Люди и драконы

Глава 34

Глерхэн не делал перерыв на обед, поскольку сам поел, пока Дик отдыхал. Когда ученик снова спустился в зал, столик полностью заняли ряды сине-зеленых рюмок, похожих на глаз ядовитого краба на стебельке.

Состязание длилось долго. Под конец учитель понял, что ему не победить упорством и решил прибегнуть к хитрости. Услышав очередное «дальше», он поморщился, будто для него это слово наказание в турнире.

— Я полагаю, твоя мать не слишком достойная женщина, если совсем не научила тебя вежливости.

Дик вскинул голову и машинально сжал кулак, но, глянув Глерхэну в глаза, рассмеялся, расслабленно махнув рукой:

— Дальше! — к его губам сама подлетела сине-зеленая пешка в их игре. Дик выпил и резко мотнул головой, как от удара. — Рад, что вы тоже мучаетесь, мастер, но это не сравнить.. Дальше!

— Стой! Не бросай! Аккуратно поставь рюмку на стол, — приказал Глерхэн.

Дик с трудом разжал пальцы, но круглая стекляшка не устояла и скатилась с края. Послышался звон об пол. Глерхэн укоризненно повел тонкой бровью.

— Невыполнение приказа. Пей!

— Нечестно!

— Она упала. А я просил поставить аккуратно!

Дик махнул рукой, с бесстрашием обреченного, подзывая следующую порцию.

— Постой, — Глерхэн забрал у него из рук рюмку. — Дай сюда. Что-то тебе слишком весело, надо убедиться, что эта иллюзия не опьяняет. М-м-м.. — он медленно, смакуя, впил настойку вместо Дика. — Не понимаю! Отличный вкус.. всем моим ученикам нравится..

Дик зажал рот ладонью, подавляя жуткую тошноту.

— Не притворяйся, — усмехнулся Глерхэн. — Я позаботился о том, чтобы вылиться из твоего горла обратно настойка просто не могла. Её ведь нет!

— Благодарю за доброту, мастер.

— Пей, ты всё ещё не рассчитался за посуду.

Дику питье попало не в то горло, и он закашлялся, разлив настойку.

— Так не годится, — покачал головой мастер. — Ещё одну, пожалуйста.. Покажи руки.. Да у тебя так дрожат пальцы, что вызови тебя сейчас на настоящий поединок, ты меч держать не смог бы!

— Проверим? — Дик, тяжело дыша, глядел на своего мучителя сквозь упавшую на глаза челку.

— Нет, разумеется. Я слишком забочусь о тебе, чтобы позволить рисковать здоровьем. Признайся, ты жалеешь, что принял вызов?

— Не считали, сколько их было, мастер? — Дик указал на уцелевшие пока пустые рюмки.

— Нет, не считал. Я полагаю, больше тысячи..Ты не ответил..

— Вот столько раз и пожалел.

— Признайся, ты чувствуешь, что не способен больше выпить ни капли!

— Ни капли, — эхом согласился Дик, бессильно откидываясь в кресле.

— Так отступись.

Дик покачал головой. И сквозь зубы выдохнул «дальше». Глерхэн с досадой стукнул кулаком по креслу и сердито сотворил новую порцию.

— На тебя больно смотреть, — с драконьим ласковым участием проговорил учитель, выдержав небольшую паузу. — Расскажи, что ты чувствуешь? Возможно, я тебя и пожалею. А то мне кажется, что после стольких глотков ты вкуса вовсе не различаешь.

Дик не согласно усмехнулся:

— Чувствую, как язык всякий раз дерет железная отвратительно сладкая терка, а горечь сводит скулы и ударяет в голову. По жилам до кончиков пальцев бежит огонь, и ещё кажется, что заталкиваю в себя эту отраву, вместе с рюмкой. В горле стоит клубок, размером с нее. Невозможно проглотить.

— Запей, — протянул ему новую порцию Глерхэн.

— Чего вдруг? Без вопроса? — отказался Дик.

— Я всё равно придумаю, что сказать, чтобы ты не согласился. Пей сразу, зачем нам лишние слова?

— Нет уж, это правило! Придумайте! Или устали, мастер?

— Тогда пей просто потому, что отказался подчиниться, — улыбнулся Глерхэн.

Дик опрокинул очередную рюмку и крепко зажмурился.

— Что, вкусно? Может, довольно тебя мучить? Я согласен на ничью в турнире. А ты?

— Хотел бы! — с трудом ответил Дик. — Но это невозможно.

— Почему же? В моих силах остановить состязание в любой момент.

— Но не солнце! Оно вас не послушает. Можете остановить поединок, только если сдадитесь, мастер.

— Ах, так⁈ — Глерхэн надменно выпрямился в кресле. — Братство Дороги — ничтожнейшее изобретение человечества, я прав?

— На меня ваши драконьи штучки не действуют, — Дик решительно опрокинул ещё рюмку. — Повторяетесь! Дальше..

— Уж кто бы говорил! Ты вообще знаешь только одно слово! — обиделся Глерхэн.

— А мне хватает! — Дик снова закашлялся. Ему очень хотелось пить, но не такую гадость, разумеется.

— Мучает жажда? — угадал Глерхэн, взмахом руки возобновляя батарею крошечных чарок на столе. — Пей, сколько хочешь, не стесняйся!

— Вы так щедры, мастер! — Дик взял одну и замер, держа руку у рта и выглядывая в окно. Небо над двором стало тусклым, без всякой позолоты. Дик сделал последний глоток и запустил рюмкой в стену.

— Я же просил, не разбивать их!

— Турнир окончен. Если хотите наказать меня, пожалуйста. Но ваше зелье отныне пейте сами!

— Каков наглец, — с улыбкой покачал головой Глерхэн, признавая поражение, но не сдаваясь. — Ты думаешь, твое упрямство безгранично?

— Я выиграл.

— Ещё бы пять минут и ты сломался!

— Не-а! — Дик легкомысленно тряхнул волосами.

— Проверим? — зловеще предложил Глерхэн.

— Мы будем ужинать? — Дик непринужденно устроился в кресле, радуясь свободе.

— С какой это стати мне кормить тебя?

— Награда за победу.

— А кто тебе обещал награду? — маг в насмешку красиво развел руками, показывая, что в них ничего нет. — И отправляйся спать без ужина!

— Это лучшее, чем вы могли меня поздравить, мастер! После вашего угощения, мне кусок в горло не полезет. Позвольте удалиться? — Дик хотел встать.

— Нет-нет, я передумал, — остановил его Глерхэн. — Твою победу в самом деле стоит отметить роскошным ужином! Могу предложить пудинг со вкусом змеиной настойки! Один — один?

Дик справился с судорогой, прежде чем ответить.

— Вы так щедры, мастер, но не посмею злоупотреблять вашей добротой.

— Признайся, это было худшей пыткой в твоей жизни?

— Худшим пари, — снисходительно склонил голову Дик. — Но это не всерьез. Сам обещал вас слушаться, а вы — что у меня не будет последствий от этого пойла. Переживу.

— Отлично, — Глерхэн стал суровым. — Ты свободен. Завтра мы повторим турнир. Или тебе это не по силам? — сведя брови, наставник цепко вглядывался в лицо Дика. Но тот не выказал протеста. Возможно, не поверил до конца.

— Готов, мастер.

Глерхэн откинулся в кресле, дожидаясь, пока шаги ученика затихнут наверху.

— Чистая победа, — уважительно пробормотал он. — Его, и правда, можно показать людям..

* * *