Страница 20 из 103
А потом делаю то, за что ненавижу себя: представляю, как он видит меня в этом.
Не маску. Не скрытного Сейнта Шейда, от которого сходит с ума интернет. Кейда. Его зелёные глаза, его до глупости светлые волосы, татуировку, которую я мельком увидела, когда он поднимал труп, будто это пустяк. Я представляю, как его взгляд скользит по моему телу, задерживается, накаляет.
В груди всё горит. Ноги невольно сжимаются.
Я должна это ненавидеть. Должна ненавидеть его. Должна точить кинжалы, а не красить глаза подводкой. Но чем больше я запрещаю себе, тем сильнее мой разум предаёт меня.
И впервые за годы я не думаю о выживании. Не думаю о крови. Я думаю о том, чтобы быть увиденной.
Им.
Упираюсь руками в туалетный столик, глядя на незнакомку в зеркале. Шёлк, декольте, губы как манящий алый флаг предупреждения. Вдруг понимаю, что я не знаю эту версию себя.
Но сегодня.. кажется, я хочу её узнать.
Звонок в дверь режет тишину, как бензопила. Я замираю, нанося парфюм, и каждый нерв во мне вопит: это ещё одно предзнаменование.
Открываю дверь, на пороге мужчина в чёрном костюме и белых перчатках. За ним у обочины ждёт вытянутый лимузин, неоновые огни отражаются в глянцевой поверхности.
— Уиллоу Вейл? — его голос сдержанный, профессиональный. Я лишь киваю в ответ. Мужчина в чёрном вежливо указывает на лимузин.
— Ваш транспорт, мисс.
— Ну конечно, — бормочу я. — Что дальше? Лепестки роз до двери?
Я твержу себе: это ради рычага давления. Чтобы держать его достаточно близко, и чтобы он не покончил с моей жизнью в переносном смысле. Но в глубине души я знаю, что всё это ложь.
Со вздохом я хватаю крошечный клатч и выхожу в ночь, будто шагаю в логово волка.
Поездка в лимузине просто абсурд. Кожаные сиденья, шампанское в ведёрке со льдом, а я сижу на краешке, как Золушка, только с оружием под платьем. На каждом светофоре я думаю сбежать. На каждом повороте представляю, что он везёт меня не на Стрип, а в какую-нибудь темницу. И всё же, когда машина проезжает мимо главного входа театра и останавливается у тихого бокового, пульс бьётся в предвкушении.
У главных дверей толпа, очередь тянется вдоль тротуара, девушки в блестящих платьях делают селфи на фоне вывески «Сейнт Шейд».
Мы паркуемся сбоку от здания, и я замечаю неприметную дверь. Водитель лимузина открывает дверцу с поклоном, и, выходя, я чувствую, как взгляды скользят по мне. Лимузины притягивают внимание. В них ездят важные люди, знаменитости. Я не важная персона, но люди всё равно смотрят. Я выхожу, а шёлк платья льнёт ко мне, будто изголодался, и чувствую, как каждый взгляд следит за мной, пока меня ведут к боковой двери.
Внутри администратор провожает меня прямо по коридору. Слышу шум закулисья, шоу вот-вот начнётся. Но мы идём не туда. Мы сворачиваем направо, проходим по коридору и выходим через дверь в передней части театра. Меня провожают прямо в центр, мужчина указывает на моё место. Точно посередине. Первый ряд.
Я опускаюсь в кресло, сердце грохочет, ладони влажные. Сцена скрыта тяжёлым бархатным занавесом, но я готова поклясться: он уже там, прячется, наблюдает за мной.
И самое паршивое?
Я хочу, чтобы он смотрел.