Страница 71 из 162
Глава 41
Гай Юэ с любопытством вытянул шею, однако ничего толком не удалось рассмотреть.
— Что там написано?
— Писал тот ещё грамотей, — отозвался Шао Баожай. — Очень коряво получилось… хотя разобрать можно. Сейчас… Вот!.. Дитя зовут Чэнь Ци, он родился в первый час начала праздника Острых лунных лепестков… Ага, значит ему почти два месяца, как я и думал…
— И это всё?
— Да.
— Негусто.
— К сожалению так, учитель. Но, по крайней мере, у парнишки благоприятное время рождения.
— Это да, — с важным видом подтвердил Гай Юэ. Праздник Острых лунных лепестков он придумал лично, правда, уже начисто позабыл, в чем заключалась его суть.
Наблюдая за тем, как ученик деловито готовит рисовый отвар, Гай Юэ постепенно впал в благодушное и расслабленное состояние. Озноб прошел, в животе растекалось приятное тепло, белье и волосы высохли благодаря исходящему от костра жару. Смертельная простуда ему, по видимому, уже не грозила, а спасённый младенец не причинял особых хлопот. Вообще очень приятно осознавать, что совершил добрый поступок и при этом не вляпался в крупные неприятности. Ведь зачастую получается как раз наоборот, и добрые дела не остаются безнаказанными. Но сейчас был как раз удачный случай.
Пригревшийся Гай Юэ едва не мурлыкал от умиротворения и уже начинал дремать, когда ученик вдруг дернулся и резко поднял голову. Пришлось обернуться, чтобы понять, куда он уставился. Из-за ограждавших их от посторонних глаз кустов вышел какой-то подросток, нерешительно продвинулся дальше, остановился перед Гай Юэ и застыл в низком поклоне. Судя по тому, что он почтительно ждал, когда старшие обратят на него внимание, мальчишка оказался достаточно хорошо воспитан. Это был не какой-то там неотёсанный сопляк, позволяющий себе дерзкие поступки. Гай Юэ выдержал подобающую паузу и снисходительно осведомился:
— Что тебе нужно?Только тогда подросток решился раскрыть рот:
— Прошу прощения у милостивого господина. Лишь крайняя нужда заставляет просить о помощи…
— Говори, не стесняйся.
— С позволения милостивого господина… Я направлялся к родным в город Ит, но сбился с пути… поэтому…
— Ничего страшного, — Гай Юэ обратился к Шао Баожаю:— Баобао, объясни ему, как добраться до города.
Ученик просиял. Ведь учитель назвал его уменьшительным именем, словно близкого человека. Какая честь! Шао Баожай охотно ответил:
— Это же проще простого. Иди прямо по дороге, никуда не сворачивая. Дня через полтора упрешься в городские ворота.
Подросток поклонился Шао Баожаю. Не так низко, как Гай Юэ, но все же довольно почтительно.
— Благодарю вас. Однако этот бестолковый настолько туп, что совсем запутался и даже не знает, в какую сторону идти.
— Ты будто вчера на свет родился, — усмехнулся Баожай и махнул рукой в нужную сторону. — Надо идти вон туда. Прямо по течению реки. Заблудиться невозможно. Понял?
Очередной поклон и печально произнесенное: ответ:
— Благодарю вас.Кажется, тема исчерпана, направление указано и можно бодро топать в сторону города Ит. Однако вежливый подросток до сих пор стоял на месте.
— В чем дело? — поинтересовался Шао Баожай. — Тебе же подсказали путь. Почему ты все ещё торчишь здесь?
Действительно, почему?
— Прошу прощения, но…
— Не тяни! Говори, что не договорил и убирайся. Не мешай отдыхать господину!
Гай Юэ подумал, что новоиспеченный ученик, который бегает перед ним на задних лапках, чересчур уж хамовато ведёт себя по отношению к робкому юному собеседнику. Поэтому снисходительно сказал подростку:
— С тобой что-то случилось? Отвечай, здесь тебя никто не обидит. А на Баобао не обращай внимания. Он слегка грубоват, но вовсе не злой человек.
Баобао заткнулся, а подросток ответил:
— Когда я шел по дороге, на меня чуть не напали какие-то бандиты. Теперь я очень боюсь идти в город один.
Ученик молчал недолго и опять сунулся в разговор:
— Да кому нужно на тебя нападать? По-моему, ты врешь. Дорога пустая.
— Простите, но я не вру…
— Ты уже забыл, что было сегодня утром? — сердито спросил Гай Юэ. — Напомнить? И откуда у тебя взялась такая чёрствость?
— Извините учитель, — пробормотал Шао Баожай, однако все же не до конца сдался. Ему явно хотелось, чтобы непрошенный гость поскорей убрался подальше. — Но все же это подозрительно. Как он вообще нас нашел? Ведь нас с дороги не должно быть видно.
— Я заметил дым над кустами. Догадался, что кто-то разжёг костер. И… подумал, что если это добрые люди, я смогу попроситься дойти вместе до города. Если нам по пути.
— Интересно, как ты определяешь добрых людей? — спросил Гай Юэ.
— Ну… я не сразу подошёл. Спрятался в кустах и понаблюдал за вами. И подумал, что вы благородные господа и не обидите меня, такого невезучего и бестолкового.
Это было довольно туманное объяснение, однако Гай Юэ вполне устроило. Он почесал кончик носа и изрек:
— Сегодня я только и делаю, что кого-то подбираю на своем пути! Не хватало только встретить бездомного котенка, мимо которого точно не пройду… Ладно, пойдешь с нами. Мы тоже направляемся в город Ит. Потом даже можем проводить тебя до дома твоих родственников.
Обрадованный паренёк поклонился и принялся восторженно благодарить. Гай Юэ прервал поток благодарностей и спросил:
— Как тебя зовут, кстати?
— Мое имя Ши Чжицян, господин.
— Отлично. Я — Цинь Болин, а это вот Шао Баожай. Он немного постарше тебя но, надеюсь, вы подружитесь.
Судя по выражению лица Шао Баожая, тот был вовсе не в восторге от подобной перспективы. Зато Ши Чжицян произнес:
— Я буду счастлив подружиться с лао Баожаем.
По сравнению с Шао Баожаем, он казался совсем хилым и хрупким. Да и ростом был невысок. Ему было не больше четырнадцати-пятнадцати лет. Одет чистенько, но бедно, на голове — довольно нелепая, на вкус Гай Юэ хлопковая шапка, почти скрывавшая волосы. Вообще Ши Чжицян казался робким, даже жалким и уж точно совершенно неприспособленным к дальним пешим переходам. На месте родителей Гай Юэ не отпустил бы его из дома шататься по большим дорогам. Хотя, может, он сирота, поэтому и направляется к родственникам? Гай Юэ такая версия показалась весьма вероятной. Поэтому он не стал расспрашивать своего нового попутчика, дабы не бередить раны, и бодро сказал:
— Сейчас Баобао покормит малыша и двинемся в путь.
***