Страница 49 из 65
— Похоже, у меня появился огромный долг перед империей, — усмехнулся Адамур Сивийский, сложив руки за спиной. Мы вместе наблюдали за арестом взбешённого жреца — со стороны, конечно. Темур-ага, заметив нас, коротко поклонился и вывел Светлейшего из дома. Айтар признался в убийстве, но упорно настаивал на своём. Мол, действовал из лучших побуждений, боролся за процветание Колхиды!.. Его высокая фигура в мареве заката напоминала древний языческий идол. Это казалось страшным одиозным безумием, которому нет места в нашем времени. Семья жреца ошарашенно молчала, а янычары лишь крепче сжимали сабли. Кто-то с опаской молился Велесу, но таких были единицы.
За годы службы я научился ставить закон выше, чем богов. Боги — те ещё шутники, и судят они по известным лишь им правилам. Жить среди убийц в надежде на божье прозрение?.. Ей-богу, закон мне ближе.
Пусть и неудобств от него — воз и маленькая тележка.
— Но послушай, мой дорогой друг, — продолжал Сивийский, прищурившись, — неужели ты в самом деле отказываешься от награды?.. Колхида богата на золото и каменья, выбирай что душе угодно!
Я вскинул голову к темнеющему небу. Солнце пожаром горело над морем — и всё же сумрак наступал. Как напоминание, что на любую пламенную речь найдется холодный чистый разум.
— Да что мне с твоего золота?.. — со смешком произнёс я. — То, что я желал бы сердцем, за золото не купишь. И не вернёшь, — как не вернёшь мать и не докажешь ей, что я могу быть хорошим сыном. Не таким, как отец.
За золото не заставишь любить Лапку. За золото не оживишь друзей, что остались в сырой земле Полонии. Не спасёшь тех, кого я обещал и не смог вытащить. Не отмотаешь время и не подаришь Злату детство без войны.
Сколько там этих "не"?..
— У имперского пса достаточно золота, — нахально улыбнулся я, — Лесовской умеет ценить верность. К тому ж, награду вроде как выдали и забыли, а вот благодарность будущего князя Колхиды мне не помешает. А, Сивийский?..
— Я держу слово, — кивнул он, — пусть ты хитрый, как огненный змей из легенд, но ты по-настоящему меня выручил. Я ведь не хотел поддерживать этот дурацкий договор с империей. Оборотни у светочей на посылках — да отцы проклянут нас с того света! Но сейчас я вижу, что Айтар прав, без союза Колхиде не выстоять. Империя, хорасаны, старшие оборотни — однажды нам придётся сделать выбор. И лучше сделать его на наших условиях, — Сивийский вздохнул и добавил, — Лесовской показал себя мудрым и неравнодушным правителем, отправив верных людей в помощь Айтару и Эмзару. Я передам ему наши условия и буду ждать ответ.
Я мысленно хмыкнул. Если Мик вцепился в Колхиду, его клещами не оторвёшь. Впрочем, Адамур был доволен нашим разговором. Пожалуй, мы даже выиграли с этого заговора — вместо ушлого жреца власть достанется Сивийскому, который уверен в себе, собран и умеет признавать ошибки.
Я не сомневался, что договору быть. Эти двое своего не упустят.
— А невесте твоей что подарить? — Сивийский указал на Лапку, которая утешала бледную дочь жреца. — Такая хорошая дева, нашла чешую Айтара! Может, цацку какую?..
— Своей невесте я сам цацку подарю, Адамур, — холоднее, чем стоило бы, отозвался я. Пусть за старшим Сивийским не тянулась слава "ходока", как за Багром, но его внимание к Лапке мне всё равно не нравилось! — Мешочком кофе отдай. Молодая жена Лесовского пол двора на кофе подсадила, и невесту мою — тоже.
Адамур удивлённо поцокал языком, но заверил меня, что к утру у Лапки будет самый свежий и приличный кофе южных земель. Можно подумать, что кроме царицы у нас кто-то разбирается в "приличности" чёрной бурды.
Мы неспешно зашагали к девицам и Темновскому. Адамуру полагалось утешить семью жреца, но.. Кажется, он вообще не представлял, как поступить с Айтаром. Почитаемый в народе оборотень, проводник воли Велеса — и убийца, возжелавший построить власть на костях. Тут сложно сказать, какое решение будет верным и правильным.
— Позаботься о барышне, Сивийский, — вдруг попросил я, разглядывая дрожащую Хатиа, — отец отваживал от неё женихов. То ли неродная ему, то ли по зову бога в прислужницы отправлял. А девке семью надо, детишек, мужа. Сам понимаешь, скоро от неё шарахаться начнут, как от чумной!
Адамур отзеркалил мою кривую улыбку.
— Не посмеют. Я, может, и женюсь на ней. Хватит уже вдовцом ходить. Она молода, красива, но не юная девка с ветром в голове — чем не готовая княгиня, а?.. Даже тебе бы не уступил, не будь у тебя невесты!
От шутливого тона я почему-то закашлялся. Осталось сущая малось — убедить Лапку, что она моя невеста!
Лапка
— Возьми, — Надин вручила мне резную деревянную шкатулку с позолотой на крышке. Вещь была старой, непримечательной и на подарок не тянула. Да и с чего Надин делать мне подарки?.. Отец её суженого уже одарил меня целым мешочком кофе и заколкой с синими яхонтами! Правда, при этом он весело косил на Руда, а оборотень в ответ скрипел зубами. Но отбирать у меня поистине царскую награду никто не стал!
Я бы и не отдала! Моя прелесть!
— Хатиа передала мне волю отца, — княжна по-детски шмыгнула носом, — это его шкатулка. Он просил отдать её тебе. Внутри хранятся письма от Белостаны, когда-то они с отцом были хорошими друзьями. Часть писем батюшка сжёг, когда Белостана выбрала империю своим домом, но пару-тройку сохранил. Забирай, коли он велел, мне без надобности.
Ого! А замешана ли здесь некая любовная история?.. Я со странным трепетом взяла шкатулку. Может, мне стоит вернуть письма языческой бабушке?..
Но поразмыслив, я лишь покачала головой. Белостана уже жила в империи, когда престол взошёл Микаил Лесовской — то есть, не меньше тринадцати лет. Вряд ли у неё осталась связь с князем, и вряд ли она видела, в кого он превратился. Тем более, Эмзар Колхидский был заметно её старше.
Сгорая от любопытства, я подхватила шкатулку под мышку и спустилась к торговым лавочкам. Купила себе первой кисловатой клубники и побежала к морю. За мной уныло потащились стрельцы — утреннее солнышко уже припекало, и гулять в жарких кафтанах было неудобно. Но.. завтра мы возвращались в империю — и это чудесное море, похожее на шёлковую гладь, я больше не увижу. Возможно, никогда не увижу. Поэтому пока Руд с Темновским заседали в Княжеском дворце, я наслаждалась чудной колхидской природой.
— А девок можно и в империи полапать, — с намёком сообщила я недовольным стрельцам. Впрочем, им было достаточно приказа Руда — оборотень на расправу скор! Ка-ак щёлкнет зубами, ка-ак откусит что-нибудь нужное, если сваха его потеряется!..