Страница 26 из 90
Он всё никак не мог улучить момент, чтобы оставить товарищей и направиться к двери, что вела в коридор и к туалетам. Один раз он поднялся, якобы по нужде, так Турчак пошёл с ним за компанию. И прапорщик должен был вернуться. А ещё вечер выдался такой, что народа в чайной становилось всё больше. Кондиционеры едва справлялись с табачным дымом и духотой. В заведении было оживлённо, казаки говорили, выпивали, смеялись.. А через час после того, как они с Каштенковым сюда приехали, в чайной мест свободных не осталось, даже у стойки, официантки с ног сбивались, а Юнь так и не спускалась в зал; а он хотел её хотя бы просто увидеть, хоть словцом переброситься. Да какой тут, при таком-то столпотворении. Подумав немного, Аким решил, что лучше сегодня к ней не ходить, и, попрощавшись с товарищами, поблагодарив их за водку, уехал домой. А может, то было и хорошо, что в этот день он не смог повидаться со своей тайной зазнобой. Пришёл домой, а Настя ждёт его, не ложится. Едва прапорщик снял пыльник, как она подошла, понюхала его плечо и поморщилась:
— Фу, прокурился совсем, кидай в стирку.
Аким прошёл в душ, по пути взглянув на Михаила, что спал на полу на кухне. А пока он мылся да перекусил немного на ночь, жена его дожидалась. Дождалась, стала обниматься, ласкаться. А потом притихла и прижималась к нему, произносит немного удивлённо:
— Саблин, ты уже немолодой.. Встаёшь до светла, ложишься уже ночью, из рейда в рейд мотаешься.. А сил у тебя не убавляется.
Так и есть, он не чувствовал себя утомлённым и полагал, что сил у него могло хватить ещё и на Юнь. Аким отвечает жене:
— Уродился, видно, такой.
Хотя, если говорить честно, он подумывает, что сил прибавляют.. уколы, которые делает ему Пивоварова. «Нокзол».