Страница 120 из 127
Испытуемая подвергается воздействию, побуждающему её вспомнить важные события из жизни — от самого раннего детства до сегодняшнего дня. Просмотр фотографий, прослушивание музыки для облегчения их возникновения. Электрические сигналы нейронных цепей, стимулируемых на этом этапе, преобразуются в цифровые данные и регистрируются с помощью ИИ. Первый поцелуй, учительница второго класса, прогулки с друзьями, её сын, повседневные сцены… Создание базы воспоминаний, некоторые из которых будут позже имплантированы заново. Продолжительность операции: 72 часа.
Наконец перейдем к фазе стирания. Вызовем повреждение гиппокампа, которое навсегда сделает недоступной всю автобиографическую информацию. Проверим процесс с помощью функциональной МРТ. Стабилизация перед заключительной фазой: 5 дней.
Сибилла чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. У неё выкачали воспоминания, оцифровали их, а затем стёрли её память. Сознательно. У неё уничтожили участки мозга. Ей казалось, что её удерживают где-то в бункере, и она не знает, кто она такая и что она там делает. Монстры. Чертовы безумные учёные, которые взяли её и других в качестве подопытных…
Фаза реинтеграции настоящих и ложных воспоминаний. Введение катализатора SYN-REI для лучшей интеграции. Внедрение ранее сохраненных стимулов, усиленных изображениями и звуковыми записями, всё под управлением ИИ. Ложные воспоминания, привитые к прежней жизни субъекта с помощью фотомонтажа. Тесты на когнитивную согласованность. Продолжительность: 14 дней.
Сибилла закрыла документ, потрясённая, ошеломлённая. Голова раскалывалась. Как будто ей втыкали стальной шип в глазницу. Её прошлое с Эрваном, детские воспоминания о «родителях» — ничто из этого не было реальностью. А что же тогда было реальностью? Что действительно существовало? Она глубоко вздохнула и решила приступить к папке «Дневник, - будучи уверена, что там её ждёт последний фрагмент ужаса.
То, что она обнаружила, напоминало фотографии рукописных страниц. Личный дневник… Сибилла представила себе, как психиатр сканирует её собственные записи, чтобы поместить их на эту карту. Сначала она бегло пробежала глазами по всему тексту, не читая, обращая внимание только на даты. Ноябрь 2015 года, февраль 2016 года, март 2016 года, май 2016 года… Было очевидно, что психиатр не сохранила все свои записи. Возможно, из-за нехватки времени или потому, что не всё было интересно.
3 марта 2016 года
Уже две недели я занимаюсь новым пациентом, Клодом. Как всегда, я не знаю, чем он занимался в прошлом, до того, как его «стерли.
Процесс такой же, как и с другими. Он думает, что находится здесь в качестве сопровождающего. Естественно, он не помнит, что уже приезжал в Лонжепен, чтобы уничтожить своё лицо и личность. И, наконец, ему пришлось признать, что он будет заперт в деревне в течение года из-за секретности (на самом деле, конечно, можно выходить).
У него множество проблем. Он постоянно оплакивает случайную смерть своей дочери и жены (ложное воспоминание). Он задаётся множеством вопросов о том, что с ним происходит. У него бывают воспоминания и часто снятся кошмары, несомненно, связанные с его прежней жизнью. Он также страдает приступами лунатизма…
27 мая 2016 года
Микаэль влюблён в меня. Только этого и не хватало. Мне нравится быть с ним, но я не испытываю к нему таких же чувств. Он военный, строгий. Он блестящий учёный и человек… одержимый. Я чувствую, что в последнее время на его плечах лежит тяжёлая ноша, напряжение.
Прошлой ночью они снова увезли Клода в бункер, по всей видимости, чтобы подвергнуть его новым сеансам «восстановительной терапии» . - Сочетание празозина и SYN-REI должно способствовать укреплению памяти, но ничего не улучшается. Наоборот. Его психологическое состояние ухудшается. Мне приходится как-то с этим справляться.
6 июня 2016 года
Клода больше нет. Кристиан Ленар сегодня сообщила мне, что он уехал со своей сопровождающей в один из их центров наблюдения (тот, что в Нормандии), чтобы его состояние стабилизировалось и можно было рассмотреть возможность жизни за пределами Лонжепина.
Это было неожиданное известие. Больше я ничего не знаю. Я больше не увижу Клода, и у меня создается впечатление, что Кристиан Ленар мне лжет. Клод, безусловно, не был готов к реинтеграции в общество. И Микаэль тоже не говорит мне всего…
Внезапное озарение. Надпись, высеченная на камнях в комнате «Нормандия, - всплыла в сознании Сибиллы. - Я не Клод. - Значит, этот пациент жил в этом доме до неё, и дом этот никогда не принадлежал Эрвану. Он был их общей собственностью. Еще одно место, где запирали подопытных.
2 сентября 2016 года
У меня появился новый пациент, Эдди. Клиническая картина во всех отношениях идентична той, что была у Клода, и на этот раз сомнений нет: протокол не работает с пациентами, перенесшими пластику лица. Эти пациенты нестабильны, уязвимы, склонны к навязчивым идеям и паранойе, в отличие от тех, кто не перенёс реконструкцию лица.
Сибилла молча смотрела в глаза ужасающей правде. Она была всего лишь одним из их лабораторных чудовищ, с которым что-то пошло не так. Она постаралась продолжить. Она должна была дойти до конца. В самую глубину тьмы.
26 сентября 2016 года
События набирают обороты. Мелисса только что прибыла в Лонжепен, примерно в том же состоянии, что и Эдди. Она тоже перенесла операцию на лице, только вот есть одна серьезная проблема: при этом ей испортили голосовые связки. Молодцы…
Кристиан Леснар начеку…
Идея реконструктивной хирургии для неё — это Грааль, позволяющий стереть свою личность, но, надо признать, это не срабатывает. Несмотря на невероятные технологии, которыми они располагают, человеческий мозг, похоже, ещё не совсем готов отречься от самого себя.
Написав эти строки, я осознаю, насколько всё это напоминает «Франкенштейна» Мэри Шелли.
Параллель с созданием Франкенштейна вызвала у неё тошноту. Монстр, рождённый в секретной лаборатории. Правая рука Сибиллы слегка коснулась шрама за ухом. Кем она была на самом деле? Просто скоплением плоти и ложных воспоминаний?
29 сентября 2016
Что-то изменилось. Мне страшно за то, что они делают с Эдди в бункере. Его разум, похоже, всё хуже и хуже переносит эти электрические импульсы, которые якобы должны устранить повреждения. Как и в случае с Клодом, они просто разрушают его мозг. Я сообщила Кристиане Ленар, что не одобряю это. В ответ почувствовала угрозу…