Заглянувший

– Какая встреча! – Архант театрально всплеснул руками. – Какие гости! Наш влюбленный должен был сдохнуть в Яме, но снова здесь. Почему-то, по какой-то непостижимой причине, Хаос его выбрал! Но нашему влюбленному не интересна власть! Видите ли, наш влюбленный никак не отыщет свою девушку Шредингера! Так, может, не стоит искать, пока она одновременно и мертва, и ЖИВА?

Стиснув зубы, я молчал, вкладывая в это молчание всю накопившуюся ненависть. Изо всех сил старался выровнять дыхание.

Однако Люше это не смущало:

– Угораздило же тебя влюбиться! Как это вообще произошло?! Ты мог бы достичь таких высот! Мы могли бы объединиться и вершить судьбы! А теперь что? Ты – никто! Проклятый, обреченный, жалкий!

– Почему ты так ненавидишь людей? – Обездвиженный, я не мог пошевелить и пальцем.

– Не надо наговаривать, я очень люблю людей! – Его улыбка стала шире. – С вами весело и сытно! Особенно когда получается что-то глобальное: прорвать плотину, взорвать электростанцию, спровоцировать геноцид, поставить идиота у власти. – Люше явно наслаждался своим триумфом. – Сами про себя вы думаете, что разные. Со своей стороны, я заявляю – вы одинаковые. Абсолютно! Человечество – это несколько миллиардов представителей коллективного сознания с атрофированной функцией телепатии. Стадо одинаково мыслящих существ, но при этом разобщенных и глухих друг к другу. Эгоистичных, а потому слабых. Для моего восприятия вы все те же обезьяны, какими были. Не вижу большой разницы. Все ваши решения основываются только на инстинктах. Вы – животные, а божественная искра в вас так и будет всего лишь искрой. Крошечной и мимолетной.

– Хочешь убить – убей, только не изводи болтовней, – огрызнулся я.

– Аргх! – взорвался Люше. – Ты уже достал своей заносчивостью! – Он прокрутил кулак, причиняя мне новую боль. – Если бы я хотел убить тебя, ты бы давно сдох!

Перетерпев пытку, я ехидно поинтересовался:

– Неужели ты снова решил меня спасти? Опять филина призовешь?

– Нет у меня никакого филина!!! – его голос искрился яростью.

– Тогда откуда ты узнал, что он вытащил меня из пропасти?

– Выхватил это воспоминание и обернул в свою сторону!

– Ну и чья же, по-твоему, эта птица?!

Люше хотел что-то ответить, но внезапно выражение его лица резко переменилось с раздраженного на озаренное. Прямо сейчас он понял нечто важное.

– Шейн, я чую арханта, чью жестокость ты недавно выпил, –

объявился Хоррморр. –

Это точно он, я ощущаю родство! И он здесь!

К нам приближалась неестественно худая фигура, облаченная во все черное. Расстояние стремительно сокращалось. Я узнал его только по походке – гордой и статной. Андрас выглядел истощенным, больным, его длинные черные волосы поредели, а во взгляде читалась крайняя степень усталости.

– Отпусти Шейнела. – Под маской спокойствия впервые ощущалось волнение. Андрас приготовился атаковать. – Ведь тебе нужен не он, а я.

– Прекрасно, что ты нашелся сам. – Одной рукой Люше удерживал меня, другую предупреждающе направил в сторону Андраса. – Как давно я мечтал, чтобы ты дал хотя бы малюсенький повод… Но то, что натворил ты, – за гранью понимания! Теперь я разгадал твою странную связь с этим человечишкой! Теперь я знаю ваш секрет! Но вот беда: я никогда не умел их хранить!

Андрас предпринял попытку напасть, но Люше отразил удар и тут же отправил во врага ледяные шипы. Тот едва увернулся. Не дав возможности опомниться, Люше запустил следующую партию льда. Шипы чуть было не впились в грудь Андраса, но в последний момент он усилием воли их развернул и метнул назад.

Люше засмеялся, готовый к этому, и тотчас растворил шипы в воздухе. Из его ладоней вырвались металлические искры, полоснувшие Андраса по щеке. Тот даже не поморщился, когда из глубокого пореза выступила серебристая вязкая энергия и потекла по лицу.

Изо всех сил я пытался побороть парализованное состояние, в то время как силы двух архантов сталкивались меж собой. Пока Андрас старался потеснить Люше, он напирал с другой стороны. И вот – Андрас сделал шаг назад. Затем еще один. И еще.

Похоже на отступление.

Люше рассмеялся еще громче. В нем бурлила ярость, которая сохраняла и приумножала его демоническую мощь. Сильным порывом ветра он попытался сбить Андраса, однако тот отразил поток, еле устояв на ногах. Очередной удар пришелся Андрасу прямо в грудь, впечатав арханта в стену.

Он больше не мог сопротивляться. Бой проигран, а я все еще не понимал, что это может означать для меня.

– Блок вот-вот спадет. Как только почувствуешь, что свободен – беги!

– сказал Хоррморр, щедро напитывая меня фата-гали.

Тяжело дыша, Андрас оперся о стену:

– Ты, как обычно, сделал выводы, не разобравшись.

– Заткнись! – Кошачьи зрачки Люше сузились в две колкие черточки. – После всего, что ты устроил, у тебя больше нет права говорить! Ты был единственным, кому доверял Древиан Смоур, но ты предал его!

– И что, теперь убьешь меня?

– Предоставлю это верховному властелину. – Махнув рукой, Люше заковал обессиленного арханта в цепи. – Хочу увидеть твою смерть от ЕГО руки.

Из тьмы, рыча и скаля зубы, вышел халгер-переросток. Пес зажал Андраса в пасти, как тряпичную куклу, и унес во мрак.

Взбешенный Люше резко обернулся ко мне:

– Знаешь, я передумал. – В его руке появился комок черных молний. – Очень самоуверенно было вломиться сюда, пытаясь обокрасть темнейшего владыку!

Взгляд Люше торжествующе вспыхнул, а затем внезапно помутнел, руки расслабились и опустились. Разряды черных молний сами собой погасли.

– Вот это фанатизм, – из-за его спины выбежал Иларем.

Теперь, когда Люше провалился в гипнотический сон, паралич исчез, и силы моментально восстановились.

– Бежим! – крикнул друг. – Эффект не продлится долго!

– Что ты с ним сделал? – едва поспевая, я изумленно глянул на Иларема.

Вырубить верховного арханта с такой легкостью у меня бы не вышло даже с поддержкой Хоррморра.

– Это не я, а дарги. – Иларем поднял руку, и я разглядел хорошо знакомую металлическую коробочку для ловли лесных вредителей. – Не смог продать наш последний с Шухом улов. Дорожил им. И не зря! Вон как все обернулось!

Удирая, мы слышали утробный лай халгеров: они нагоняли.

– Хоррморр, ты ведь знаешь этот лабиринт, – взмолился я. – Где нам спрятаться?!

– Проблема в том, что знают и ОНИ,

– отозвался дух.

– Что мы можем придумать прямо сейчас?!

–