Страница 55 из 117
— Я ничего не думаю, господин, — отвечает слуга. — Просто я спросил у него, отчего он ночью кричит. А заорал-то он, как я и говорил, когда при мне спал — слава Богу. Я испугался, что вас разбудит, а вы потом ещё маяться будете до утра, так и не заснув. Вот я и поинтересовался у него утром, что его так пугает. Ну, он мне и сказал, что пугает его во сне одно и то же: приходит к нему какой-то мальчик. Но мальчик тот слепой. Он ищет его, шарит руками. И спрашивает, как его зовут.
— Слепой? — тут генерал начинает что-то припоминать. Он знает одного слепого мальчика с белыми глазами. Но у того, кажется, и рук нет. И тогда он уточняет: — Но с руками?
— Да, тот шарит руками.. — продолжает слуга. — Но Петер знает, что не должен откликаться, что должен молчать, что нельзя этому мальчику называть своё имя, а тот всё ближе к нему и ближе, и руки его кажутся Петеру страшными, и Петер боится, что он его вот-вот найдёт этими руками, и тогда кричит от ужаса.
Может, то простые страхи? Волков уже думает пойти в столовую завтракать, но, кажется, Гюнтеру есть ещё что сказать, и тогда генерал настаивает:
— Ну говори же, что ещё?
— Так вот, господин, я у него и спросил: а что это за мальчик его ищет по ночам? А Петер и сказал: мальчик, видно, из господских, уж больно хорошо одет. А вот лицо у него не детское.
— Не детское? — снова что-то нехорошее стало ему вспоминаться, подниматься из глубин памяти. — А какое же у него лицо?
— Так вот, сказал он мне, что у того мальчика голос мальчишеский, а лицо немолодого мужчины, — наконец произносит Гюнтер с видимым облегчением.
«Ах вот даже как!».
Тут он и вспомнил про.. Да, про него, про пажа графа Тельвиса.
Кажется, того звали Виктор. Виктор, Виктор. И тогда барон и спрашивает у слуги:
— А ты помнишь того мальчишку, что приехал к нам в таверну?.. Пажа, что был при графе.
— Его-то я сразу и припомнил, господин; то было мерзкое чадо, оно мне тогда уже не понравилось, как я его увидал впервые, а потом я убедился в своей правоте.. Я же помню, как вы уже после всего говорили с господином фон Готтом о том, что это был совсем не мальчишка, а какой-то старик, прикидывающийся ребёнком. Как мне Петер стал говорить о том, так я сразу и припомнил, что тот старик был вовсе не мальчишкой.
— Да, был он вовсе не мальчишкой, — задумчиво повторяет генерал и продолжает: — А ну-ка, позови мне сюда Петера.
⠀⠀