спросила я, прислонившись к косяку.

Лой обнял Дакоту одной рукой.

— Хуже. Сувенирная лавка на вокзале, — он вручил мне коробку.

— И что там? — я кивнула на его трофей.

— Это сувениры. Для поднятия вашего культурного уровня. — Он покрутил коробку в руках.

— Только бы не магнитики, — вздохнула я.

— Нет, на этот раз все серьезно. Там даже что-то съедобное есть, — он поставил вещи на тумбочку и огляделся.

— Ну как? — спросила Дакота.

— Адски скучно. — Лой упал на стул, вытянув ноги. — Единственный плюс — я выспался на лекции.

Он сделал глоток чая, скривился. Но промолчал.

— Ты безнадежен, — усмехнулась Дакота.

Он отхлебнул чай и снова поморщился.

— Вы ждали меня, чтобы допить вчерашние помои?

Лой показывал какие-то нелепые фотографии с конференции: вот он с табличкой «Гость», вот — с чашкой кофе, на которой кто-то нарисовал смайлик.

Мы сидели за столом.

Лой глянул на меня поверх чашки, уголок губ дернулся, а пальцы издали щелчок. Он что-то быстро набрал на телефоне, и через секунду у меня на экране всплыло сообщение: «Ты сегодня особенно загадочная. Это новый стиль?»

Я улыбнулась, не поднимая глаз:

«Экономлю энергию».

Мы частенько переписывались, даже сидя за одним столом. Дакота к этому давно привыкла, не вмешивалась, просто принимала как часть какой-то родственной связи.

Лой мельком глянул на экран, хмыкнул и вдруг выдал, глядя в окно:

— Слушайте, а вы замечали, что в этом районе все собаки… одинаковые?

— В смысле? — не поняла Дакота.

— В прямом. Я, пока шел от остановки, видел трех. И клянусь, это был один и тот же пес. Та же хромота на левую лапу, то же пятно на ухе. Только хозяева разные.

— Может, ты просто ходишь кругами? — фыркнула Дакота. — Или у тебя передоз кофеина.

— Нет, серьезно, — Лой подался вперед, и в его голосе проскользнуло что-то странное, не похожее на шутку. — Я даже сфоткать пытался. Достаю телефон, навожу, а на экране мыло. Три раза подряд.

Он покрутил телефон в руках.

— Глюк в матрице.

— Или у тебя руки дрожат после самолета, — усмехнулась я, но по спине пробежал холодок. Призрак кофейной галлюцинации замаячил на краю сознания.

Через пару часов мы переместились в прохладную комнату. Лой по-хозяйски прошелся вдоль моего стеллажа, взял с полки старую стеклянную шкатулку, подбросил ее в воздух и не глядя поймал у самого пола. С моих губ сорвалось «ой», а он лишь ухмыльнулся и поставил ее обратно, но задом наперед. Затем он устроился на полу, вытянул длинные ноги, задумчиво щелкнул пальцами. Его обычно рассеянный взгляд вдруг стал собраннее, серые глаза задержались на мне чуть дольше, чем обычно. Он провел рукой по соломенным волосам, будто хотел что-то сказать, но не сразу решился. В комнате на секунду стало тише, и только тогда он почти шепотом спросил:

— Ну, как ты?

Я пожала плечами. Лой кивнул и переключился на другую тему.

— А теперь к подаркам, — объявил друг, хлопнув ладонями по коленям. Он потянулся к своей коробке, и в глазах мелькнул азарт.

— Ну-ну, удиви нас, — хмыкнула Дакота, склонив голову и чуть прищурившись.

— Дакота, лови, — он кинул ей маленькую коробочку.

Она открыла. Внутри лежал серебряный браслет с подвеской-ложкой.