Страница 36 из 49
Глава 19
Оказывается, я успела привыкнуть к сфинксам. Без них фасад дома выглядел сиротливо. Обрывки красно-белых заградительных лент, трепыхающиеся на ветру, ещё больше усиливали это впечатление.
Следователи, учёные и журналисты, которые в последние дни толпились здесь с утра до ночи, наконец уехали. Наверное, чтобы написать отчёты руководству. Зеваки тоже разбрелись: сфинксов-то нет, смотреть не на что.
Только несколько человек ходили туда-сюда с серьёзными лицами. Они водили над тротуаром непонятными приборами, мигающими разноцветными огоньками и периодически издающими противные пикающие звуки, а потом делали записи в большом сером блокноте. Неподалёку сосредоточенно бормотал что-то себе под нос старец Игнатий. Он, похоже, пребывал в состоянии транса и ничего не замечал.
Я вышла из арки с Анубисом на поводке. Интересно, он сумеет взять след? Мы ведь могли бы отправиться на поиски потеряшек. Если, конечно, они взаправду ушли «своими ногами».
Анубис, словно услышав эти мысли, начал принюхиваться, а потом вдруг рванул меня за поводок в сторону Моховой, да так резко, что я едва на ногах устояла.
Что ж, похоже, Леонид Багратионович и двое неспящих прохожих были правы: сфинксы каким-то чудом перемещались по улице сами! В том, что Анубис напал на их след, я ни минуты не сомневалась.
До перекрёстка с улицей Чайковского мы неслись со скоростью бешеных страусов. Эх, жаль, меня не видит сейчас учитель физкультуры – за такой кросс можно сразу пять в четверти ставить автоматом.
Свернув налево, в сторону Гагаринской, Анубис вдруг закрутился волчком, отфыркиваясь и чихая. В том месте кто-то рассыпал печенье с корицей. Несколько штук валялись возле дома, а остальное прохожие растоптали в мелкую крошку и разнесли ногами по всему тротуару. Неудивительно, что Анубис растерялся, – корицей разит, как после взрыва на фабрике специй.
– Анубис, миленький, давай отойдём подальше, – потянула я его прочь от ароматного тротуара. – Нам обязательно надо сфинксов найти.
Он послушно поплёлся рядом, не переставая чихать.
К моей великой радости, на следующем перекрёстке след нашёлся, и Анубис бодро потрусил по Гагаринской в сторону Невы. Но там нас ждал неприятный сюрприз: пешеходного перехода через проезжую часть к набережной Кутузова не было. А именно туда изо всех сил рвался мой лохматый следопыт.
Я погладила его между ушами:
– Прости, дружок. Давай не будем рисковать и дойдём до светофора?
Мы повернули налево и направились в сторону Троицкого моста. Спустя десять минут энергичной ходьбы, сделав изрядный крюк, наконец добрались до нужного места на набережной. Анубис тут же бросился обнюхивать асфальт.
– Ну как, есть что-нибудь? – с надеждой спросила я, не рассчитывая, конечно, получить от него ответ.
Анубис пробежал вдоль набережной ещё несколько метров. Потом вскочил на задние лапы и, опершись передними на гранитный парапет, отчаянно залаял.
Я наклонилась вперёд, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в толще воды. Но, конечно, увидела только рябь волн.
Набрала Сашу. Он снял трубку так быстро, словно ждал моего звонка. Обеспокоенно спросил:
– Что-то случилось?
– Анубис напал на след сфинксов. Мы шли по нему до набережной Кутузова, но тут он обрывается.
– Как обрывается? – оторопев, спросил Воронцов.
– Ну, вот так. Они, похоже, утопились.
– М-да… А их в Неве не видно?
– Да ну, брось! Такая волна идёт. И вода чёрная-пречёрная.
– Что же делать? Без этих ребят у нас ничего не получится, – задумчиво сказал Воронцов. – Устроим общий сбор?
Я посмотрела на часы – без двадцати пять. Ира в музыкалке, должна освободиться через десять минут. Денис вроде бы до семи вечера свободен.
– Давай в пять возле моего дома. Напишешь Дэну? А я – Ире. Она чуть позже подойдёт, но это не страшно. Мы сейчас вернёмся с Анубисом домой, я ему лапы помою и сразу же выйду.
«А вдруг Алекс обо всём знает и специально запрятал сфинксов в Неву, чтобы мы не смогли вернуть его обратно?»
Эта мысль настигла меня уже совсем рядом с домом. Она была такой неожиданной и ужасной, что я даже на минуту остановилась посреди улицы. Если всё так, то сфинксов мы можем искать до скончания века!
Хотя… ну откуда Алексу это знать? Не телепат же он, в самом деле. Может, это просто совпадение или очередная его дурацкая шутка. Сегодня он их искупал, а завтра поставит загорать где-нибудь на пляже в Лахте.
Я принялась успокаивать сама себя – и в этот момент увидела Лосеву.
Та стояла на другой стороне улицы и, кажется, не замечала меня. Я поспешно свернула во двор – только общения с Олей сейчас не хватало. Интересно, что ей тут нужно?
Незаметно выглянула из-под арки. Лосева стояла на том же месте – то и дело посматривала в телефон и оглядывалась каждые десять секунд. Так прошло минуты две. В очередной раз заглянув в свой мобильный, Оля быстро убрала его в карман и стремительно направилась в сторону Литейного.
Озирающаяся по сторонам Лосева неуловимо напомнила мне кого-то. Кого? Вспомнить бы. Но я точно знала, что видела похожую картину совсем недавно.
Мы с Анубисом уже заходили в квартиру, когда меня осенило: та странная девочка, которая вчера то и дело останавливалась по дороге от Эрмитажа и делала вид, что смотрит в свой телефон, а потом куда-то пропала возле Летнего сада… Мне не показалось – это и правда была Оля, и она следила за нами! Наверняка и разговор в Летнем саду подслушала… Что, если она как-то связана с Алексом?
В дверь требовательно позвонили три раза подряд.
«Мальчишки пришли», – обрадовалась я и кинулась открывать.
На пороге стоял Саша – один.
– Денис преследует Алекса, побежали скорее, – выпалил он.
Я бросилась обувать кроссовки. В этот момент в прихожую ворвался взъерошенный Анубис и громко зарычал.
– Анубис, фу! Ты что, это же Саша!
Воронцов выскочил на лестницу, слегка прикрыл дверь и крикнул мне:
– Скорее, Нин!
Скорее? Не тут-то было. Анубис вцепился в подошву моего кроссовка и, похоже, не планировал его отпускать.
– Миленький мой, ну перестань, – принялась уговаривать я.
Ноль реакции.
– Сидеть, – сказал вдруг Саша из-за двери очень тихим, каким-то не своим голосом.
Неожиданно Анубис послушался этой команды и сел. Выглядел он при этом совершенно растерянным.
– Скорее, – снова поторопил меня Воронцов.
– Ой, а всё в порядке? – испугалась я.