Страница 137 из 174
Это воззвание было чистой формальностью. Ясно же, что не отступится никто. Илин с горечью закрыл Книгу и положил её во внутренний карман дешёвого плаща.
— Ну что, начинаем? – резко спросил он.
— Начинаем! – подтвердил Гарп, и вмиг схватка началась.
Илин, готовый к нападению, внимательно посмотрел на Гарпа, который хотел прыгнуть на него, и увернулся, сделав шаг в сторону. Гарп быстро сообразил, что цель ушла, и затормозил. Он развернул свой корпус и направил кулак в висок Илину, чтобы сразу закончить дуэль. Но Илин не был так прост; он согнул колени, присел – и кулак пронёсся над его головой. Сразу же Илин хотел ударить соперника в солнечное сплетение, чтобы тот стал задыхаться, но Гарп схватил его за руку, которой он собирался бить, и отвёл её в сторону. Другой рукой он замахнулся Илину в челюсть, но тот опять уклонился. Теперь он уже не мог отскочить в сторону, потому что Гарп держал его за руку.
Но хорошо уклониться Илин не смог: он не успел разогнуться, как Гарп с силой ударил его в бок несколько раз. Затем он попробовал добраться до виска Илина, но промахнулся и попал в челюсть. Та не сломалась, но сознание у Илина немного помутнело от резкой тряски. Илин понимал, что следующий же удар может стать роковым. Он интуитивно согнулся, затем разогнулся, отскочив в сторону так, как это позволяла схватившая его рука Гарпа, – и ударил своего врага ногой в живот.
Удар был сильный, но Илин потерял равновесие и упал на мокрую землю. Гарп дрогнул от боли и высвободил руку Илина, а сам сделал глубокий вдох. Пока он готовился к следующей схватке, Илин уже вскочил с земли. Два врага снова бросились друг на друга.
* * *
Фолок всё-таки решился на чашку чая и со всем вниманием слушал Маркуса, запоминая каждое слово.
— Закон одобряет дуэли не потому, что это хорошо, а по совсем иной причине. Закон хочет, чтобы люди сами становились лучше, и лишь чуть-чуть помогает им. Дуэли – это такая маленькая помощь, лишь один из этапов развития. Хорошо бы перейти к следующему этапу. Дуэли нужны, чтобы хоть как-то упорядочить и усмирить буйство силы. Они не решают проблему жестокости, но заключают её в некоторые рамки. – Маркус посмотрел в глаза Фолоку: – Я полагаю, если твой брат умрёт, ты будешь мстить обидчику, да?
— Я бы хотел это сделать, – устало кивнул Фолок, – но по Закону я смогу бросить вызов только через неделю. А за это время он либо сам убьёт меня, либо убежит. Видимо, бежать придётся мне, чтобы остаться в живых! Закон всё-таки не справедлив.
— Закон справедливее всего! – возмутился Маркус. – Он – это сама справедливость. Просто ты очень поверхностно знаешь его требования. Если соперник твоего брата решит убить тебя, чтобы ты ему не отомстил после истечения семи дней, то он не сможет этого сделать. Закон ему помешает. А теперь самый важный момент.
Фолок наклонился к Маркусу, чтобы не пропустить ни единого слова.
— Закон не терпит насилия, – повторил Маркус. – Он лишь идёт на уступки, чтобы люди становились лучше. Поэтому, если ты решишь бросить врагу вызов, Закон, скорее всего, не одобрит твоё решение. Он не обеспечит дуэль.
— Почему?! – вскричал Фолок.
— Если бы Закон одобрял дуэли для мести после предыдущих дуэлей, – ответил Маркус, – то все люди передрались бы в тот же день! Дуэли одобряются только при крайней необходимости, и Закону обидно, что такая необходимость возникает. Говоря по правде, Закону не обидно в нашем понимании этого слова – его чувства устроены иначе, чем у людей. Они выше. Но для простоты я скажу тебе так..
— Хвалёная справедливость! – перебил его Фолок. – Ты готов оправдать каждую глупость «Книги Явлений».
— В Книге нет глупостей, – заметил Маркус. – Там всё идеально правильно.
— И по этим идеалам я даже не могу отмстить за брата! – разозлился Фолок. – Хороши идеалы, нечего сказать!
Маркус вздохнул.
— Похоже, беседа будет дольше, чем я мог бы предположить. Но я всё тебе расскажу, ведь завтра у меня уже совсем другие дела. Ты меня видишь, возможно, в последний раз. Так что потом я ничего не смогу уточнить, помни это. Значит, тебя не устраивает справедливость Закона. А она есть! Сам подумай: семь дней он не сможет тебя убить, как и ты его. Это идеальное время для разговоров. Закон хочет, чтобы проблемы решались не силой, а взаимопониманием. И для переговоров он и даёт семь дней. За это время ты и должен склонить врага к другому образу жизни.
— Это невозможно! – яростно сказал Фолок. – Он меня и слушать не станет. Таких идиотов ничто не исправит. И за семь дней.
— Закон и не даёт мгновенного решения всех проблем, – заметил Маркус. – Он лишь даёт шанс их решить. Воспользуйся им. Если откажешься говорить – Закон не встанет на твою сторону. А если решишь действовать мирным путём – Закон будет на твоей стороне. Ведь если я верно понимаю, виновен не твой брат, а его соперник. Так ведь?
— Так. Именно так. Это чудовище спровоцировало..
— Не стоит рассказывать мне причину, – остановил его Маркус. – Дело в другом. Если соперник твоего брата – человек плохой, то Закон хочет его исправить. Но это идеальный вариант. А в нашем мире Закон может и дуэль назначить. Но стремиться надо к исправлению!
— Да я не хочу его исправлять, – сказал Фолок. – Я хочу его убить.
— Тогда Закон тебе не поможет, – отметил Маркус. – Лучше, если бы ты попробовал исправить своего врага.
— А если не получится? – спросил Фолок.
— Ты хотя бы попытайся, – настоял Маркус. – Подумай сам.. Я сейчас скажу понятнее.. – Маркус призадумался и собрался с мыслями.
* * *
Илин был гораздо легче Гарпа, и это осложняло процесс боя. Он решил достать нож, зная, что нож есть и у Гарпа, а значит, всё будет честно. Они ринулись навстречу друг другу. Илин хотел поднырнуть под Гарпа и всадить нож ему в живот.