Страница 5 из 77
Я осторожно повернулась в сторону голоса и увидела всадника, медленно приближающегося к повозке. Он был без шлема, но я не могла разглядеть его лица. Позади него двое служащих несли два флага с гербом лисы. Я сглотнула. Неужели мы от них пытались сбежать?
— Здравствуй, Габриэль, — всадник спустился и теперь я могла понять насколько был высок мужчина. Он был на голову выше отца и сильно шире в плечах. — Долго же ты от меня бегал. Но на моих землях всё принадлежит мне и от меня никому не утаиться.
Отец язвительно фыркнул:
— К сожалению, не могу усомниться в ваших словах, король Ричард.
* * *
Король слегка ухмыльнулся, показывая белые зубы:
— Ты ведь умён, мой старый друг. Так отчего же ты сейчас зол?
Лицо отца исказилось болью и гневом одновременно. Видимо, воспоминания о прошлом ожгли его сильнее, чем огонь. Король сделал знак солдатам убрать оружие, и те повиновались с нескрываемым облегчением. Ричард приблизился вплотную к отцу, снизив голос почти до шепота:
— Признай честно, ты проиграл. Я нашёл вас. Я нашёл её и она по праву принадлежит мне.
Отца аж затрясло, его руки сжались в кулаки, глаза сверкнули негодованием:
— Нет! Только через мой труп!
Король всплеснул руками:
— Это можно устроить, однако я не хотел бы терять лучшего целителя и алхимика всех времён. К тому же, только ты умеешь усмирять то, что нам нужно.
— Нет! — гаркнул Габриэль и один из стражников снова схватился за рукоять меча. — Ты не получишь мою дочь!
Король засмеялся.
— Я уже получил её. Любая родившаяся женщина на моих землях уже принадлежит мне!
— Но ты ведь будешь использовать её, как оружие! А она — ребёнок.
— Она уже взрослая женщина, Габриэль, — резко ответил Ричард и быстро подошёл к повозке, где находилась я. Раздвинув полы, я хотела бы вскрикнуть, да не вышло, и всё, что мне удалось, — это смотреть в его глаза. Мы были так близко друг к другу, что я почувствовала его обжигающее дыхание на своём лице и запах пота. — Здравствуй, Рогнеда фон Рун. Долго же отец прятал тебя от меня. Ты стала красавицей, несмотря на шрамы.
— Она не сможет войти во дворец фавориткой короля и ты это знаешь! — настаивал отец.
— Верно, — согласился король и легко подхватил меня на руки. — Она войдёт туда моей невестой.
Чего?! У меня аж дыхание перехватило.
— У неё увечья!
— Ты это исправишь. А если нет — в замке полно лекарей и целителей. От шрамов не останется и следа, — Ричард нёс меня, словно пушинку. Мне стало не по себе. Раньше никто, кроме Артёма не брал меня на руки.
— Она не может говорить! Королю не нужна немая жена!
Ричард вдруг остановился и поставил меня на ноги.
— Верно, — сказал он. — Но её дар сейчас важнее всего! В королевстве бушует чума! Вскоре наступит трёхлетняя зима и только Огонь может помочь нам выжить. А ты эгоистично прятал дочь от людей, обрекая их на гибель!
— Потому что ты погубишь её! Моя дочь важнее для меня, чем весь этот народ! И ты будешь обращаться с ней не как с женой, а как с оружием! Она даже не умеет пользоваться силой правильно! Она погубит вас и себя заодно!
Король поднял руку, останавливая отцовские обвинения:
— Прежде всего, мы выясним истинную природу её дара. Сегодня ночью проведём испытание. Решится многое.
— Испытание? Чёрт возьми, разве вы не понимаете, что это опасно для неё? — голос отца сорвался от волнения.
— Именно потому и будем осторожны, — спокойно ответил король. — Этот огонь в ней может стать спасением королевства. Или уничтожением. Стоит рискнуть.
Моя голова кружилась от потока событий. Огонь внутри меня просыпался медленно, пульсируя, вызывая тревогу и панику. Каждое движение мужчины рядом казалось угрозой, хотя его тон был вежливым и учтивым. Однако в нём чувствовалась власть, его взгляд был полон решимости, и я поняла, как бы мне ни хотелось бежать — каждое дерево выдаст меня ему.
Король хмыкнул, поправляя мантию:
— Именно поэтому я хочу жениться на ней официально. Чтобы обучение проходило в стенах дворца, под присмотром лучших наставников королевства. Я буду заботиться о твоей дочери гораздо лучше, чем ты мог бы представить.
Глаза отца вспыхнули возмущением:
— Ты используешь её силу в корыстных целях! Для собственного обогащения и укрепления власти! Мой ребёнок станет пешкой в твоих играх?
— Какой родитель желает видеть своего ребёнка счастливым и защищенным? — спокойно спросил король. — Особенно когда речь идет о ребенке с особыми возможностями. Ты понимаешь, какую роль играет твоя дочь в судьбе нашего королевства.
Отец беспомощно опустил плечи, понимая, что аргументы исчерпаны. Его рука скользнула к поясу, и он извлек небольшой кинжал, сжимая рукоятку с напряжением.
— Ни за что! — прорычал он. — Лучше пусть погибнет свободная, чем станет игрушкой в руках власть предержащих!
Однако солдаты короля моментально отреагировали, вынув клинки и нацелив их на отца. Тот замер, поняв бессмысленность сопротивления.
— Успокойтесь, мои верные друзья, — обратился король к своим людям. — Ваш господин ценит искусство переговоров. Давайте попробуем решить дело миром.
Зловеще улыбнувшись, он указал на мою фигуру и по моей спине пробежались мурашки:
— Твоя дочь особенная, Габриэль. Обладающая редким даром, способным изменить ход истории. Подумайте хорошенько, хотите ли вы лишить свое дитя возможности стать великой героиней, спасшей миллионы жизней?
Отец колебался, метая взгляд между мной и королём. Наконец, произнёс дрожащим голосом:
— Пусть будет свадьба. Но мы с Бёвардом останемся при ней учителем и наставником. Без моего согласия никаких экспериментов!
Король удовлетворённо кивнул:
— Как скажешь, тесть! Однако, я также при неё оставлю и своего человека. Телохранитель, мой друг и брат, а ещё лучший рыцарь. Ивар, иди сюда!
Послышался глухой стук, а затем звон металла. Шаги были тяжёлыми, грузными. Я настороженно обернулась, наблюдая за тем, как человек неторопливо снимал шлем.
Не может быть…
Моё сердце рухнуло вниз, а губы вмиг онемели. Это был он! На глазах навернулись слёзы. Мой Артём, мой муж!
— Ивар будет охранять Рогнеду, — сказал король и хлопнул его по плечу. Пусть ты и носишь иное имя, но всё моё существо вопило о том, что это ты. Я сделала робкий шаг вперёд, но твой холодный равнодушный взгляд, которым ты меня одарил стал хлёсткой пощёчиной.
Он не узнёт меня...
Он не узнаёт меня в этом чёртовом теле!