Страница 73 из 98
Глава 29
– Р
одители не хотят, чтобы мы с тобой общались.
Мы сидели на траве на заднем дворе моего дома. Логан, который, казалось, за этот месяц с последней нашей встречи повзрослел в несколько раз, не мог смотреть мне в глаза. Я знала почему. Наша последняя встреча обратилась в катастрофу. Настолько устрашающую, что он оказался в больнице.
– Я хочу тебя коснуться, – беспечно бросила я, чего раньше себе не позволяла. Это ведь была уродливая правда – несмотря на произошедшее, несмотря на то, что я с ним натворила, я все еще отчаянно жаждала его любви.
Знаю, я – эгоистка. Хороший человек его бы отпустил.
Но я не хотела отпускать Логана. Хотела, чтобы он навечно прилип ко мне. И хотя я понимала, что я за монстр, не могла перестать этого желать.
– Я тоже хочу тебя коснуться, – мягко ответил он, по его щеке текла слеза. – Я люблю тебя, Айлин. Никого так не любил прежде, но…
Я подняла руку, намереваясь коснуться его, как вдруг он отскочил от меня, широко раскрыв глаза.
– Зачем ты это сделала? – обвинил он меня. – Зачем тебе было… было…
– Это все, что я знаю, Логан, – дрожащим голосом ответила я. Мне вспомнились встречи с терапевтом и наши долгие разговоры, в груди кольнуло. – Это единственный способ показать любовь, который я знала.
– Когда ты кого-то любишь, то не отправляешь его в больничную койку! – огрызнулся он. – Когда кого-то любишь, заботишься о них, чтобы они были в безопасности… чтобы… они…
– Я запуталась! – с дрожащими губами взвыла я. – Я была глупа, запуталась, и, боже, Логан, это еще и произошло после папы…
– Черт возьми, Айлин, мы больше не дети! – прокричал он в ответ. – Ведешь себя так, будто ты до сих пор маленькая папина дочка…
– Не смей, – прошипела я и сжала ладони в кулаки. – Ты не знаешь, что случилось…
– Тогда почему ты мне не рассказываешь? – закричал он. – Я четыре года встречаюсь с призраком. С призраком, Айлин! Я ничего не знаю о тебе и твоем прошлом. Боже, да я знаю только то, что в «Гугле» нашел! А ты мне ничего не рассказала! Что сделал твой отец? Что, черт подери, произошло до того, как ты оказалась у нас?
Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла вымолвить ни звука. Все, что произошло… несмотря ни на что, я никогда не сотру информацию. Несмотря на то, что я знала, я не хотела нарушать слово, данное отцу.
А Логан прошел и ощутил почти все то, что пережила я. Чему я была свидетельницей. Кошмар под названием «мое детство».
Но все было понятно по выражению лица Логана. Если промолчу, потеряю его. Поэтому я заговорила:
– Научи меня любить тебя правильно, и обещаю – я все расскажу.
Логан с отвращением посмотрел на меня, но за маской отвращения скрывались самые искренние теплые чувства, которые я когда-либо видела.
– Любовь приходит сама без учений, – выплюнул он. – Ей нельзя обучиться и ее нельзя навязать. Если хочешь так, то…
Что-то глубоко внутри меня разбилось. Страх.
– Не бросай меня.
Он горько засмеялся.
– Вот этого ты и не понимаешь в любви, Айлин. Хоть я и чертовски зол на тебя и хотя ты причинила мне самую большую боль в этом мире, я никогда не смогу от тебя уйти. Это и есть любовь в ее самом уродливом и ужасном проявлении.
Я резко проснулась, слезы жгли глаза.
Прошли годы с тех пор, как меня мучили эти сны. Годы… и все-таки они вернулись.
Я знала, почему мне снится Логан – наша разбитая, искаженная связь. Почему мой разум заставляет меня снова и снова вспоминать, что случалось с теми, кого я пыталась любить, и что происходило с ними, когда они узнавали о моем прошлом. Это было предупреждение – напоминание о том, что еще впереди.
Ужас от того, кто я есть, чем я стала, будет преследовать меня вечно. Воспоминания о том, как я делала с Логаном то же, что мой отец творил с другими, навсегда останутся пятном на моем далеко не чистом прошлом.
После долгих лет терапии я все еще была больна. Больна, потому что совершила все это – сначала во имя Богов Морроу, а потом ради собственных эгоистичных целей.
Мне было больно осознавать, что я не достойна ничего хорошего. И меня пугало, что Рагнор – который каким-то образом узнал об Амире – когда-нибудь узнает и об этом и навсегда запомнит меня настоящую.
Монстра. Или, по крайней мере, его порождение.
Удушающий страх пожирал меня всю оставшуюся ночь.
Тарелка выскользнула из моих рук и разбилась на кухонном полу. СиДжей, подметавший рядом, нахмурился, подошел и собрал осколки. Джада бросила на меня тревожный взгляд.
– Садись. Не хочу, чтобы ты была рядом с тарелками, если их роняешь.
Я без слов пожала плечами и села рядом с ней. Это была уже четвертая разбитая тарелка с начала смены. Концентрация меня покинула – до Аукциона оставалась всего неделя. Рядом присел Боуэн.
– Нервничаешь перед Аукционом, да? – спросил он, будто читал мои мысли.
Я кивнула, хотя дело было не только в нем. Я не видела Рагнора всю неделю после нашей ссоры в мастерской. Все еще искала достойную идею для своей работы на Аукцион, в то время как одноклассники уже определились с номерами. Занятия Логана в спортзале становились все жестче, и каждая кость в теле болела. Ночные кошмары не давали спокойно спать, добавляя усталости.
– Помню свой первый Аукцион, – пробормотал СиДжей, помогая Джаде мыть посуду. – Это было ужасно.
– Первый? – удивилась я. – Эйб не говорил, что участвовать можно больше одного раза.
Джада улыбнулась.
– СиДжей тогда прям провалился, – хихикнула она.
Парень, о котором шла речь, бросил на нее унылый взгляд.
– Я нервничал, забыл хореографию, – пробормотал он.
– Ты танцуешь? – удивленно спросила я.
– Нет, скорее это хобби. И для Аукциона подошло.
– Но он упал на попу, пытаясь сделать сальто назад, – подхватила Джада, улыбаясь до ушей, когда СиДжей посмотрел на нее с упреком.
Боуэн усмехнулся и повернулся ко мне.
– В итоге наш Повелитель не счел СиДжея уж полным ничтожеством, – сказал он с усмешкой и вскрикнул, когда коллега швырнул в него мыльную губку.
– А помните ту девушку, которую не купили? – спросила Джада, повернувшись к Боуэну. – Кажется, это было, когда ты только приехал.
СиДжей напрягся, лицо Боуэна помрачнело. Атмосфера стала напряженной – впервые с тех пор, как я их знаю, ни у кого не было и намека на шутку.
– Да, – тихо ответил Боуэн. – Луана.
– Верно, – сказала Джада, и ее лицо потемнело.
Наступила тягостная тишина, и я не выдержала, нарушив ее.