Люди и драконы

— Могу кувыркаться, это безопасно.

— Но в этом для тебя нет ничего, кроме удовольствия! — фыркнул Глерхэн. — Возможно, падать на колени? Попробуем.. Опускаться и вставать без помощи рук, конечно.

Дик встал из кресла и тут же мягко перекатился на оба колена. Потом поднялся, качнувшись всем корпусом.

— И что, если вы, мастер, прикажете вымыть посуду, могу сделать один раз так и не слушаться? Великолепно! — Дик снова уселся в кресло, закинув ногу на ногу.

— Я могу повторять просьбу бесконечно, — Глерхэн раздраженно потер лоб. — Нет, это не годится. Слишком легко.

— Можете весь пол усеять шипами, — мрачно подсказал Дик.

— Шипы не помогут.. боль здесь не метод, я уже сказал. Ты в любом случае сотню раз сделаешь мне назло, глазом не моргнув. Моя задача так осложнить тебе выбор, чтобы уже до десятого раза тебе стало тошно. Я ведь надеюсь выиграть.

Дик выжидательно смотрел на наставника, подперев щеку кулаком. Глерхэн в раздумье взял со столика бокал с черным бальзамом и осушил его маленькими глотками.

— Признавайся, чего ты не выдержишь?

— Откуда мне знать? Угадывайте, мастер.

Глерхэн внимательно посмотрел на ученика. По тому, как сузились глаза и зазмеились уголки рта, ясно, что у наставника возникла идея.

— Кажется, ты не в восторге от змеиной настойки?

Дика передернуло от воспоминания.

— Никто не вправе заставлять меня пить такую гадость!

— Никто, кроме вас самих, рыцарь, — Глерхэн медленно поднял палец. — Это мое условие! Всякий раз, как не согласишься, будешь обязан выпить рюмочку настойки. Я сделаю подходящую иллюзию, чтобы ее крепость тебе не повредила, но вкус будет тот же. Не могу ведь я влить в ребенка столько спирта и яда! Тем более, мне нужно, чтобы по ходу поединка ты всё трезвее оценивал ситуацию, а не наоборот.

— О, нет! — простонал Дик. — Придумайте что-нибудь другое, мастер! Что вам стоит? Ваша злобная изобретательность безгранична!

— Я выбрал заклад! — посмеивался Глерхэн. — Считаешь условия поединка неприемлемыми? Тогда сдавайся сразу, победа за мной!

Дик мученически вздохнул:

— Нет, если гарантируете, что не отравлюсь, и это будет лишь иллюзия, готов принять вызов.

— Иллюзией будет лишь напиток, а твои страдания как раз будут совершенно настоящими, — мастер удовлетворенно потер руки и взмахнул кистью с перстнем. На столике рядами, как шахматные фигурки, выстроились крошечные полукруглые рюмочки с сине-зеленой жидкостью в маслянистых разводах. Дик закрыл глаза, чтобы не видеть эту батарею. — На первое время хватит, — промурлыкал Глерхэн. — Начнем? Ты можешь отказаться..

Дик молча покачал головой.

— Когда тебе надоест твой вечный возраст, ты возьмешься за ум, вырастешь и станешь как все.

— Не думаю, — спокойно возразил Дик.

— Ты споришь? Пей!

Дик взял первую рюмку. Их можно было осушать одним глотком, но менее противной настойка от этого не становилась. Нельзя представить себе другую такую горечь, смешанную с чудовищной приторной сладостью.

— Не правда ли, на свете есть только один достойный рыцарский орден? — мягко спросил Глерхэн. — И это Темный круг, конечно.

— Вам виднее, мастер.

— Не увиливай. Да или нет? Темный круг — лучший орден на свете?

— Нет, — вздохнул Дик, потянувшись за второй рюмкой. — Бррр! Можно их разбивать, хотя бы?

— Пустые можно. Но если в ней останется настойка, рюмка подпрыгнет и вернется, — пригрозил Глерхэн.

Дик грохнул пустышку, запустив ею в камин. Осколки не посыпались на угли, они растаяли в воздухе.

— Дальше!

— Не терпится? Продолжим.. Ты согласился бы отречься от призвания?

— Нет.

— Пей! — Мимо уха Глерхэна свистнул круглый снаряд и налетел на стену. — Будь осторожнее, не то я отниму этот чудесный способ выражать свои чувства.

— Дальше, — кивнул Дик.

— Не мог бы ты отказаться от этого словечка? До вечера.

— Это приказ, мастер?

— Пожалуй, нет. Я могу усиливать давление постепенно. Пока тебе ничего не запрещено. Вот разве что.. ты согласишься не спать целую неделю?

— Вряд ли, — Дик взял четвертую порцию отравы.

— Дай слово, что останешься в моем замке на десять лет!

— Дальше.

Дик больше не бросал рюмки об стену. Выпив, он разжимал пальцы и ронял крошечную стеклянную пешку на пол, себе под ноги.

— Не правда ли, Братство Дороги прибежище одних дураков? — невинно спросил мастер Глерхэн.

— В моем лице, безусловно, — криво улыбнулся Дик и поднял рюмку. — Ваше здоровье, мастер!

После первой дюжины глотков, когда со стола исчезли все запасы настойки, Дик откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, ожидая следующего вопроса. Когда прошла судорога, его лицо стало спокойным, как во сне. Потом он чему-то слабо усмехнулся. Глерхэн внимательно наблюдал за ним, выдерживая паузу.

— О чем задумались, рыцарь?

— О вашей несравненной доброте, мастер.

— Без иронии! Иначе спрошу ещё что-нибудь!

— Не шучу, мастер. Позволив не скрывать свои чувства и не делать вид, что мне нравится эта отрава, вы раз в пять облегчили мне задачу!

— Что же ты раньше не сказал! — горестно цокнул языком наставник, сожалея о своей оплошности.

— А можно, сам спрошу? — Получив разрешение, Дик внимательно посмотрел на Глерхэн: — У вас в роду были драконы?.. И феи.

Магистр Темного круга долго молчал, прежде чем ответить.

— Кроме магов в университете, где нужно заполнять карту крови, ты один догадался. Мой прадед был дракон. А бабка — фея. Это действительно заметно?

— Ещё бы! Вы ни разу не повторились, мастер, хотя могли спрашивать одно и то же, как обещали! Такая изобретательность в пытках и дьявольское хитроумие только у них. Дальше?

— Ты согласишься перейти в наш орден?

— Мастер, но я ведь правильно угадал.. два раза.. — умоляюще улыбнулся Дик.

— Так что же? Наш турнир не предусматривает милости для слишком сообразительных противников, — с потолка прямо в руку Дика спустилась чашечка с сине-зеленой жижей.

— Не понимаю я твой вкус, — Глерхэн забавлялся отвращением в лице ученика. — Отличная змеиная настойка, трехлетней выдержки. Признайся, что тебе она ужасно нравится!

— Уж-жасно! — Дик выпил следующую порцию.

— И ты в жизни не пил ничего вкуснее!

Дик молча махнул рукой, подавив судорогу и оставив это утверждение без ответа, позволил налить себе ещё глоток. А потом выдохнул, как дракон, удивляясь, что изо рта не вылетает пламя.

— Дальше!