Страница 30 из 65
— До свадьбы заживёт, — криво улыбнулся оборотень, — возможно, даже до вашей. Я подозревал Соболева, но было неясно, зачем ему изводить Иоанну. Лишь когда Лапка сказала, что долги можно вернуть «другим способом», я задумался. Слухи поползли после неуловимого мужика, который приезжал в конце зимы. Что если он предложил Соболеву «отработать» долг?.. Иоанна — ширма, она не интересна всяким мутным типам. Другое дело, сын боярина Синицына. Твой отец, Рост, сидит на Полонской заставе — прямой дороге из столицы в Полонию. Он старый честный вояка и верный страж империи. Его сложно обмануть и подкупить, а смерть наверняка вызовет интерес приказа Тайных дел. Предположим, у кого-то стоит задача убрать Синицына с заставы. На долгое время. В короткие сроки. Как считаешь, смерть единственного сына — неплохой повод?.. Такая смерть, где не нужно искать убийцу — убийца будет очевиден. Ведь на её совести уже есть один труп, да и сама она признается в своих ночных блужданиях.
— Иоанна бы не справилась со мной, — неуверенно заспорил Ростислав, впрочем, слова Руда явно его зацепили.
— Ещё скажи, что стал бы ждать до свадьбы, — усмехнулся оборотень, — расслабился рядом с любимой, прикорнул — и не проснулся. На крайний случай, есть Глаша с её отварами. Полагаю, стоит тебе попросить руки Иоанны, дать повод для разговоров в деревне и.. всё. Безутешный отец и приказ Тайных дел найдёт только невесту — или же она повесится из чувства вины, чем облегчит задачу заказчику. Учитывая масштабы, и Соболев вряд ли будет радоваться деньгам. Твою мать, если я прав — а я такие дела уже нюхом чую — то и полонцы приехали неспроста, и столице работает их крыса! Твою мать..
Я медленно сползла по стенке.
Бержен!..
Руд
— Помочь тебе, воин? — в гостевую комнату проскользнула Василиса. В руках девка несла миску с травяной мазью. Я повёл носом и неохотно кивнул:
— Помоги, коли не шутишь, — и стянул рубаху через голову. Девица поражённо охнула — синяк на рёбрах выглядел страшно. Но до переломов вроде бы не дошло. Так, ушибы и сбитая кожа на щеке.
Хотя показаться лекарю не помешает. Этот Сизый ухитрился достать меня даже в облике медведя. Втроём со стрельцами мы едва сумели его скрутить. Зато после парочки зелий бывший атаман запел как птичка! Про мутного мужика с заданием, который обещал Соболеву огромные деньжищи. В отличие от ушлого боярина, Сизый сразу понял, что дело дрянь, но то было не его проблемой. Хочется Соболеву рисковать, влезая в столичные дрязги — пусть влезает.
Про Синицына-старшего и заставу я додумал сам. Впрочем, откладывать допрос Соболева никто не собирался. Отправив стрельцов на барское подворье, я развалился на лавке в тереме Иоанны. Языческий дар ускорял восстановление, но отнюдь не снимал боль. Так что Василиса со своей мазью была очень кстати.
Мягкие ручки легли на мою грудь. Я прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Женская ласка всегда приятна, особенно с холодящей мазью и заживляющими чарами. Магию обережниц я за столько лет выучил наизусть. Было подозрение, что Василиса попытается напасть, приняв сторону отца, но нет. Девица просто лечила и снимала боль.
Ан нет, нападение всё же состоялось, когда руки обережницы невзначай погладили мой пах.
— Какой ты напряжённый, воин! — промурлыкала эта лисица мне на ушко. Судя по умелым дразнящим движениям, девка не промах! — Грудь твоя — камень литой, и руки сильные, богатырские! Не желаешь со мной до опочивальни подняться или в баньку сходить?.. Я тебя так залечу, так уважу, до утра ничего болеть не будет!
Скинув оковы боли, зверь заинтересованно принюхался к девице и вздохнул — не то. Мужская природа не могла не отреагировать: лисица призывно облизывала губы, тёрлась об меня сочными грудями, да и пальчики её работали на совесть. Но.. ни мне, ни медведю её не хотелось.
— Прости, краса-девица, — произнёс я, убирая её руку, — не до того сейчас. Отец твой столько дел натворил, что вмешательство девы младой вряд ли его спасёт.
Василиса с презрением фыркнула:
— Ну-ну, воин, уж закрывать грудью батюшку я точно не стану! У меня к нему похлеще твоих счета имеются! Не дури, я же от чистого сердца предлагаю! В нашей Топи таких воинов статных днём с огнём не сыщешь!
Мне опять пришлось ловить её ловкие пальчики.
— Спасибо за мазь, но лучше тебе уйти.
— А, поняла я, — девица высокомерно улыбнулась, наклоняя голову к плечу, — от рыженькой свахи ты надеешься получить любовь и ласку. Зря-зря. Другое имя она шептала, когда в своей комнатке осталась. «Бержен-Бержен» — повторяла. Поди по сердечному другу извелась, бедняжка! — девка отстранилась и подхватила миску. — Ну и сиди как сыч, коли не желаешь! Только сердце свахи твоей — занято!
Что-то напевая под нос, она скрылась на кухне, а я.. Я почувствовал, как взор застилает красная пелена! Бержен, значит!.. Будет у нас в столице уха из полонского петуха!!!
Стрельцы с Ростиславом вернулись крайне вовремя, только.. Где Соболев?!
— Того.. - неуклюже потянул Бажен, оттягивая ворот рубахи. — Откинулся.
— Чего?! — в дверях кухни нарисовались девицы. Я мысленно закатил глаза — вот некуда без этих девиц!
— Откинулся, — повторил друг, скривившись, — в бане угорел. Когда мы пришли, холопы его с крыльца тащили. Знахарь местный почти сразу прибежал, да поздно. Грудь его, говорит, на жаре прихватило. Мол, не в первый раз.
Я чуть не ушёл в оборот, проскрипев отросшими когтями по столу. Всё равно этот стол на ладан дышал.
— Вы проверили тело и баню? Своей смертью боярин помер или с чьей-то помощью? — до сих пор не верилось, что домыслы про Полонскую заставу останутся домыслами! Никаких доказательств, вашу ж..
— Да похоже, что сам, — Лют, второй стрелец, покосился на девчонок, — с банщицей ходил, ну и.. Но мы его вещи из дома забрали — марочникам покажем, может, будет толк.
И то хлеб. Жаль, душам нельзя набить морду — допрос с мордобоем был куда эффективнее других..