Шантаж и другие соблазны

ГЛАВА 18

Лаки

Как всё может быть настолько идеальным и одновременно настолько безумным?

Вещи Уиллоу колонизировали мой пентхаус: кристаллы возле клетки кролика, кружка со сколом на столешнице, небрежно брошенное на диван одеяло — и воздух стал другим. Мягче. Наэлектризованнее. Более «обжитым». Я и не знал, насколько громко звучала эта пустота, пока Уиллоу не приглушила её своим присутствием. И мне так это нравится.

Но, возможно, мы раскрыты. Феникс знает, что мы жаждем его крови, и каждая моя клеточка понимает, что он нанесёт ответный удар после того, что мы сделали. Я ощущаю тревогу и предвкушение всего этого, словно тиски сжимают горло.

Два месяца назад я ни за что не смог бы предсказать, где окажусь в этот день.

— Хочешь пойти пообедать? — спрашиваю я, потому что обед — это нормально. Это ощущается подконтрольным. Предсказуемым.

Уиллоу растянулась на диване, уставившись в потолок, будто снова и снова прокручивает в голове наш план убийства.

— Мне не особо хочется есть, — говорит она, переводя взгляд на меня. И чёрт возьми, как она так легко это со мной делает? Один взгляд её голубых глаз — и мои мысли ведут не туда.

— А я хочу, — говорю я, не задумываясь.

— Почему у тебя такой вид, будто ты говоришь вовсе не об обеде, Лаки? — спокойно произносит она, но уголок её рта дёргается в ухмылке. В её прекрасных голубых глазах я вижу что-то светлое.

— Ну, сначала да, — говорю я, неторопливо пересекая комнату. — Но потом увидел тебя, и, в общем..

И, чёрт возьми, я обожаю свою новую жизнь — со всеми её тёмными сторонами, — потому что глаза Уиллоу темнеют. Она тянется вниз и одним движением стягивает с себя футболку.

— Покажи, что ты на самом деле имел в виду, Лаки, — произносит она прерывистым, но совершенно серьёзным голосом.

— Чёрт, да, — рычу я, стремительно преодолевая оставшееся расстояние. — Смотри на меня, Кошечка. Я хочу, чтобы ты не пропускала ни секунды.

Я подхватываю её с дивана, она радостно вскрикивает. Опускаю на ковёр и бросаю взгляд на панорамное окно за спиной. Идеально. Сейчас как раз достаточно светло. Я вижу, как мы отражаемся в окне.

Может, это и не зеркальная комната, но всё равно чертовски хорошо.

— Ложись на спину, — говорю я Уиллоу и одновременно стягиваю с себя футболку, расстёгиваю ремень. Уиллоу послушно ложится, а я расстегиваю её штаны. Теперь я не тороплюсь, медленно спускаю их с её бёдер. Чёрт.. У неё идеальный животик. Идеальные бёдра. Потрясающие икры.

Снимаю с неё штаны и отбрасываю в сторону. Затем зацепляю пальцами край её чёрных трусиков и медленно стягиваю вниз. Вниз.. Вниз.. Поднимаю глаза и встречаю взгляд Уиллоу — в нём только жгучее желание и любопытство. Хорошо. Хуже всего было, когда мы целовались, а она вдруг застыла. Больше никогда не хочу видеть стыд в её глазах.

— Ты чертовски идеальна, Уиллоу, — шепчу я, целуя её колено. Нежно провожу рукой по ноге. — Откройся для меня? — это не приказ, а просьба. Потому что она всегда, всегда держит ситуацию под контролем.

Она медленно подчиняется. Сначала позволяет одному колену опуститься в сторону, а когда я скольжу рукой вдоль бедра, расслабляет и второе.

Как изнывающий от жажды пьяница, я набрасываюсь на нее. Её киска — самое изысканное зрелище, которое я когда-либо видел. Розовая. Пухлая. Едва заметная дорожка волос ведет к самому сокровенному.

— Дыши, Уиллоу, — инструктирую я, понимая, что она задерживает дыхание. — Хочешь подложить подушки?

Она кивает, и я одним движением выхватываю их с дивана. Подкладываю ей под голову, и она наконец расслабляется. Я устраиваюсь на ковре на животе, опираясь на предплечья. Мой взгляд снова застывает на объекте моей одержимости.

Не в силах больше ждать ни секунды, я высовываю язык и ощущаю первый вкус.

И тут же понимаю, что это не в последний раз.

Блять, это не в последний раз.

Она сладкая и скользкая, и на вкус она как остаток вечности. Я снова провожу языком, снизу вверх, от входа до клитора, а затем с силой и настойчиво втягиваю его в рот.

С губ Уиллоу срывается проклятие, ее голова откидывается на подушки, а руки взлетают вверх и вцепляются в собственные волосы.

— Смотри на меня, Уиллоу, — напоминаю я, вибрируя словами прямо о её клитор. — Я хочу, чтобы ты смотрела.

Со вздохом она снова поднимает голову и встречается со мной взглядом.

Я возвращаюсь к делу. Снова провожу языком по ней. Мои руки ложатся по бокам ее промежности, ладони скользят по гладкой коже.

— Шлепни меня, — ошеломляет она меня.

— Ох, блять, с удовольствием, — усмехаюсь я прямо в её клитор. Я хлопаю правой ладонью по её ягодице, и она издает довольный стон. — Продолжай просить всё, что захочешь.

— Я не совсем понимаю, чего хочу, — признается она, уже задыхаясь. — Но мне вдруг это стало отчаянно нужно.

— Хорошая девочка, — рычу я, впиваясь зубами в её клитор. — А теперь сделай глубокий вдох.

Она подчиняется, и я ввожу в неё два пальца. Она всё ещё тяжело дышит, даже после подготовки. Но она легко принимает меня.

Чёрт. Она такая чертовски мокрая, а прошло всего несколько минут. И такая чертовски тугая. Когда мы занимались сексом в зеркальной комнате, мне казалось, что она вот-вот оторвет мой член, настолько она была тугой, и это было лучшее ощущение в мире.

Сейчас всё так же. Мне не терпится снова погрузиться в неё, но сначала я заставлю её кончить от моих ласк.

Она снова тяжело дышит, а я двигаю пальцами в её киске, стараясь сохранять нужный угол и темп. Её ноги раздвигаются ещё шире, и она снова откидывается на подушку, но тут же вспоминает, что должна смотреть. Снова смотрит на меня, пока я ласкаю её киску.

Я сосу сильнее и дольше. Провожу языком по её входу, а затем усиливаю давление, лаская клитор. Слегка сжимаю пальцы, стимулируя её стенки.

Шлёпаю по другой ягодице свободной рукой. Она одобрительно вздыхает и запускает пальцы мне в волосы. Я вижу, как она переводит взгляд на окно, откуда ей видно все происходящее.

Её дыхание учащается. Ноги начинают дрожать.

— Не сдерживайся, детка, — шепчу я, прижимаясь к её киске. — Я хочу, чтобы ты кричала, когда кончишь.

Она стонет, и я начинаю сосать сильнее. Мои пальцы двигаются быстрее. Я рычу, лаская её клитор, и он пульсирует в ответ.

Она сжимает мои пальцы, как тиски, и кончает. С её губ срывается крик. Она тянет меня за волосы, еще сильнее прижимая мое лицо к своей киске. Все её тело напрягается, когда оргазм пронзает её с головы до ног.