Страница 194 из 218
— Пусть предки идут рядом, — сказал он. — Отдельными голосами. Я не сосуд.
Зорич медленно улыбнулся.
— Придётся построить поезд из родословной.
— Это возможно?
— Ужасно.
— Значит?
— Возможно.
Они перенесли закрытый глаз на рельсы. Молчанов подключил ПИЧ, Алексей Белый разделил родовую память, а Мария поставила красную машину на первую золотую линию. Пять колёс начали вращаться.
Воздух над платформой потемнел.
Появился состав из старых семейных вагонов. На каждом стояла одна из двух фамилий:
«ВЯЗЕМСКИЕ».
«ЯРЕЦКИЕ».
Состав не мог решить, какая запись настоящая, и потому существовал двумя поездами в одном месте.
— Кто поведёт? — спросила Эва.
— Наследник, — ответил Александр.
Михаил подошёл к локомотиву.
Дверь не открылась.
На ней возникло:
«ИСКРА НЕ ОБНАРУЖЕНА».
Он положил ладонь на металл.
— Именно.
Защитный размыкатель на другом конце пути услышал отсутствие.
Поезд вздрогнул.
Дверь распахнулась.
Из вагонов на платформу посмотрели десятки предков. Каждый имел отдельное лицо и отдельное имя. Они не вошли в Михаила. Просто заняли места.
На последней площадке стоял живой мужчина лет сорока пяти.
Высокий, худой, с теми же серыми глазами, что у Александра.
Дуняша увидела его через щель мира Большинства и побледнела.
— Кирилл.
Мужчина держал в руке металлический цилиндр Левина.
За его спиной горела родовая мастерская.
— Опоздали, — сказал Кирилл Павлович. — Взыскание началось не через четыре дня.
Он показал уездный календарь.
На нём стояла дата шестьдесят первого дня.
— Пока вы меняли время двух миров, Липовый Ключ прожил весь срок.
Кирилл бросил цилиндр в печь.
Пламя сомкнулось.
А снаружи, за окнами родового поезда, ударил аукционный колокол.
— Именем уездного суда, — объявил Карсавин, — мастерская и имение Ярецких проданы старшей ветви рода Вяземских.
Кирилл улыбнулся Михаилу.
— Добро пожаловать домой, племянник. Теперь ты находишься на моей собственности.