Пышка для спецназовца

Глава 16. Возвращение

Вертолёт приземлился в аэропорту спустя два часа.

Два часа в шуме винтов, в тряске, в запахе топлива и кожи сидений. Мурзик всю дорогу просидел на коленях у Алисы, вцепившись когтями в её сарафан. Кот не орал — он был слишком напуган для этого. Только дрожал и прижимал уши.

Михаил сидел рядом и молчал. Держал её за руку — так они и летели: плечом к плечу, ладонь в ладони. Спасатель, который оказался совсем молодым парнем по имени Сергей, пытался расспрашивать их об острове, но быстро понял, что разговор не клеится, и отстал.

Когда вертолёт коснулся земли, Алиса выдохнула. Она не заметила, что всё это время дышала через раз.

— Прилетели, — сказал Сергей. — Вас там встречают.

Алиса посмотрела в иллюминатор. На бетонной площадке стояли люди. Несколько человек в форме, кто-то с планшетом, кто-то с камерой. И две фигуры, которые она узнала сразу: Лера и Света. Лера прижимала руки к груди. Света плакала.

— Ваши? — спросил Сергей.

— Мои, — сказала Алиса.

Дверь открылась. В лицо ударил горячий воздух — материковый, пахнущий бензином и асфальтом, совсем не похожий на солёный ветер острова. Алиса спустилась по трапу, прижимая Мурзика к себе, и тут же попала в объятия подруг.

— Живая! — кричала Света, плача и смеясь одновременно. — Мы думали, всё! Когда катер не пришёл, мы звонили, писали, нам сказали — шторм, пропали без вести...

— Я в порядке, — Алиса обнимала её, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Мы в порядке. И кот в порядке.

— Дай я на тебя посмотрю, — Лера отстранилась и оглядела подругу. — Ты... ты похудела. И загорела. И волосы как солома. И что это за обувь?

Алиса опустила взгляд на свои сандалии из пальмовой коры. И рассмеялась. Смех вышел хрипловатым, с нервными нотками, но это был смех.

— Это долгая история.

— Ничего, у нас теперь много времени. Ты расскажешь всё. Всё-всё. — Света перевела взгляд на Михаила, который стоял в стороне и ждал. — А это кто?

— Это Михаил. Мы вместе были на острове. Он нас спас. Меня и Мурзика.

— Военный? — спросила Лера, глядя на его выправку.

— Был, — коротко ответил Михаил.

Подруги переглянулись. Алиса видела, что у них миллион вопросов, но сейчас было не время и не место.

К ним подошёл человек в штатском — представитель страховой компании или туристической фирмы. Он что-то говорил про компенсацию, про документы, про то, что им нужно будет дать показания. Алиса слушала вполуха. Михаил отвечал за них обоих — коротко, чётко, по-военному.

Потом их повели в здание аэропорта. Там были журналисты — Алиса не поняла, как они узнали. Она закрыла лицо рукой и пробормотала: «Без комментариев». Михаил просто прошёл мимо, как будто их не существовало.

В комнате для оформления им дали воду, еду — бутерброды, фрукты, кофе. Настоящий кофе. Алиса сделала глоток и чуть не расплакалась.

— Что? — спросила Лера.

— Кофе, — сказала Алиса. — Я мечтала о кофе все эти дни.

— Ты на необитаемом острове мечтала о кофе?

— Ты не понимаешь. У нас там были кокосы. И рыба. И мидии. И даже дикий чеснок. Но кофе не было.

Подруги снова переглянулись. В их взглядах читалось: «Она точно в порядке?»

Потом пришли врачи. Осмотрели Алису, осмотрели Михаила. Сказали, что оба здоровы, только обезвожены и слегка истощены. Мурзику тоже достался осмотр — молодой ветеринар, вызванный специально, констатировал, что кот «в прекрасной форме, только слегка нервничает».

— Он всегда нервничает, — сказала Алиса. — Это его нормальное состояние.

Когда все формальности были закончены, подруги повезли Алису домой. Михаил остался — ему нужно было ещё что-то подписать, какие-то бумаги. Но перед тем как расстаться, он подошёл к ней.

— Я найду вас, — сказал он.

— Когда?

— Скоро. Дайте мне пару дней.

— Я буду ждать, — сказала она. И это «ждать» теперь значило совсем не то, что раньше.

Он кивнул и ушёл. Алиса смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри разливается тепло. Он придёт. Она знала.

Дома всё было по-прежнему.

Квартира встретила её запахом лаванды — Лера убралась перед её возвращением. На кухне стояла ваза с фруктами. В холодильнике — контейнеры с едой. Кровать застелена свежим бельём.

Мурзик, оказавшись в родных стенах, немедленно забыл о пережитом стрессе. Он обошёл квартиру, проверил все углы, поточил когти о диван и улёгся на своём законном месте — на подоконнике в гостиной. Через пять минут он уже спал.

Алиса стояла под душем и не могла поверить, что горячая вода льётся просто так. Что можно повернуть кран — и она будет. Не нужно идти к ручью. Не нужно носить флягу. Просто повернуть кран.

Она стояла так долго, пока вода не начала остывать. Потом надела чистую одежду — мягкие домашние штаны и футболку, — и вышла на кухню.

Лера и Света уже заварили чай.

— Рассказывай, — потребовала Света. — Всё. С самого начала.

И Алиса рассказала.

Она рассказала про причал и Михаила, который вызвался вести катер. Про шторм и крушение. Про первую ночь на песке. Про то, как Мурзик нашёл ручей. Про суп в кокосе и рыбу с лаймом. Про дом Анны и её дневник. Про старика Александра, который ждал жену двадцать лет. Про грозу и сигнальный костёр.

Подруги слушали, открыв рот.

— Это сюжет для фильма, — сказала Света, когда Алиса закончила. — Ты понимаешь, что ты выжила на необитаемом острове? Ты! Которая в походе последний раз была в школе!

— Я сама не верю, — сказала Алиса. — Но у меня не было выбора. И потом — рядом был Михаил. Без него я бы не справилась.

— Михаил, — протянула Лера. — Тот самый, который на прощание держал тебя за руку?

— Ты заметила?

— Слепой бы заметил. Он с тебя глаз не сводил. Кто он? Откуда? Что у вас?

Алиса отпила чай и улыбнулась.

— Я не знаю. Правда, не знаю. Он был спецназовцем. Он сказал, что придёт. И я верю.

— А ты?

— Что я?

— Ты его... ну, ты понимаешь.

— Я не знаю, — повторила Алиса. — Но когда он держал меня за руку, я чувствовала себя в безопасности. И ещё... он назвал меня по имени. В первый раз. И это было важнее всех слов.

Подруги промолчали. Но по их лицам было видно: они всё поняли.

Первая ночь дома прошла странно.

Алиса лежала в своей кровати — мягкой, удобной, пахнущей лавандой, — и не могла уснуть. Она привыкла к жёсткой траве под спиной. К шуму моря. К мерному дыханию Михаила в полуметре от неё.