Заглянувший

Я впервые отказался выполнять задачу наставника, рискуя всем, чего здесь добился.

Флайна взметнулась к звездам, и до меня донеслось ее благодарное пение. Теперь не важно, оставят меня в академии или прогонят прочь. Я поступил так, как счел нужным, и никакие мудрецы не разубедят меня в правильности принятого решения.

Провожая ее взглядом, я ревновал к деревьям, на чьи ветви она мягко опустится. Завидовал каждому, кому предстоит повстречаться с ней. Но при этом мне не хотелось завладеть ею. Она ничья, пусть так и будет.

Адвены наградили нас свободой. Почему? Потому что сами не станут принуждать или захватывать, не станут требовать беспрекословного подчинения. Высшим не нужны безвольные рабы, они презирают рабство. Им не нужны поклонники, ожидающие награду за преклонение. Если Адвены за что-то и награждают людей, то за победу над слабостями, однако никогда не позволят счастью длиться слишком долго. И примкнуть к ним можно, лишь не утратив индивидуальности.

На рассвете я направился к Вителиану, чтобы обо всем рассказать. Сидя за столом, он разглядывал какое-то очередное растение, как и в тот день, когда я проходил здесь первую проверку. Приблизившись, я поставил перед ним пустой пузырек.

– Ты отпустил ее. – Вителиан покачал головой. – И упустил шанс понять.

– Теперь я счастлив.

– Нам хватило бы одной ее слезинки, но ты не стерпел и нескольких выпавших перьев. Надеюсь, ты сознаешь, что, скорее всего, нам больше не представится случай изучить эту редчайшую птицу. А ведь ты сам вызвался помочь.

– Хаос – это не путь добра и не путь зла. Хаос – это следование собственным убеждениям. Для человека, избравшего этот путь, не существует авторитетов или негласных правил. Только совесть – его закон. Я прислушался к голосу совести и поступил так, как счел верным. Разве это не то, чего вы ждете от нас?

– Что ж. Твоя правда, Шейн. – Вителиан встал из-за стола и подошел к окну. – Итак, ты полюбил птицу и поэтому отпустил ее на волю, – задумчиво отозвался он, глядя вдаль. – Теперь постарайся с этой позиции посмотреть на свои чувства к Альенис. Просто подумай над этим.

После нашей встречи с Вителианом в его кабинет прибыли Армвелл с Лариной, чтобы решить мою судьбу. И судьба эта будет решаться без моего участия, за закрытыми дверьми.

Я предпочел не строить догадок, а просто наслаждаться свободным днем, отправившись в кристальную пещеру, о которой столь часто вспоминал. Здесь ничего не изменилось – глейсианские деревья все так же источали нежный свет, а небольшое озеро посреди сада беспокоили только крошечные шарики света, проплывающие над его поверхностью.

В зеркальных стенах пещеры я, как и тогда, увидел себя со стороны. Внешний облик почти не изменился. С виду оставался все тем же, но изнутри теперь вырывалось сияние. Оно являлось как бы моим продолжением, не умещаясь в человеческом теле.

И я действительно переполнял себя. Словно теперь могу объять весь мир, а ведь до этого момента даже не задумывался об этом. Изменения происходили постепенно, и я не замечал, что становлюсь другим.

Зрение, слух, осязание слились воедино, дополнились незнакомыми удивительными чувствами. Открылись новые цвета и звуки. Они сливались вместе, образовывая причудливые формы. Окружение воспринималось мгновенно и полностью, раскрывая суть происходящего. Я постоянно ощущал озарение, которое больше не покидало меня.

Научился общаться не словесными образами, а идеями. Мысль стала импульсной, охватывающей невероятно большие объемы. В этой поразительной четкости взгляд парил над общей картиной. Я мог видеть причины и следствия, а ответы открывались сразу со всех сторон.

В моей душе царила ясность. Я словно погрузился в ангельскую обитель – мир, сотканный из светлых идей, из истинного знания. Вечного и неизменного. Отсюда материальный мир, Асперос, казался коротким сном, чем-то совсем нереальным. Я вознесся над земными желаниями, стремлениями и страстями, полностью освободившись от них.

А еще – я теперь видел сайзаров. Может быть, потому, что моя душа стала созвучна их светлым душам. Может быть, потому, что настало время учиться у них, и Эйдор открыл передо мной еще одну грань реальности.

Как бы то ни было, отныне я мог узнать о сайзарах больше.

Их долг – оберегать людей и направлять. Они хранят человечество, стараются предотвращать конфликты, чтобы уменьшить ущерб от людских ошибок.

Являясь прямыми посредниками между Адвенами и людьми, они сплочены великой миссией творения. Ни один сайзар не станет преследовать эгоистичные цели вопреки вселенскому организму. Стать сайзаром – значит поддерживать целостность, сохранность и развитие всего сущего. Истинное счастье ими понимается в стремлении к совершенству, не знающему пределов.

Сайзары всегда находятся рядом с теми, кто мирно созерцает и чувствует бога. Их энергия трансформируется в образы, которые в материальном мире воспринимают самые светлые и развитые люди. В дальнейшем они смогут распространить информацию среди остального населения, делая более доступной для понимания. И тогда позитивные изменения затрагивают все последующие уровни. Если их помощь отвергают, они направляют ее другому – в этом проявляется их уважение к свободной воле каждого из нас.

Сайзары неустанно корректируют нашу историю. Им видимы последствия каждого действия, возможный конечный результат и все отрицательные стороны преобразовательного процесса. Они просвещают нас, посылая гениев и вдохновляя их, способствуя всеобщему миру и гармонии.

Я чувствовал, что нахожусь у подножия Амаи, райских садов. Там не существует ни зла, ни тьмы, ни единого дурного порыва. Пребывающие там не сталкиваются ни с архантами, ни с результатами их деятельности. Там царит только свет, всепоглощающая любовь и блаженное спокойствие.

Но я не сайзар и не смогу им стать, поскольку самоубийцы никогда не становятся таковыми. Я не могу отправиться в Амаи, следуя голосу далеких звезд. Да и что бы я там делал? Помогал другим? Приумножал добро? Конечно, Альенис была бы счастлива узнать, что не напрасно отдала за меня жизнь, но я все еще не знал, что с ней случилось.

Опыт пребывания в мире духов велит верить в невозможное. Мир духов – сам по себе невозможен, но он существует.