Страница 93 из 174
Глава 8. Подслушанный разговор
— А я говорю, что вы не должны переживать, – настаивал Тальми. – Эти обстоятельства – не причина для волнения.
— Тогда пустите меня к Пластине Закона, и она убедит вас, – злобно прошипел вице-король.
— Пластину Закона нельзя тревожить напрасно, – отрезал Тальми.
— И это, по-вашему, напрасно! – грозно крикнул вице-король. – Я вам тут уже полчаса рассказываю, как и что, – а вы мне не верите!
— Уважаемый Ален Дентрон, – обратился служитель к вице-королю по имени, – я вас внимательно слушал все эти полчаса, но из вашего рассказа я лишь понял, что некоторые люди из Ордена Отречения что-то смутно чувствуют. Они даже не могут внятно сказать, что именно. Значит, время покажет, когда это будет угодно Érmo. Они ещё не готовы изречь более-менее понятное пророчество. Они просто делятся с вами мыслями, а вы принимаете это близко к сердцу.
— Да, они не говорят ясно, но они уверены, что мир скоро изменится, – настаивал вице-король. – По крайней мере, предполагают. Поймите меня правильно: я не верю во всякие теории заговора, но люди из Ордена Отречения говорят подобные вещи не каждый день. Они что-то ощущают.
— Я не смею спорить со служителями из Ордена Отречения, но такое пророчество очень туманно. Сколько из них чувствуют изменения?
— Двое.
— Всего двое, – подметил Тальми. – А их там больше сорока человек. И притом один из двоих говорит, что мир станет лучше, а другой говорит, что мир станет хуже. Эти слова и туманны, и противоречивы. Пока нет смысла волноваться.
— Вам не нравится, что я верую в Закон и в Орден? – грозно спросил Ален и ударил руками по столу.
— Нет, как раз эти чувства я очень уважаю, – искренне ответил Тальми. – Мне не нравится ваша злость и нетерпимость. Так недалеко дойти и до фанатизма вместе с терроризмом. Простите уж мне мою откровенность.
— Я прощаю, – пренебрежительно сказал Ален. – Я не имею права обижаться на служителей, а тем более на вас, Тальми, ведь вы Первослужитель. Но мне кажется, в вас мало веры, друг мой!
— У меня её как раз достаточно, – спокойно сказал Тальми. – А вот в вас она радикальна, нетерпима, сочетается со злостью и не всегда направлена в верном направлении. Прислушайтесь к моим словам, пока не поздно.
— Да где же это я нетерпим! – возмутился вице-король.
— Например, вы предлагали казнить всех, кто не придерживается религии Закона.
— А разве это не правильно?
— Конечно нет, ведь Закон в той или иной мере проник во все религии. Просто в нашу он проник в наибольшей степени.
— Меня бесит ваша терпимость! – крикнул вице-король.
— А я жалею, что в вас её нет, – только и ответил Тальми. – К тому же если один член Ордена говорит: «Скоро мир изменится к лучшему», а другой говорит: «Скоро мир станет хуже», то это ещё не пророчества. Вспомните, какие пророчества были раньше! На несколько страниц, и с подробностями. А это ещё не пророчества. Это лишь предчувствие. К тому же члены Ордена – тоже люди, хотя и выдающиеся.
На несколько секунд воцарилась тишина. Затем продолжил говорить Ален:
— Допустим, вас не убедили пророчества членов Ордена Отречения, но как же тогда вторая часть моего рассказа?
— Вы имеете в виду легенды о странных сущностях, которые передавались из поколения в поколение много веков? Ну и что же?
— А то, что именно о них написано в «Смутных видениях», и только нерушимые правила удерживают меня от того, чтобы заняться их истолкованием. Эти правила я не преступлю никогда!
— Полагаю, у вас есть другие дела, кроме как толковать Дополнения? – с иронией сказал Тальми.
Илдани гордился словами учителя.
— А слизь? – продолжил вице-король. – Я же ещё рассказывал про слизь. У меня вся знать города перед глазами: всё вижу и всех слышу! И говорят, что в одном селении вместо воды была слизь.
— Ну, не стоит слушать байки купцов. Тем более что они и сами спорят, было это или нет. Таким слухам нельзя верить.
— А я говорю – можно, – возразил вице-король. – И я уже выбрал двух агентов. Они готовы к действию, готовы к разведке! Только пять человек в курсе моего плана: двое из Ордена, один из которых и есть мой разведчик; я сам; вы, дорогой мой Тальми; и второй мой разведчик. Вот и всё. Я специально не посвящаю в это остальных, чтобы не было паники. Но вы же знаете, что член Ордена, будь он хоть трижды мой разведчик, не станет выполнять подобных заданий, если вы не благословите миссию.
— А я, – сказал Тальми, – её и не благословлю. Полагаю, тема закрыта.
— Что вы себе позволяете! – вскричал Ален. – Я вице-король или кто! Не будь вы Первослужитель, я бы лично застрелил вас из моего револьвера.
— Но я Первослужитель, – улыбнулся Тальми, – и я верен своему долгу. Поэтому я и занял такую должность. Я не стану потакать вашим прихотям.
— А если бы Пластина Закона разрешила мне послать моих людей, то что тогда?
— Против пластины я не пойду, – сказал Тальми, – но я не стану тревожить её святой покой ради таких мелочей, уж простите.
Илдани мог только слушать и не видел выражения лиц собеседников, о чём искренне жалел.
— Тогда позвольте представить мой козырь из рукава! – злорадно сказал вице-король с явной усмешкой.
Тальми тяжело вздохнул, видимо, поняв, о чём речь.
Ален зашагал к двери.
— Здравствуйте! – послышался третий голос со стороны входа.