Страница 88 из 109
Глава семнадцатая – Ровесник мира
Арчи смотрел на странного человека и не мог понять, что он чувствует. Место силы? И их здесь встречает это голозадое недоразумение? Лохматый, с криво подрезанной бородой, весь какой-то нелепый, смешной. Одно только костяное копьецо чего стоит. А слова как коверкает – жуть. Словно еды полон рот. Что он здесь вообще делает?
— Ты живешь здесь? – спросил Дамаран.
— Да, – усердно закивал голозадый.
— Один?
— Не, у нас наверху город. И храм.
— Пригласишь в гости?
— Я?
— Ну а кто же еще? – Эркюль смягчил голос и натянул на лицо доброжелательную улыбку. Словно с ребенком беседует. Может быть, он и прав. Уж больно наивным выглядит местный житель. – Мы ведь приплыли издалека. Тебя к себе пригласить не можем. У вас странники часто бывают?
— Нет, нет, – часто затряс головой человек.
— Пойдем?
— Да. Наверное.
В глазах чудика отражалось столько противоречивых чувств, что на него было жалко смотреть. Он и радовался, и боялся, и удивлялся, и еще много всякого. Словно в первый раз людей видит.
— Пойдемте, – принял он наконец решение. – Я отведу.
Отвернувшись от них, он вприпрыжку поскакал по пляжу, поминутно оглядываясь. У сбегающего с кручи ручья остановился, дождался, когда все подойдут. Затем полез вверх. Природные ступени расщелины человеческая рука подровняла, а ноги натерли до блеска. Было видно, что лестницей пользуются давно. Очень, очень давно. Камень, словно мягкая глина, кое-где продавился и потемнел.
Тропа наверху выглядела еще более древней. Вытоптать босыми ступнями колею в породе – это сильно. По крайней мере у этого чудика-Орсо обуви не было.
— Ух ты! Блоки, – делано удивился идущий сразу за голышом Дамаран, повернув голову влево, где белесую скалу испещряли ровные канавки рукотворного свойства. – Твоя работа?
— Не, это Зиг-камнетес, – снова смешно затряс шевелюрой их провожатый.
— Можно посмотреть ближе? – спросил Эркюль и, не дожидаясь разрешения, свернул к каменоломне.
— Тяжелый, – уважительно проговорил он, сдвинув плечом на полярда увесистый блок. Арчи мысленно присвистнул – обычному человеку такую дуру и на дюйм не столкнуть. – Поможешь на место поставить?
— Я? – робко спросил голозадый.
— А кто же еще?
Орсо осторожно подошел к камню и так же, не напрягаясь, как только что Дамаран, нажимом плеча вернул его в прежнюю позицию. Арчи переглянулся с Аникой. Та еле заметно кивнула. Понятно – еще один Вечный. Впрочем, этого следовало ожидать. Слишком уж у него белый зад для местного жаркого солнышка. Наверняка у них все здесь бессмертные. С незапамятных же времен на своем островке торчат.
— А вот и наш город, – радостно возвестил Орсо, когда за очередным скальным выступом открылось ровное плато.
На город кучка причудливых каменных домиков, словно соревнующихся друг с другом в идиотизме форм, походила мало. Но все внимание путников на себя тут же перетянуло нависающее над игрушечным поселком строение правильной прямоугольной формы с ровными гладкими стенами без единого шва.
Сомнений быть не могло – это оно, место силы! Огроменное: триста ярдов в длину, в ширину почти столько же. Поднимается на десяток человеческих ростов, а главное, из того же, что и остальные предметы древних, серого камня. Причем цельного – ни щелей, ни зазоров. И даже ворота – а такие имелись по центру – обозначены исключительно выемкой узнаваемой формы.
— Ого! А это у вас что за громадина? – поинтересовался взявший на себя роль переговорщика Дамаран.
— Цитадель забвения, – нехотя ответил голыш. – Не смотрите туда. Плохое место.
— Ладно, как скажешь, – немедля согласился Эркюль, бросив заговорщический взгляд на Теннария.
— А где люди-то? – решила все-таки поучаствовать в разговоре Аника. – Никого не видно. Нас испугались, что ли? По домам прячутся?
— Не. Люди в храме, – хохотнул Орсо с видом знающего человека, которому приходится объяснять очевидное. – Сейчас мое время.
— В храме? Это не вон тот ли домик на отшибе, случайно? – ткнул рукой Дамаран в пирамидальную постройку, торчащую башенкой на дальней от них окраине игрушечного городка.
— Ага, это храм Святого отрешения, – согласно закивал чудик.
— И все жители города сейчас там? – не поверила Аника.
— Ага, – радостно подтвердил Орсо. – Я же говорю: мое время.
— Ничего не понимаю, – шепнула Вечная Арчи на ухо, наклонившись поближе. – Какая-то ерунда.
В это время они подошли вплотную к поселку, и тропинка сменилась каменной мостовой. То, что издали казалось причудливыми домиками, вблизи превратилось в бестолковое нагромождение блоков, напоминающее человеческое жилье только в общих чертах. Арчи как-то раз сталкивался с подобным, когда, будучи в гостях у Берта, набрел на детскую игровую площадку, построенную графом для замковой ребятни. Одно-, двух- и даже трехэтажные сооружения из все того же белого камня только притворялись домами. Ни мебели внутри, что виделось через дыры-окна, ни хозяйских вещей, ни каких-либо полезных мелочей, ни посуды, ни инструментов, ни других следов каждодневного использования помещений людьми. Только редкие лежаки и полусгнившие шкуры какого-то неизвестного Монку животного.
— А вот и мой дом, – сообщил слегка осмелевший Орсо, остановившись возле простенькой по местным меркам одноэтажной постройки, обнесенной забором. – У меня у единственного еще и двор есть. Заходите.
Арчи заглянул в дверной проем, куда шагнул чудик. Напротив светилась точно такая же прямоугольная дырка – путь вел сквозь дом. Три шага – и вот он уже вслед за Вечными вступает в крохотный, пять на пять ярдов, загончик.
— Только вы все не влезете – дворик у меня маленький.
— А, собственно, зачем мы вообще сюда пришли? – В этот раз вопрос Аники был обращен к Дамарану. Но магистр его проигнорировал и обратился к голышу:
— Да, Орсо, ты прав. Нас много, нам у тебя будет тесно. Давай лучше прогуляемся к храму. Заодно и с остальными горожанами нас познакомишь.
— Так ведь рано еще, – обиженно скуксился чудик. – Мое время еще не закончилось. Давайте я вас лучше рыбкой угощу.
— Спасибо, друг, но мы не голодные, – извинился Эркюль. – Твое время никто не собирается отбирать. Просто потрать его, прогуливаясь с нами. Расскажешь, как вы тут живете, что делаете.
Голозадый немножко посомневался, но все-таки последовал за выбравшимися обратно на улицу гостями.