Страница 17 из 20
Аробей остановился у ручья, чтобы набрать воды. Снег вокруг был чистым, нетронутым — значит, здесь никто не проходил. Он присел на корточки, зачерпнул воду ладонями, выпил. Холодная, чистая, с привкусом железа. Он посмотрел на своё отражение в воде. Лицо было бледным, покрытым грязью и щетиной. Глаза — ввалившиеся, но живые. В них горел тот самый огонь, который появляется у людей, загнанных в угол.
Он нажал тангенту.
— Искра, я на месте. Ручей в пяти километрах от посёлка. Связь устойчивая.
Ответ пришёл не сразу. Когда пришёл — голос Искры был напряжённым.
— Аробей, у меня проблемы. Крайнов усилил охрану. Бойцов на этаже стало вдвое больше. Они проверяют каждый терминал, каждую учётную запись. Я еле успела зачистить следы своего вмешательства.
— Ты в безопасности?
— Пока да, — Искра помолчала. — Но Аробей... они нашли Гранита.
Аробей замер. Его рука сжалась в кулак так сильно, что ногти впивались в ладонь.
— Что значит "нашли"?
— Его перевели в другой изолятор. В подвал. Туда, где содержат особо опасных. Я не знаю, как туда попасть. У меня нет доступа к тому уровню.
— Он жив?
— Да, — Искра говорила тихо. — Я видела его на камере, прежде чем они её отключили. Он жив. Но... Аробей, они что-то с ним делают. Я не вижу, но... они вводят ему что-то.
Аробей закрыл глаза. Он представил Гранита — спокойного, невозмутимого Гранита, который двадцать лет был его наставником, его отцом, его совестью. Который рисковал всем ради него. Который теперь сидел в подвале, и ему вводили что-то, что могло сломать его разум.
— Я вернусь за ним, — сказал Аробей. Голос был ровным, но в нём звучала сталь. — Как только разберусь с "Фантомом" — я вернусь.
— Я знаю, — Искра помолчала. — Но сначала — ты должен выжить. Посёлок в пяти километрах. Там ты сможешь укрыться. Я передам тебе всё, что найду о "Фантоме".
— Хорошо, — Аробей поднялся, отряхнул снег с куртки. — Что ещё?
— Аробей... я нашла кое-что. В архивах. О "Фантоме".
— Что?
— Это не просто проект. Это... культ. Группа людей, которые верят, что "Зенит" — это не оружие, а путь. Путь к эволюции. К тому, чтобы стать чем-то большим, чем люди. Они называют это "пробуждением". И они считают, что активация "Зенита" — это не катастрофа, а начало новой эры.
Аробей почувствовал, как холод пробирается под кожу. Он вспомнил существо в подземелье. «Ты пришёл.» «Ты боишься.» Голос, который звучал не в воздухе, а в его голове.
— Они не просто хотят активировать "Зенит", — продолжала Искра. — Они хотят стать им. Превратиться в единый организм. Отказаться от индивидуальности. Стать чем-то... большим.
— Это безумие, — сказал Аробей.
— Это вера, — Искра говорила тихо. — А вера — самое опасное оружие в мире.
Аробей кивнул. Хотя она не могла его видеть.
— Передай мне всё, что нашла, — сказал он. — Все файлы. Все имена. Все координаты. Я должен знать, с кем имею дело.
— Передаю, — Искра помолчала. — Аробей... будь осторожен. "Фантом" знает, что ты сбежал. Они знают, что ты идёшь к ним. И они ждут.
— Я знаю, — Аробей усмехнулся. — Пусть ждут.
Он отключил передатчик, убрал его в подсумок. Посмотрел на север, где, за лесом, находился заброшенный посёлок. Где он сможет укрыться. Подумать. Спланировать.
И вернуться.
Он сделал первый шаг. Затем второй. Третий.
Лес сомкнулся за его спиной, как занавес. Впереди была только тайга, снег и тишина.
И он шёл.
Посёлок появился из тумана, как призрак. Несколько покосившихся деревянных домов, крытых железом, которое давно проржавело насквозь. Заброшенная котельная с трубой, которая когда-то гордо возвышалась над тайгой, а теперь стояла кривой, как сломанный палец. Ржавые остовы тракторов и лесовозов, покрытые мхом и снегом. И тишина. Та самая, абсолютная, звенящая тишина, которая означала, что здесь давно никто не живёт.
Аробей обошёл посёлок по периметру, проверяя каждый дом. Все были пустыми. Разграбленными ещё в девяностых, когда последние жители уехали в города. Окна выбиты, двери сорваны, внутри — только мусор, пыль и следы времени.
Он выбрал дом на окраине — двухэтажный, с крепкими стенами и крышей, которая ещё держалась. Второй этаж был частично обрушен, но первый — цел. Он вошёл внутрь, осмотрелся. Печка-буржуйка, ещё целая. Нары из досок. Окна заколочены фанерой. Идеальное укрытие.
Он разжёг в печке огонь — сухой хворост нашёлся в углу. Огонь затрещал, заполнив комнату теплом и светом. Аробей сел у печки, протянул руки к огню, чувствуя, как тепло проникает в кости. Он закрыл глаза на секунду, позволяя себе расслабиться. Только на секунду.
Затем он достал аналоговый передатчик.
— Искра, я на месте. Посёлок пуст. Укрылся в доме на окраине.
Ответ пришёл через минуту.
— Хорошо, — голос Искры был спокойнее. — Держись там. Я продолжу искать информацию. Передам всё, что найду.
— Жду, — Аробей помолчал. — Искра... спасибо.
— Не благодари, — Искра усмехнулась. — Просто выживи.
Она отключилась.
Аробей остался один. У огня. В тишине.
И впервые за долгое время он почувствовал что-то похожее на покой. Не безопасность — он знал, что в безопасности не бывает. Но покой. Знание того, что он не один. Что есть кто-то, кто верит ему. Кто борется вместе с ним.
Он достал из подсумка фотографию. Ту самую. Молодой Гранит. Молодой Аробей. Двадцать лет назад. До всего.
Он посмотрел на неё. На лица. На улыбки. На глаза, которые ещё не видели того, что увидят.
— Я вернусь за тобой, старик, — прошептал он. — Обещаю.
Он убрал фотографию обратно, в герметичный карман, ближе к сердцу.
Затем он лёг на нары, закрыл глаза.
И впервые за трое суток — уснул.
---
Он проснулся от звука.
Не громкого. Не резкого. Тихого. Металлического. Как будто кто-то наступил на ветку.
Аробей открыл глаза мгновенно. Он не двигался. Не дышал. Просто слушал.
Тишина.
Затем — снова звук. Шаги. Осторожные. Крадущиеся. Не один человек. Несколько.
Аробей бесшумно поднялся, подошёл к окну, приподнял край фанеры, посмотрел наружу.
Светало. Снег всё ещё шёл, но теперь он был виден — белый, чистый, покрывающий всё вокруг. И в этом белом снегу он увидел их.
Четверо. В камуфляже. С автоматами. Они двигались по посёлку, проверяя каждый дом. Это были не бойцы Центра — форма была другая. Не "Фантом" — они двигались не так синхронно. Это были наёмники. Частные. И они искали его.