Страница 2 из 20
При упоминании этого имени даже у меня на секунду перехватило дыхание. Престон Кинг. Наследник огромной финансовой империи, самый завидный, циничный и загадочный холостяк страны. Таблоиды охотились за каждым его шагом, но он ненавидел светскую шумиху, почти не давал интервью и обладал репутацией человека с ледяным сердцем, которого невозможно приручить. Красивый, как падший ангел, и опасный для любой женской психики.
— Мама уже договорилась о наших платьях от кутюр, — победно ухмыльнулась Гризельда. — Престон Кинг ищет не просто жену, а партию для бизнеса. И одна из нас станет новой королевой холдинга. А ты, Синди, останешься стеречь этот офис.
В этот момент двери кабинета генерального директора открылись. На пороге появилась Леди Тремейн. Безупречный черный костюм, ни одной лишней складки, волосы уложены волосок к волоску, а на губах — холодная, едва заметная улыбка. Ее взгляд скользнул по мне, заставив меня внутренне подобраться.
— Анастасия, Гризельда, в мой кабинет. Нам нужно обсудить детали визита к стилисту, — скомандовала она. Сестры тут же засеменили за ней, строя мне гримасы за её спиной.
Мачеха остановилась у моего стола и опустила на лакированную поверхность тонкую пластиковую карту — пригласительный с золотым тиснением и эмблемой
King & Co
. На нем было четко написано:
«На три персоны»
.
Мое сердце глупо и предательски екнуло.
— Элеонора... — тихо начала я, глядя на карту. — Пригласительный на три персоны. Отец всегда хотел, чтобы мы представляли компанию вместе. Могу ли я... тоже пойти? Я закончила аудит, вся текущая работа сделана, и...
Мачеха медленно повернула ко мне голову. В её серых глазах не было ни капли тепла. Она посмотрела на мой застиранный кардиган, на карандаш в волосах, на бледное от усталости лицо.
— Ты? На раут Кингов? — её голос был тихим, но каждый звук резал, как бритва. — Синди, милая. Посмотри на себя. Ты — лицо нашей рабочей силы. Твое место — за этим столом, обеспечивать тыл компании, пока твои сестры сияют в обществе. К тому же, у меня для тебя есть небольшое задание на вечер.
Она легким движением руки бросила на мой стол массивную флешку и толстенную папку с юридическими документами.
— Здесь архивы за последние пять лет. Нужно провести полную оцифровку, перепроверить все контракты и составить реестр до полуночи. Если успеешь... что ж, тогда, возможно, ты сможешь доесть остатки кейтеринга, когда мы вернемся. А сейчас — займись делом. И принеси мне чай. Эрл Грей. Без сахара.
Она развернулась и закрыла за собой дверь.
Я осталась стоять у стола, сжимая кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони. В горле встал горький ком обиды. Это было несправедливо. До безумия, до крика несправедливо. Я отдавала этой компании всю себя, а меня снова задвигали в темный угол, как ненужную вещь.
Из-под стола тихонько высунулся Гас, его лицо было грустным. Из коридора послышался сочувственный вздох Жака. Они всё слышали.
Я посмотрела на портрет отца.
«Если очень сильно верить в мечту...»
— пронеслось в голове.
Я смахнула непрошеную слезу, решительно вытащила карандаш из волос, позволяя светлым волнам рассыпаться по плечам, и посмотрела на часы. До вечера оставалось еще много времени. И глубоко внутри меня, под слоями усталости и покорности, вдруг вспыхнуло совершенно не сказочное, а злое, упрямое и горячее желание.
Я не останусь здесь в эту ночь. Чего бы мне это ни стоило.