Страница 121 из 127
Микаэль же умоляет меня не вовлекаться в это эмоционально. Он говорит мне, что я не должна забывать: некоторые из моих пациентов в своей прошлой жизни были чудовищами, и эта программа, в которую они записались добровольно, — их спасение. Их искупление. С моей точки зрения, неважно, кем они были. Важно то, кем они являются сегодня. И моя роль — помочь им.
Монстры… Кем она была? Что она сделала, чтобы её так назвали? И как она могла добровольно согласиться на… это? Ей казалось, что она задыхается.
7 октября 2016 года
Господи Боже… Я знала, что Микаэль должен был выйти прошлой ночью. Ещё днём, по его поведению, я поняла, что произойдёт что-то серьёзное.
Хотя мне и не разрешается находиться на улице после 21:00, я знаю алгоритм кода. Микаэль однажды проболтался мне об этом, когда мы лежали на подушке. И так сложилось, что у меня есть пропуск с ограниченным доступом в бункер, так как меня иногда вызывают туда.
Короче, я тоже вышла, пошла по тропинке через лес. Перед зданием стояла машина Микаэля… Почему?
Я вошла. Сначала показалось, что в бункере никого нет. Потом я разглядела свет в глубине… Приоткрытая дверь… И там… Чистый ужас. Эдди, неподвижно лежащий на операционном столе… повсюду кровь. Микаэль с молотком в руке. Кристиан Леснар, извлекающая глаза… Убийцы. Ведомые своим научным безумием.
Они ничего не заметили, настолько были поглощены своей резней. Я быстро вернулась в свой домик и плакала.
Теперь мне нужно собрать доказательства. Достать протоколы, прежде чем обращаться в полицию.
Продолжать сопротивляться…
10 октября 2016 года
Взгляд Кристиан Леснар леденит меня. Вчера она сделала мне ужасающее замечание. - Пока что вы лечите, но вполне можете в конечном итоге оказаться на лечении…» Явные угрозы. Неужели они собираются подвергнуть меня тому же, чему подвергают других? Стереть мою память? Восстановить её, смешав несколько настоящих воспоминаний с целой сетью лжи?
На всякий случай, если однажды я перестану быть той, кем являюсь сегодня, в прошлую субботу я сделала совершенно безумную вещь. Я отправилась.
Снаружи блеяние овец прорвало тишину и оторвало Сибиллу от чтения. Внезапно в ней зазвучал внутренний сигнал тревоги. Она не слышала ни одного звука автомобиля. Это была не полиция.
Она бросилась к окну. Из-за дождя она едва различала ограждения загонов. Зато до неё по-прежнему доносились ужасные крики паники животных. Из входа в здание вырвался жёлтый луч света. Сибилла поняла, что пастух вышел, вооружившись фонариком. Он мчался прямо в пасть чудовища. У неё не было времени повернуть ручку окна, чтобы предупредить его. Свет внезапно заплясал в воздухе, описал дугу и замер на земле.
Среди воздушного балета молний Сибилла разглядела лысую, мокрую голову Аллиетта. У его ног лежал шестидесятилетний мужчина, по горлу которого стекала широкая тёмная струя.