Страница 46 из 121
— На карте этого поворота вообще нет, — заметил Мик.
— Потому что карта условная, — сказал Пелл.
— Потому что ты держишь её вверх ногами, — ответила Лина.
Мик, которому, очевидно, надоело быть единственным человеком в группе, у кого усталость уже победила амбиции, сделал полшага в сторону, прислонился к стене плечом — и исчез.
Не совсем, конечно.
Стена не проглотила его целиком. Просто камень с тихим, давно забытым скрежетом ушёл внутрь на ладонь, потом сдвинулся, и Мик, потеряв равновесие, провалился в открывшийся проём по колено, схватился за край, выругался и уставился в темноту так, словно сам не до конца верил в собственное участие в событии.
Все замолчали.
Даже я.
Потом Тобиас очень медленно произнёс: — Я же говорил, что тут что-то есть.
— Ты говорил про другое направление, — автоматически ответила Лина.
Я подошёл ближе, поднял факел и посветил внутрь.
За стеной действительно уходил узкий тайный ход — старый, пыльный, нетронутый, с каменными ступенями вниз и воздухом настолько неподвижным, словно его не тревожили много лет.
Я смотрел в эту темноту и чувствовал одновременно две вещи.
Первая была почти профессиональной гордостью: подземелье всё ещё умело удивлять даже меня.
Вторая — куда менее приятной.
Потому что секретный проход нашёл не опытный искатель древностей. Не маг. Не хитрый вор. Не внимательный ветеран.
Его случайно нашёл самый растерянный лучник из группы новичков, просто потому что устал спорить и прислонился не к той стене.
И, как это часто бывает, именно в такие мгновения понимаешь: подземелье не любит порядок. Оно любит характер. А ещё больше — иронию.