Страница 58 из 88
Он встал почти сразу.
— Прости.
И ушёл.
Я осталась сидеть за столиком с недоеденной едой, холодным чаем и ощущением, будто меня только что аккуратно вынули из чьей-то жизни и положили в сторону.
Вот же сука.
Тогда я не сказала это вслух.
Тогда я вообще ничего не сказала.
Только сидела и смотрела на дверь, за которой он исчез.
А потом заплакала.
Не красиво.
Не как в кино, где одна слеза скатывается по щеке.
Я плакала так, что пришлось закрыть лицо ладонями. Стыдно, тихо, сдавленно, стараясь не привлекать внимания, хотя, наверное, все и так всё поняли. Официантка подошла спросить, всё ли хорошо, и я кивнула, потому что сказать правду было невозможно.
Нет, ничего не хорошо.
Меня только что бросили.
И самое унизительное — я не была даже уверена, что люблю его настолько сильно, чтобы так плакать.
Может, я плакала не по нему.
А по себе.
По тому, что снова оказалась недостаточной. Не той. Не нужной. Временно удобной, но не выбранной.
Позже я вышла на улицу.
Вечер был прохладный. Воздух пах дождём, бензином и мокрым асфальтом. Я шла домой медленно, с опухшими глазами, размазанной тушью и злостью, которая то поднималась, то снова проваливалась в боль.
Возле дома стоял мужчина.
Незнакомый.
В тёмной куртке, с сигаретой в пальцах. Дым тонкой полоской поднимался к фонарю и растворялся в жёлтом свете.
Он заметил меня сразу.
— Девушка, у вас такой вид, будто вечер был хуже понедельника.
Я хотела пройти мимо.
Правда хотела.
Но он сказал это не грубо. Не нагло. Почти с улыбкой, будто пытался не вторгнуться, а просто оставить мне возможность ответить.
Я остановилась.
— Хуже.
— Тогда сочувствую.
Он затушил сигарету о край урны и посмотрел на меня внимательнее.
— Плакали?
— Нет, — сказала я слишком быстро.
Он усмехнулся.
— Конечно.
Почему-то я не разозлилась.
Может, потому что сил уже не было.
Может, потому что после кафе мне отчаянно хотелось, чтобы хоть кто-то смотрел на меня не как на ошибку.
Мы разговорились.
Сначала ни о чём.
О погоде.
О том, что город вечером становится особенно чужим.
О людях, которые уходят так легко, будто никогда не держали тебя за руку.
Он флиртовал.
Открыто.
Слишком смело.
И в другой день я, наверное, ушла бы. Сказала бы что-нибудь холодное, сделала вид, что мне неинтересно, спряталась бы в подъезде и потом ещё долго ругала себя за разговор с незнакомцем.
Но в тот вечер мне было плохо.
Так плохо, что осторожность казалась чем-то из жизни другой женщины.
Он сказал, что я красивая.
Я не поверила.
Но всё равно захотела услышать ещё раз.
Потом он коснулся моей руки — не резко, не грубо, просто проверяя, отдёрну ли я её.
Я не отдёрнула.
-Идем со мной, со мной тебе будет легче. Мы пришли к нему в квартиру, это было рядом с нашим домой. Ты очень красивая, сказав это он поцеловал меня, нежно и ласково. Потом раздел меня мы пошли в душ. Было много поцелуев, и я впервые увидела мужской член. Большой. Упругий, я начала трогать потом он предложил мне попробовать на вкус или хотя бы поцеловать его, мне нравилось сосать и лизать его, несмотря что я видела впервые мне все нравилось. Много в порно видела.
- О даа выдохнул он, продолжай. Я начала возбуждаться от своих де действий. Было очень горячо и волнительно. Он, подняв меня на руку отвел в спальню, взял презерватив и осторожно вошел в меня. Мне было таак хорошо. Это было бесподобно несмотря на первую боль. Я очень уставшая просто вырубилась, утром проснулась от поцелуев и ласк.
- Вчера не хотел тебе делать больно поэтому осторожничал, но сейчас милая не жди пощады посмеявшись сказал он. Перевернул меня на живот и резко вошел, но боли не было, было наслаждение. Он был во мне и с каждым толчком я летела на небо. В конце раздвинул мои ноги начал пальцами играть я кончила. Отдыхали где-то полчаса он отвел меня к окну поставил раком и как начал быстро-быстро меня трахать я думала умру просто. В тот день мы просто занимались сексом и трахались без остановки.
Слишком быстрым.
Слишком горячим после ледяного расставания.
Не любовью.
Не спасением.
Просто попыткой заглушить боль чужим теплом, чужим дыханием, чужим вниманием. Попыткой доказать себе, что я всё ещё живая. Желанная. Не выброшенная. Не пустое место за столиком в кафе.
Такие вещи не лечат.
Они только на несколько часов закрывают рану ладонью.
А потом убираешь руку - и видишь, что кровь всё ещё идёт.
Во сне я снова стояла у окна того кафе.
Смотрела на мокрую улицу, на своё отражение в стекле, на женщину с красивым макияжем и разбитым лицом.
И вдруг поняла, почему этот сон вернулся сейчас.
Потому что в Харунe я снова пыталась доказать всем, что меня нельзя просто отбросить.
Ни бывшему.
Ни Кэру.
Ни Риану.
Ни боевому факультету.
Никому.
Я проснулась ещё до рассвета, с тяжёлым сердцем и сухими глазами.
В комнате было темно. Рей и Крей спали где-то на своих маленьких полках, за окном молчали башни Академии.
Я лежала и смотрела в потолок.
Раньше такие воспоминания ломали меня.
Теперь они только напоминали: я уже переживала боль.
И, значит, переживу ещё.