Страница 61 из 116
Глава 17
15
ВСЯ СМЕЛОСТЬ (ХЭТТИ)
— Так вот, я составила таблицу, — говорит мама, постукивая по планшету, который принесла с собой на обед.
Ну вот, начинается.
Для обеда с мамой все пока шло на удивление терпимо.
Не то чтобы совсем невыносимо.
Она еще ни разу не пыталась в десятый раз уговорить меня ходить к ней на йогу и не осуждала взглядом за то, что я взяла чашку похлебки с моллюсками к салату с лобстером.
Но все-таки это мама, а значит, ничто не остается незамеченным и простым. Просто приятно с ней не бывает.
Если бы она не накинулась на меня хоть с чем-нибудь, я бы начала переживать за ее душевное состояние.
Я вонзаю вилку в салат, накалывая листья и кусочки лобстера с куда большей силой, чем нужно.
— Я же сказала, мам, у нас уже есть свадебный организатор. И она потрясающая. Практически моя крестная фея. — Кажется, за этот обед я повторяю это уже в пятый раз.
— Ну, крестная фея или нет, но нельзя же свалить на нее абсолютно все, правда? — пренебрежительно бросает мама.
— Она буквально профессионал.
— Возможно. Но она не знает тебя так, как знаю я, дорогая. Я просто думаю, тебе стоит хотя бы выслушать пару замечаний насчет площадок. Свадьбы на воде сейчас очень в моде.
Свадьбы на воде.
Эти слова напоминают мне о недавней прогулке на яхте Леонидаса.
Ну, технически теперь это яхта Итана, даже если он твердо решил когда-нибудь ее продать.
Прошлое и настоящее снова расплываются, сливаются в одно.
И то, как Итан смотрел на меня там.
Сердце до сих пор сбивается.
Так что да, я понимаю: я слишком раздула это у себя в голове.
Придала этому больше значения, чем было на самом деле. Но то, как он касался меня...
У меня вспыхивает лицо.
Наверное, не лучшая реакция, когда напротив сидит моя вечно сующая нос куда не надо мать.
— Я не хочу свадьбу на воде. Это модно только потому, что так делает каждый богатый человек в Новой Англии, — говорю я. — И я знаю, ты считаешь, что помогаешь, но Итан высказался довольно ясно. Он даже собственную сестру отстранил от любых дополнительных обязанностей, кроме роли подружки невесты.
— Думаю, он мог бы быть чуть более открытым, вот и все.
— Он и так открыт, мам.
Она фыркает и опускает взгляд к своей таблице, изображая тот самый отработанный взгляд обиженного щенка. Манипулировать она умеет мастерски.
Конечно, она составила подробный список площадок. Плюс меню, достаточно здоровое, чтобы соответствовать ее навязчивым идеям, яркие цветочные композиции, все, что она сама хотела бы видеть на собственной свадьбе.
Все, что она до сих пор имеет наглость тыкать мне в лицо.
Видимо, быть матерью невесты означает проживать свою мечту через дочь.
Я так устала.
— Ты уже думала о свадебной свите? — спрашивает она, пристально моргая. — А о репетиционном ужине, Хэтти? О рассадке? Можно мне посмотреть список приглашенных? Где он?
— Господи, мам. — Я сдерживаю желание сказать, что ее в нем нет. — Ты можешь, пожалуйста, хоть немного сбавить обороты?
— Я твоя мать, а ты моя единственная дочь. — Она дуется, брови сходятся к переносице. — Разве ты не хочешь, чтобы я участвовала?
Нет.
Если честно, меня ничуть не радует мысль впускать ее в подготовку к свадьбе.
Даже сам большой день...
Это просто необходимость, гигантский пиар-спектакль, чтобы продемонстрировать то, чего нет.
Хотя, может быть, это и правда кажется настоящим, и я не знаю, что с этим делать. А теперь еще боюсь: когда мы поженимся, все может измениться, исказиться каким-нибудь ужасным образом, который мое сердце не поймет.
— Мы можем оставить все профессионалам. Так будет гораздо меньше стресса, — снова говорю я. — Я уже передала им свои пожелания.
— Свои пожелания? — Она хмурится.
— Да, мам. Мои и Итана.
— Ну, я рада, что он будет участвовать. Некоторые мужчины так от всего отстраняются. — Ее тон совсем не совпадает со словами. Скорее, она говорит сквозь зубы. — Он всегда был славным мальчиком, таким сосредоточенным. Но ему стоит дать тебе немного больше свободы.
— Мне казалось, наша свадьба должна быть про нас? — громко выдыхаю я.
— Он мужчина, милая, — говорит она. — Ему, по правде, все равно, что там будет. Им всем все равно.
В случае с Итаном это, возможно, и правда, но невозможно отрицать: он знает свой долг и намерен проконтролировать каждую деталь.
Если бы это была настоящая свадьба, все могло бы быть иначе, но здесь все сводится к картинке, которая должна помочь выполнить условие контракта.
И все же приятно знать, что он рядом со мной, поддерживает меня, помогает принимать все важные решения.
— Мы договорились, что ничего не будем решать поодиночке, — говорю я. Технически такого правила мы официально не устанавливали, но я знаю, что это правда.
Итан помешан на контроле. Он бы не захотел, чтобы я принимала какие-то окончательные решения без его одобрения.
Но это нормально, если он проявляет ко мне такое же уважение.
Мама откусывает от своего рыбного ролла, разочарованная.
— Ну хорошо. Хотя должна сказать, по-моему, он слишком давит.
— Давит? Он просто хочет убедиться, что свадьба понравится нам обоим.
— Тогда, полагаю, осталось спланировать только одно.
У меня нехорошее предчувствие.
В ее глазах появляется маниакальный блеск.
— Что? — осторожно спрашиваю я.
— Все приближается быстро, раз уж вы движетесь в таком темпе, но если ты хорошенько постараешься и как следует возьмешься за себя, то еще успеешь сбросить несколько фунтов. Я просто хочу, чтобы ты выглядела как можно лучше.
О-о-о, господи.
Самое худшее? Самое-самое?
Она говорит так, будто распахивает передо мной дверь к великой возможности, а не дает мне пощечину.
— Ты серьезно?
— Я сама так делала, — объясняет она, очевидно не замечая, что ее брак в итоге распался. — У тебя еще есть время, милая. Ты справишься. И осторожнее с десертами в медовый месяц, а то все сброшенное вернется.
Паника. Активирована.
Я встаю раньше, чем понимаю, что делаю.
Единственное, что я чувствую, — призрак руки Итана на моем бедре, то, как он снова и снова шептал мне, какая я идеальная, какая красивая, как он любит мое тело и как ему не нужно, чтобы я менялась.
В ресторане становится тише: люди оборачиваются на меня.
Мои кулаки сжаты по бокам, дрожат маленькими комками.
Я борюсь со своей злостью.