Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 62 из 116

Я никогда раньше не давала отпор маме и ее болезненной зацикленности на здоровье и внешности.

Но этот день должен был настать.

— Хэтти, сядь, — умоляет мама, ее глаза мечутся по сторонам; она прекрасно понимает, что мы теперь в центре внимания. Вся она в этом: всегда переживает, что подумают люди. — Ты устраиваешь сцену, — жалобно добавляет она.

— Да. Потому что я услышала достаточно, — говорю я. — Достаточно того, как меня стыдят и подталкивают морить себя голодом. Я взрослая женщина. Я сама принимаю решения. Я выхожу замуж за чертовски красивого миллиардера, который хочет меня такой, какая я есть. Ты можешь хоть это уважать?

Она смотрит на меня, хмурясь, ее вилка звякает о тарелку.

— Хэтти, пожалуйста. Ты ведешь себя грубо!

— Грубо? Нет. Это ты грубая. Вечно клюешь меня и не можешь оставить в покое.

Черт, сердце колотится как бешеное.

— Ты же знаешь, я просто хочу для тебя лучшего. Всегда хотела. И я хочу, чтобы ты удержала этого замечательного мужчину!

Удержала.

Будто один неверный шаг или один лишний фунт — и он уйдет.

Эти слова жалят, хотя не должны.

Глубоко внутри я знаю: этот брак ненастоящий. Я сама на это согласилась, каким бы потрясающим все ни казалось в последнее время.

Так же как знаю: Итан на самом деле женится на мне не ради меня.

Он женится на мне ради денег, чтобы выполнить безумное требование своего деда, а через шесть месяцев мы мирно разведемся.

Конечно, я уйду не с пустыми руками.

Совсем наоборот.

У меня будет книжный магазин, а мои мечты подадут мне на серебряном блюде.

А Итан сможет уйти со своим наследством и со всеми странными тайнами, о которых он все еще не хочет говорить, даже после тех идеальных мгновений между нами.

Например, что именно заставило его уехать, когда он был молодым.

Ар-р-р.

Каждый раз, когда я думаю, что все это может становиться настоящим, он закрывается.

Напоминает мне, чем все является на самом деле.

И тем самым делает так, что мамины неуклюжие замечания и осуждения слишком легко раздирают мне сердце.

Иногда кажется, что он никогда не станет доверять мне по-настоящему, даже если бы нам пришлось продержаться вместе не шесть месяцев, а шесть лет.

Вздохнув, я снова опускаюсь на стул; колени вдруг слабеют.

— Мне больше не нужно, чтобы ты за мной присматривала. Не так, — шепчу я.

Она накрывает мою руку своей.

— Хэтти, ты все неправильно понимаешь. Я просто не вынесу, если тебе снова разобьют сердце, милая. Помнишь того парня в колледже? Того, за которым ты не могла угнаться?

— Он был редкостным козлом, мам. И марафонцем.

— Да, но... тогда ты была от него без ума. Джейк, кажется? А он просто оставил тебя позади, и я не хочу, чтобы такое повторилось с Итаном. Удержи этого замечательного мужчину.

— Не повторится, — бросаю я, но слова вылетают на автопилоте.

Я снова злюсь, думая обо всех причинах, по которым никогда не смогу соответствовать своему фиктивному мужу.

Марафонец был мальчишкой.

Парнем, которого волновало только, сколько раз я сходила в спортзал и насколько узкая у меня талия. Думаю, втайне ему нравилась моя фигура, но он всегда притворялся, что нет.

Еще он ненавидел, что вся его сила была в ногах, и он не мог подхватить меня и швырнуть, как хрупкий цветок.

Он был мерзавцем, и Марго была права: без него мне стало лучше.

Но Итан — миллиардер. Или скоро им станет.

Его уважают по всему восточному побережью как проницательного бизнесмена, который сам многого стоит. Его имя узнают мгновенно, и он невероятно привлекателен.

Такой красивый, настолько вопиюще не из моей лиги, что это уже безумие.

А я всего лишь девушка, которая не смогла получить библиотечное образование и владеет книжным магазином только потому, что мой будущий муж практически сунул его мне в руки, чтобы у меня не осталось причин не познакомиться с его родителями.

Он купил его как взятку.

Сейчас все новое и волнующее, и легко забыть, насколько все это на самом деле запутанно.

Мы спим вместе, катаемся на яхте и веселимся.

Ладно.

Но с Джейком когда-то тоже все было новым и волнующим.

Единственный раз, когда он сделал мне комплимент, он был пьян и сказал, что обожает мою грудь. А потом, уже на следующих выходных, я не смогла поспевать за ним в походе по холмам во время поездки в Бангор.

Я прижала его к стенке.

Он уверял, что мой вес его не волнует. Просто он чувствовал себя «обязанным» сказать мне, что я должна больше стараться и полностью пересмотреть питание.

Неудивительно, что через несколько дней после той поездки мы расстались.

Что будет, когда Итан опомнится и решит, что шесть месяцев — очень долгий срок рядом с девушкой, которая никогда не будет достойна?

Которую он никогда по-настоящему не полюбит?

Сколько времени пройдет, прежде чем мои недостатки станут слишком очевидными, а он отдалится задолго до официального развода?

Сколько жизней маминых «я же говорила» мне придется пережить?

Из-за помолвки и того факта, что мы спим вместе, я почти не бываю в своей квартире.

Нам нужно поддерживать видимость. Сейчас люди практически ожидают, что помолвленные пары живут вместе, а оставаться у Итана дома, конечно, совсем не тяжело.

Но еще просто приятно быть вместе.

Когда я возвращаюсь из книжного, то еду к нему и начинаю возиться на его огромной кухне.

В основном навожу порядок, размышляя, не испечь ли пирог — готовлю я так себе, — но иметь в распоряжении столько роскошных возможностей невероятно приятно. Этот мужчина явно не скупился, когда обновлял и модернизировал кухню.

Еще у него есть большая гостиная и чудесная малая гостиная, которая одновременно служит небольшой библиотекой. Я невольно представляю, как мои книги будут жить там, пока мы женаты.

Временно, конечно.

Какая книголюбка не мечтает время от времени о собственной библиотеке в духе «Красавицы и Чудовища»?

Это одна из тех безумных вещей, которых я хотела с детства, и теперь она почти у меня есть.

Большая читальная комната, по которой я могу ходить, где могу сидеть и читать сколько душе угодно, пока за огромными окнами солнце поджигает океан.

Мечта, к которой, как я думала, никогда не прикоснусь, если только не выиграю в лотерею.

Но Итан Блэкторн богат настолько, что большинству людей это даже трудно представить.