Делагарди

В висках отозвался глухой пульс, и с каждым ударом становилось яснее: ноги сами выбрали направление. Я не помнила, чтобы бывала здесь раньше, но в теле не было ни тени сомнения. Только тяга идти вперед.

— Нам прямо, — спокойно указала я.

— С чего ты взяла? — напряглась Дакота.

— Я знаю.

Глава 6

Мы бесконечно брели по ночному городу. Усталость звенела в каждом движении. Хотелось завалиться на кровать, и уже неважно, в какой квартире она будет находиться. Чемоданы оттягивали руки до самой земли. Вокруг было тихо. Город будто вымер.

Дышать было невыносимо тяжело. Плотный воздух смешался с запахом жасмина и оседал где-то в груди. Асфальт отдавал накопленный жар, обжигая стопы даже через обувь.

Я шла на автомате, не глядя по сторонам. Дакота — за спиной, Лия — рядом.

— Вот и добрались, — Лия остановилась у перекрестка, откуда открывался вид на городскую площадь. — Вам налево, к стоянке такси.

Я огляделась: таксисты скучающе курили.

— Ты точно справишься одна? — спросила Дакота, бросая сумочку на скамейку.

— Конечно, — Лия улыбнулась, доставая телефон. — Я тут местная, не заблужусь. Такси уже вызвала, — она показала экран, где ползла иконка машины. — Через пару минут буду дома.

— Зачем вызывать, если тут стоят? — я кивнула в сторону парковки.

Лия округлила глаза:

— Ты что? Местные с ними не ездят, они такую цену ставят. Ого!

Она стояла поодаль, под светом редкого фонаря. Прямые плечи, темный рюкзак. Лия держалась бодро, но пальцы свободной руки медленно перебирали ремешок рюкзака; ноготь зацепился за нитку, и она аккуратно оборвала ее не глядя.

— Спасибо, что довела, — сказала я. — Новые знакомые нам не помешают.

— Пустяки. Мне все равно было по пути, — она огляделась и добавила: — Если что, пишите. Я недалеко, да и город маленький — все равно пересечемся.

— Обязательно, — Дакота зевнула.

Подъехало такси — серебристая машина с облупившимся бампером. Лия одним махом открыла дверь и нырнула на заднее сиденье.

— Ну, пока!

Такси мягко тронулось, растворяясь в темноте.

— Я отправила смс юристу. Ждем! — громко сказала Дакота, провожая отдаляющуюся Лию.

Откуда я знала эти дороги? Очередное совпадение ударило под дых. Я потерла виски, надеясь стереть навязчивую карту, но она загорелась в мозгу еще ярче.

К остановке медленно, с достоинством катафалка, подъехал черный, отполированный до блеска Lincoln Town Car. Фары выхватили нас из темноты, и мы на миг ослепли.

За рулем сидел пожилой мужчина в строгом костюме. Его седая борода аккуратно прикрывала губы. Глаза спотыкались только о тонкую черную оправу на носу.

Окно поползло вниз.

— Мирна Эванз и Дакота Блу?

Дакота кивнула, и он тяжело вздохнул.

— Еще позже не могли приехать? Нормальные люди приезжают днем.

Мы проигнорировали его замечание и, молча закинув вещи в багажник, сели в салон.

Нас сразу обдало ароматом дорогой кожи, впитавшей нотки табака и застоявшегося тепла.

— Моя фамилия Беннет, — представился он, не глядя на нас. — Веду дела по доверенности от семьи.

На переднем сиденье лежала папка с бумагами.

— Документы у меня, — он достал из портфеля папку. — Все как положено.

Он протянул Дакоте конверт и скрепленные листы.

— Подписи — здесь и здесь, — палец ткнул в бумагу, не терпя возражений. — Квартира ваша, поздравляю.

Дакота быстро расписалась. Мистер Беннет проверил бумаги и завел машину. Всю дорогу он ворчал, выстукивая по рулю обиду. Но мы не слушали.

Мы уже предвкушали новый день, глядя на ночной город за окнами.

Гримфорд напоминал старую открытку: узкие улицы петляли между домами с крутыми крышами, свет отбрасывал длинные пятнистые тени. Деревья вдоль главной улицы тянулись сплошным темным коридором, их кроны без остатка растворялись в небе. Горячий ветер путался в ветвях, раскачивая вывески на цепях и дробя блики в витринах закрытых лавок.

Каменный мост пересекал узкую реку. Вода в ней была черной и гладкой, лишь изредка расходясь кругами от упавших листьев.

На возвышенности терялся силуэт замка, башни врезались в саму гущу туч. Я видела его на картинках в интернете. Оторвав взгляд от башен, я стала разглядывать проплывающие мимо дома. На фасадах то и дело мелькал какой-то герб, но рассмотреть детали можно было только при свете дня.

Мы подъехали к двухэтажному многоквартирному дому. Мистер Беннет вышел, открыл дверь подъезда и жестом пригласил следовать за ним.

В темноте дом казался собранным из случайных деталей: свет выхватывал балконные перила, колонны у массивного входа и ряд почтовых ящиков. Газон сливался с асфальтом парковки, где в духоте потели машины. Я шагнула на светлую каменную дорожку, над которой в свете тусклых ламп кружили ошалелые мотыльки.

В подъезде царила затхлость, пахло деревом и сыростью. Шаги гулко отдавались по бетонным ступеням. Мы старались ступать тише, но в этом молчании каждый шаг звучал чересчур громко.

Мистер Беннет повернул ключ, дверь открылась с глухим скрипом. Он щелкнул выключателем — тусклая лампа под потолком дала желтизну, отчего углы стали еще темнее.

— Входите быстрее, — бросил он не оборачиваясь и шагнул внутрь.

Я переступила порог. Было душно. Пахло изношенной мебелью, пылью и чем-то сладковатым, как в домах, где давно не открывали окна.

Беннет быстро провел экскурсию по новым владениям Дакоты. Все было до безобразия буднично. Старая мебель, две комнатки и гостиная, совмещенная с кухней.

Единственное, что цепляло, — картинка с гербом в узком коридоре. Тем самым, что я видела на улицах. Массивный щит, за́мок с острыми башнями и готическими окнами. Над щитом нависал черный ворон с алыми разумными глазами. А за спиной птицы сиял лунный диск, превращая герб в мистическую печать. По коже побежали мурашки. Внизу девиз: perha némus. Слова как в письмах матери.

Я шла за Беннетом, проверяя телефон. Нет ответа от криптолингвиста. Может, стоило написать, что это строки Марцелла? Голова гудела от вопросов.

— А где вещи жильца? — спросила я, пока юрист не ушел.

— Кого? — фыркнул он.

— Моего дядьки, — уточнила Дакота.

— Мне откуда знать, — он махнул рукой.

— Как это откуда? Он же жил здесь? — удивилась я, переглядываясь с Дакотой.

— Жил, не жил. Мне откуда знать? Моя работа маленькая: передать, что умер, а был он тут или нет, не мои заботы, — нервно выпалил он и добавил: — Ключи здесь.