Страница 2 из 63
Через пятнадцать минут это слово было у всех на слуху. А через несколько месяцев о нем писали везде – от журнала "Сумеречная зона" до "Голоса глубинки " и "Пентхауса". Такова сила одного дурацкого слова, когда приходит его время. Конечно, это чертовски упрощенное объяснение. Но я пишу экспромтом, так что уж простите. Если хотите узнать, что на самом деле означает это слово, почитайте, о чем тогда говорили люди. Например, вот что писал
Клайв Баркер:
"Книги крови" 1–6
"Проклятая игра"
Дэвид Дж. Шоу:
"Видеть красное"
"Потерянные ангелы"
"Серебряный крик" (редактор)
"Убийственный Рифф"
Джо Р. Лансдейл:
"Пронзающие ночь"
"Кино под небом"
"Причудливыми руками"
Джон Скипп и Крейг Спектор
"Свет в конце тоннеля"
"Зачистка"
"Крик"
"Книга мёртвых" (редакторы)
"Мост"
Всё это было написано примерно в тот период, о котором мы говорим. (Среди других примеров можно назвать "Живых девушек" Рэя Гартона и "Вампирский перекрёсток" С. П. Сомтоу.) Итак, в заключение: сплаттерпанк – это не обычный хоррор, а нечто более грубое.
(Насколько я слышал, с тех пор было написано много по-настоящему грубых вещей.)
Сплаттерпанк – это дурацкое шутливое название для подрывного, бескомпромиссного хоррора, который заводит, но не в обычном смысле. Если это вообще что-то значит.
СПЛАТТЕРПАНК 101: ДОПОЛНЕНИЕ
Перечитывая это сейчас, я прихожу к выводу, что самая важная фраза – "спонтанное извержение в искусстве". Не было какой-то группы людей, которые собрались вместе и сказали: "Давайте всё испортим!" Была горстка людей, которые пошли и всё испортили. Заметили друг друга и сказали: "Эй! Круто! ТЫ ТОЖЕ ЭТОГО ДОБИВАЕШЬСЯ! Как говорил Чарльз Форт: "На смену паровым двигателям приходит время паровых машин". Все детали лежали на виду, ждали, когда их соберут воедино. И вот кто-то это сделал. И не успели вы опомниться, как уже мчался поезд. Так что, чтобы внести ясность, скажу, что Лаймон и Кетчам не были писателями в жанре сплаттерпанк. Они были чертовски хардкорными авторами. Но, с другой стороны, таким же был Кинг и Страуб. И "Вскрытие" Майкла Ши – одна из величайших историй ужасов, которые я когда-либо читал. И многие другие тоже, когда им этого хотелось.
Сплаттерпанк как эстетический ориентир вдохновил многих, но это не делает их сплаттерпанком в полном смысле этого слова. Например, можно утверждать, что волна писательниц, работавших в жанре хардкор, которая последовала сразу за сплаттерпанком (Поппи З. Брайт, Кэт Коя, Элизабет Мэсси, Нэнси Коллинз, Роберта Ланнес, Криста Фауст), была первой плеядой женщин-сплаттерпанк. Пол Сэммон был в этом уверен. И я тоже. Но к тому времени шутка уже порядком надоела. И все уже двигались дальше. Так что, если хотите, можете говорить о пост-сплаттерпанке. А если кто-то напишет что-то в духе новой волны или прото-сплаттерпанка, вы можете указать на это и провести линию на графике. В конце концов, я думаю, что произведения, которые в свое время определяли сплаттерпанк, были лишь мимолетным увлечением. Они значили что-то для тех, кому были небезразличны, и мало что значили для тех, кому были безразличны. Но я все равно считаю, что лучшие из них были чертовски крутыми, и горжусь тем, что был частью того времени.
* * *
Так что я был рад оставить все как есть, объяснив все на полстранице. Но не успел я опомниться, как Рэт Джеймс Уайт возродил "Киллер Кон" в Остине, штат Техас. И у них с Брайаном Кином возникла блестящая идея – начать вручать награды за те самые хардкорные истории, которые они так любят.
И как же они это называют? Премия "Сплаттерпанк". И вот внезапно перед нами целый клубок из окровавленных бритвенных лезвий, глазных яблок и призраков, в котором нужно разобраться. Потому что экстремальный хоррор и сплаттерпанк – это не одно и то же. Да, у них много общего. Если бы вы нарисовали диаграмму Венна, то в центре, где они пересекаются, получилось бы большое красное мокрое пятно. Но теперь мне стало совершенно ясно, что мне нужно вдаваться в гораздо более подробные объяснения, если я хочу, чтобы это было понятно широкой аудитории. Тем более что многие из вас еще даже не родились, когда происходило большинство событий.
Итак, вот еще пара моментов, которые, на мой взгляд, стоит рассмотреть, пока мы обсуждаем, почему именно эта группа авторов для меня олицетворяет этот термин.
ВО-ПЕРВЫХ: если и есть что-то общее, что связывает Баркера с Лансдейлом, Шоу со "Скиппом и Спектором", то я бы назвал это бунтарством. Ощущением, что мы восстаем против системы, бросая вызов всему, что кажется нам священной коровой. Дело было не только в отвратительных сценах, хотя, видит бог, мы их обожали и с радостью использовали при каждом удобном случае. Дело было в том, чтобы разрушать табу, сбрасывать с себя наносное и смотреть запретному в лицо. Так мы могли избавиться от черно-белого восприятия мультяшного добра и зла и добраться до сути человеческой природы, где все гораздо сложнее и запутаннее, чем принято считать. У каждого из нас, без сомнения, был свой особый подход. Клайв, например, использовал свои завораживающие образы, чтобы показать захватывающую дух красоту и благоговейный трепет, которые можно испытать в кромешной тьме. Шоу вел (и продолжает вести) бесконечную войну с глупостью, превращая умопомрачительный хаос в язвительные комментарии, наполненные сарказмом и дикой радостью. Джо с его потрясающей дерзостью был откровенным и прямолинейным обличителем расизма, жестокости и провинциальных предрассудков. А мы с Крейгом... что ж, мы делали то, что делали, с диким воплем рок-н-ролльной ярости, с широченными улыбками на лицах и с душой нараспашку, бросая вызов власть имущим. И самое главное, что нас объединяло, – это то, что мы ни на секунду не отступали. Мы гордились тем, что не отводили взгляд, как бы больно это ни было, как бы сильно это ни бросало вызов нашим убеждениям и как бы нелестно это ни отражалось на культуре. Наша работа была исследованием, основанным на потребности в знаниях, исходящим из того, что нам действительно нужно было знать. Что суровые истины нужно было озвучивать. Наградой был гнозис. В этом и был смысл "зайти слишком далеко".