Глубокий рейд. Кляксы

Глава 10

Ещё не было пяти, а Пивоваровы его ждали в госпитале. Оба. И Розалия сразу обратилась к мальчику:

— Так.. Вы, если я не ошибаюсь, Михаил?

— Чего? — не понял Мишка. Он озирался по сторонам. Для него пребывание в таком чистом месте — с приглушенным светом, где нет окон, да ещё и достаточно прохладном, — судя по всему, в новинку. Люди в светлых одеждах, тишина.. Он с интересом оглядывает всё вокруг.

— Вас зовут Михаил? Да? — она присаживается рядом с ним.

— Да.. Миша меня зовут. — наконец понимает он.

— У вас классный нож, — Розалия прикасается к рукояти ножа. — Прапорщик сказал, что вас нужно полностью обследовать..

— Да меня уже.. меня обследовали врачи солдатские, — отвечает ей парень. — Недавно..

— Нужно провериться ещё раз, это же не больно.. Не волнуйтесь.

— А кровь⁈– вспомнил мальчик, и тут в его голосе послышались нотки страха.

— Ничего.. Не умрёшь, — говорит ему Аким. — Иди с этой госпожой, она всё сделает. Я буду ждать тебя тут, — и он подтолкнул парня к Розалии... — Давай. Это приказ. Выполняй. Я всё оплачу, — сказал Саблин Розалии.

— С этим разберёмся, — беспечно заметила женщина и увела мальчика в лабораторию, а мужчины поднялись в кабинет зав. отделением и там уже, без лишних глаз и ушей, начали разговор.

— Значит, наш родственник смог вам помочь?

— Помог, — соглашался Аким. Вчера вечером они уже говорили об этом, и он не думал, что нужно всё ещё раз рассказывать, кроме самого главного. И именно на этом Саблин и акцентировал свой «доклад» этому странному доктору: — Только тела Глаза так и не нашли. Я не знаю, что сказать заказчику.

Артём Сергеевич заваривал чай и потихоньку расспрашивал Саблина, как ему казалось, о всяких мелочах. Как вели себя моторы? Кто ему непосредственно помогал в том деле? Видел ли он сестру Розалии? Но среди этих простых вопросов попадались и такие, от которых Аким немного напрягался:

— Послушайте, Аким, а как вы доложите о задании заказчику? Вы можете с ним связаться?

— Нет, — прапорщику приходилось врать. Ни о голых женщинах из далёких болот за Енисеем, ни о Панове из Туруханска Саблин никому рассказывать не собирался. Он ведь обещал. — Буду ждать от него весточки.

Пивоваров ставит на столик стаканы с чаем.

— Ну, если нет другого способа выйти с ним на связь.. Значит, будем ждать.. — и, взяв свой стакан, вдруг спрашивает: — А что будете делать, если весточка от заказчика не придёт? — прапорщик берёт свой стакан и думает, что бы ответить, но ничего ему в голову не приходит. И зав. отделением продолжает: — Вы ведь как-то должны получить вознаграждение. Всё-таки большую работу сделали, разгромили крупную банду. Почти две недели по болотам болтались..

«Что ж тебе дался тот заказчик? Чего он тебе покоя не даёт?».

И опять Аким не знает, что ответить, он отпивает немного чая, очень даже неплохого, и наконец произносит:

— Найдёт, должен. Для него это важно, насколько я понял. Да и задаток я кое-какой получил.

А тут в кабинет пришла Розалия и сообщила:

— С мальчиком всё в порядке, им занимаются.

И вот из неё-то вопросы просто посыпались; ночью она дежурила и забирать снаряжение на пирс с мужем не приезжала, и теперь, конечно, хотела услышать сама всё то, что Аким рассказал Пивоварову ночью, пока они разгружали машину. Она села даже не с Пивоваровым рядом, а на диванчик с прапорщиком, брала стакан мужа, пила из него чай и спрашивала, спрашивала..

Что было в дороге? Каких людей он с собой брал? Как его встретил майор Иванов? Как помог? И ещё много всяких других вопросов. Она хотела знать всё, причём даже то, что женщине должно быть не интересно. Например: как шёл бой? Сколько бандитов пришло с Глазом? И ещё куча других, никак не касающихся её вопросов.

«Какая же нудная баба! — прапорщик невольно сравнивал её со своей женой и думал, что в настырности и любопытстве Розалия Пивоварова вряд ли уступит его Настасье. А вот в дотошности и въедливости даже её и превзойдёт. — Ну зачем тебе знать про привезённый мной пулемёт? Кстати, его нужно снять будет! Отвезти домой!».

По возможности он отвечал ей односложно, но кое-где она переспрашивала, требуя от него развёрнутого, а иной раз и подробного ответа. И тогда он, хоть и коротко, рассказывал ей о том, что ей было интересно. Причём, как только она пришла, её муж почти всё время молчал и только слушал их. И Саблин уже не сомневался в их..

«Розалия верховодит, а он — так..».

И только под конец, когда Аким уже допил свой остывший чай и показательно отказался от второго стакана, намекая, что ему пора и честь знать, лишь тогда, как бы подводя итог этой беседы, Артём и сказал ему:

— Аким, я надеюсь, вы нас понимаете.. Это всё не праздное любопытство..

«Не праздное? А какое?».

— .. Олег был нашим большим другом. Он многое для нас сделал, а вы как раз тот человек, который может.. который взялся его спасти.. Вот мы на вас и наседаем поэтому..

— На самом деле мы вам очень, очень.. — тут заговорила Розалия. Она и так сидела к прапорщику.. близко. Так близко, как не принято в казачьем обществе, чужая всё-таки женщина, замужняя. А тут ещё, на глазах у собственного мужа, положила свою тонкую прохладную руку на тяжёлую ладонь казака и продолжает: — .. благодарны.

А Саблина от этой ситуации — током прошибло, он чувствует себя очень неловко. Так неловко, что даже свою руку из-под её стесняется вытащить.. Обидеть, что ли, её боится.. И Розалия, не замечая смущения казака, хотя смотрит ему прямо в лицо, заканчивает: — Мы знаем, Аким, что Олегу никто, кроме вас, помочь не сможет, вы надёжный товарищ и очень..- она тут даже вздохнула, — хороший человек.

Да уж.. что тут сказать.. Умела эта женщина ввести его в краску, хорошо, что хоть её муж пришёл Саблину на помощь, встал и протянул руку для рукопожатия. Аким тоже поднялся.

* * *

Мишку в принципе уже отпустили из лаборатории, но медсестра сказала, что ещё нужно полчаса, чтобы получить данные и написать ему справку. А пока было время, Пивоварова и говорит им обоим:

— Пойдёмте ко мне, Аким. На процедуры. А вы, Михаил, посидите там. Я вам кое-что дам.

Ну, Саблин отказываться не стал, снова неудобно было, тем более что процедуры ему нравились. Ему казалось, что после уколов и массажа он чувствовал себя лучше. Розалия дала мальчику витаминов в виде конфет, а прапорщику сделала укол, уложила его в массажное кресло и запустила его. А сама села у изголовья и каким-то прибором на проводе стала водить ему по горлу, по шее, по голове.