Страница 48 из 77
Эти слова заставили его замолчать. На мгновение в комнате стало тихо, только пламя в камине негромко потрескивало, да снаружи, в коридоре, кто-то быстро прошёл мимо двери.
И именно тогда створка снова открылась.
Бёвард и Алонсо ввели в комнату Габриэля. Тот шёл сам, но явно не без труда. После шума в зале, вина, гнева и неловкого толчка он заметно ослаб, и хотя упрямо держал спину, шаги его были тяжёлыми. Бёвард поддерживал его под локоть с правой стороны, Алонсо — с левой, и оба выглядели так, будто не собираются выслушивать никаких возражений.
— Вот сюда, — коротко сказал Бёвард.
Они подвели Габриэля к креслу напротив камина и осторожно усадили. Тот недовольно поморщился, пробормотал что-то о чрезмерной заботе, но всё же не стал вставать. Весь жар Рогнеды мгновенно сменился тревогой. Она сразу подхватила с постели покрывало и подошла к отцу. Аккуратно набросила его ему на плечи, расправила по коленям, будто одним этим движением могла вернуть комнате простую домашнюю реальность, в которой не было ни северных лордов, ни зала, ни взглядов, ни пламени до потолка.
— Отец? — тихо спросила она. — Как ты?
Габриэль открыл глаза и посмотрел на неё устало, но вполне осмысленно.
— Жив, — проворчал он. — И, к моему сожалению, всё ещё способен слушать идиотов.
Бёвард коротко хмыкнул. Алонсо тем временем уже осматривал Габриэля, быстро, привычно и без лишних слов. Проверил висок, пульс, зрачки, плечо, на которое тот, похоже, пришёлся сильнее всего. Потом выпрямился.
— Ничего серьёзного, — сказал он. — Падение вышло неудачное, но без опасных последствий. Ушиб, общее перенапряжение, вино и злость — в неудачном сочетании, но это всё.
— Я рад, что хоть кто-то здесь всё ещё способен ставить диагнозы, — мрачно заметил Габриэль.
Алонсо чуть склонил голову.
— Я тоже.
Ричард к тому времени уже успел взять себя в руки. Когда он заговорил снова, голос его стал спокойнее, ровнее.
— Я всё улажу, — сказал он. — Приём не сорвётся. И то, что случилось в зале, я постараюсь обратить в менее опасную сторону, чем это могло бы быть.
Рогнеда выпрямилась, всё ещё стоя рядом с креслом отца.
— «Менее опасную сторону»? Это так теперь называется?
Ричард выдержал её взгляд.
— Это называется сделать так, чтобы к завтрашнему утру вы проснулись не посреди очередного политического пожара. Но для этого вам лучше сейчас не выходить из комнаты.
Её губы дрогнули, будто она собиралась возразить, но на этот раз спорить не стала. Видимо, силы на новую битву ушли вместе с тем ударом, которым она подняла огонь в камине до потолка. Несколько секунд в комнате стояла тишина.
Потом Ричард вдруг оглядел присутствующих и спросил:
— Где Ивар?
Вопрос прозвучал просто, но сразу сделал воздух тяжелее. Бёвард первым поднял голову.
— Я видел его в зале незадолго до конца танца, — сказал он. — Потом потерял из виду.
Рогнеда тоже резко обернулась. Только теперь она поняла, что с того момента, как музыка смолкла, и до вспышки у камина ни разу больше его не видела.
— Он не выходил с нами, — тихо сказала она.
Ричард нахмурился.
— Кто-нибудь знает, куда он ушёл?
Никто не ответил. Алонсо стоял чуть в стороне, и только Рогнеда заметила, как на мгновение у него изменилось лицо — совсем немного, едва заметно. Не тревога в чистом виде, а быстро спрятанная мысль. Неприятная. Настораживающая. Он сразу опустил взгляд, будто решив не давать этой мысли формы вслух.
— Возможно, его задержали по службе, — сказал он ровным тоном, слишком ровным, чтобы Рогнеда окончательно ему поверила.
Ричард перевёл на него взгляд.
— Вы уверены?
— Нет, Ваше Величество, — ответил Алонсо осторожно. — Но причин для выводов у нас пока тоже нет.
Это было сказано достаточно нейтрально, чтобы не вызвать новой тревоги, и всё же в словах мага чувствовалась та особая аккуратность, к которой он прибегал только тогда, когда не хотел произносить своё предположение вслух.
Рогнеда почувствовала это сразу. Но при короле спрашивать ничего не стала.
Ричард уже отдавал распоряжение:
— Пусть его найдут. Без лишнего шума. Я не хочу, чтобы по замку поползли ещё и слухи о пропавшем рыцаре.
— Я распоряжусь, — кивнул Бёвард.
Король ещё раз посмотрел на Рогнеду, потом на Габриэля в кресле у камина, на сброшенные украшения, красное платье, огонь, всё ещё слишком ярко горевший за решёткой.
— Останьтесь здесь, — сказал он уже тише. — Это сейчас лучший выход.
И, не дожидаясь ответа, вышел. Дверь за ним закрылась. Только после этого Рогнеда медленно повернулась к Алонсо.
— О чём ты не сказал? — спросила она негромко.
Бёвард сразу перевёл взгляд на мага. Габриэль, даже сидя в кресле и укутавшись в покрывало, тоже поднял голову. Алонсо провёл ладонью по лицу, как человек, который слишком устал от собственного знания.
— Я не знаю, где Ивар, — сказал он честно. — Но если он ушёл без слова… возможно, ему стало хуже.
Рогнеда похолодела.
— Хуже? Почему?
Алонсо помедлил. И всё же теперь, когда короля в комнате не было, скрывать дальше уже не имело смысла.
— Утром я нашёл след чужой работы, — сказал он. — Самодельное проклятие. Кто-то в замке подпитывал через него воздействие скверны на уже полученную рану.
Бёвард выругался коротко и зло. Габриэль медленно выпрямился в кресле. Рогнеда не сразу поняла смысл услышанного.
— На ком? — спросила она, хотя уже знала ответ раньше, чем он прозвучал.
Алонсо посмотрел ей в глаза.
— На Иваре.
Комната будто стала меньше. Огонь в камине потрескивал как прежде, но теперь этот звук казался слишком громким.
— Он был ранен в перелеске, — тихо продолжил Алонсо. — И не захотел поднимать шум перед приёмом. Я сумел только временно сдержать распространение.
Рогнеда смотрела на него не мигая.
— И он пошёл в зал… так?
— Да.
— И никто мне не сказал.
Это не было вопросом. Бёвард шумно выдохнул через нос.
— Он и мне бы ничего не сказал, если бы мог, — пробормотал он. — Упрямец.
Рогнеда сделала шаг к окну, потом обратно. Внутри снова поднималось то самое чувство, от которого всё начинало гореть — но теперь в нём было больше страха, чем ярости.
— Где он может быть?
— Где угодно, — сказал Бёвард. — Если ему стало хуже, он мог уйти туда, где его никто не увидит.
— Или туда, где привык терпеть в одиночку, — мрачно добавил Алонсо.