Страница 82 из 142
— Сие звание было присвоено мне советом солдатских корпораций и офицерами одобрено. – Волков развел руками, как будто извинялся за это. – Сам я себе звания не просил, но офицеры сказали, что полковник другим полковникам указывать не должен, и просили принять чин. Я был вынужден согласиться.
— И по заслугам, – заговорил молодой красавец с бородкой. – Думаю, что чин сей вами давно заслужен. Поздравляю, генерал!
— По заслугам, по заслугам.
— Поздравляем вас, генерал! – дружно говорили гости и снова кланялись, и ему снова приходилось отвечать им. А юный Конрад фон Тишель попросил:
— Господин, дозвольте сказать.
— Слушаю вас, юный господин, – согласился кавалер.
— О вас я знаю с детских лет, еще о том вашем походе в чумной город, в Фёренбург.
— Да, и откуда же? – удивлялся Волков.
— От Ганса Блюминга, он был в том походе с вами, а сейчас служит при нашей фамилии, – отвечал за сына отец. – Мои сыновья сотню раз слушали его рассказы о том, как вы дрались там с мертвецами.
— А потом мы узнали, как вы сражались с горцами, – продолжал юный фон Тишель. – О том рассказывал один артиллерист, он был с вами в сражении у холмов.
— Кажется, я известен в городе Ланне, – не без удовольствия отвечал кавалер.
Все стали с ним соглашаться, а молодой человек с бородкой снова заметил:
— Думаю, больше, чем вы полагаете, и тому послужила и ваша доблесть, и сам курфюрст, который зовет вас в своих проповедях паладином, опорой трона святого Петра и мечом Господа.
Волков улыбался и кланялся, иногда все-таки похвалы достигали своей цели и проникали в его сердце, хотя в обычное время к лести он был прохладен.
— Господин, – снова обратил на себя внимание юный Конрад фон Тишель, – дозвольте мне просить вас.
— Просить? – Кавалеру не хотелось бы сейчас разбирать чьи-то просьбы.
— Он желает просить вас о великой чести, – заговорил отец юноши.
— О чем же? – спросил Волков.
— Он хочет просить вас о великой милости состоять при вас, – продолжал фон Тишель-отец.
— Ах вот в чем дело, – понял генерал, – но в таком случае думаю, что я вам вынужден отказать.
Юноша вспыхнул от отказа, что-то хотел сказать, но Волков остановил его жестом.
— У Овечьих бродов, восточнее Бад-Тельца, мы попали в засаду, и один славный воин, чуть старше вас, по имени Александр Гроссшвулле, по прозвищу Увалень, погиб с великой честью, стоя рядом со мной плечом к плечу. Там же погиб и любимый мой офицер Гаэтан Бертье, храбрец и великий умелец в рукопашном бою. А до того за два месяца рыцарь фон Клаузевиц был убит в схватке при нападении на меня в городе Малене. Что же скажу я вашей матушке на ее упреки, случись с вами такое?
— Я уже все ей сказал сам, господин, – отвечал юноша. – Она знает, что я выбрал стезю воинскую и что я почту за честь погибнуть, стоя с вами плечом к плечу, как погиб ваш славный господин Увалень.
А пока молодой человек говорил это, Агнес прошептала кавалеру из-за спины:
— Фамилия фон Тишель имеет земли южнее Гамерсдорфа, сорок душ крепостных, за стенами города мыловарни и постоялый двор, а в городе дома и склады сдают внаем. Семья эта весьма влиятельна, племянник Эдуарда фон Тишеля Теодор фон Тишель – член городского совета, а второй сын его – заместитель командира стражи города.
— Откуда ты все знаешь? – тихо удивлялся кавалер.
— Слушать я умею, – отвечала девушка не без гордости, – всегда слушаю, что мне говорят, а сказанное запоминаю.
Выслушав ее, кавалер еще раз осмотрел гостей и спросил:
— И что же, все остальные молодые люди пришли сюда с тем же пожеланием, что и юный господин фон Тишель?
Молодые люди стали ему опять кланяться в знак того, что так оно и есть.