Заглянувший

– Главное не то, что происходит с человеком, а то, как он относится к происходящему. Привязанность и чувство собственности – это проявления эго. Любовь, основанная на подобных эмоциях, непостоянна, она ведет человека в пучину страстей и разочарований, в мир иллюзий, в мир лжи. Такая любовь не развивает дух, и ее вполне можно назвать инстинктом. Истинная любовь не ограничивает и не сковывает. Она свободна и легка. Что касается этой красивой девушки, о которой ты мечтаешь… Такую мечту легко украсть, тем более столь искусному вору, как Древиан Смоур. Ему больше всего нравятся красивые и чистые мечты.

– Что вы предлагаете?

– Правильно мечтать. Как ни странно, этому тоже нужно учиться. У тебя еще будет время об этом подумать, а пока – устрой себе несколько выходных. Я договорюсь, чтобы тебя никто не беспокоил.

Во мне происходили стремительные изменения, но и окружающий мир преобразился. Прогуливаясь по саду, я то и дело подмечал мелочи – как расцветают цветы, как образуется роса, как клубятся облака, как колышется листва на деревьях. В каждой детали я находил удивительное и все чаще задавался вопросами мироздания.

Для чего нужно время? Время – инструмент выражения перемен.

Что есть перемены? Движение вперед. Изменения внешние, видимые для наблюдателя, и внутренние, остающиеся для наблюдателя скрытыми.

Но что тогда изменения? Это и есть жизнь.

Медитируя, я видел далекое прошлое. Видел крошечную точку вне времени, вне пространства – сжатая Вселенная. Была ли эта точка живой? Еще нет. Для того чтобы стать живой, нужно начать движение вперед. Что-то должно послужить толчком, чтобы произошел взрыв, и Вселенная стала расширяться, образуя первичные раскаленные туманности, из которых потом сформируются звезды.

Прежде чем возникло все Вселенское многообразие, была лишь одинокая неживая частица и сила, которая частицу оживила. Сила не внутри одинокой неживой точки и не снаружи, поскольку снаружи не было ничего. Сила была ИЗВНЕ. Из какой-то другой непостижимой реальности.

Мои чувства обострились, понимание мира расширилось. Я ощущал себя одновременно всеми земными существами. Знал, как они мыслят и в чем нуждаются. Я словно отыскал связующие звенья, благодаря которым представления о жизни на Земле стали прочными, истинными. В том, что раньше казалось случайным, теперь виделась закономерность.

Наблюдая за насекомыми, я понимал: Высшим духам не важно, кто сегодня выиграет бой между колониями черных и красных муравьев. Им не важно, чья царица-матка произведет большее количество яиц, не важно, переживет ли зиму семейство муравейника, достаточно ли у них запасов. Высших не заботит жизнь отдельного муравья или отдельной колонии.

Важно лишь участие муравьев в пищевой цепи, влияние на биосферу. Важна аэрация почвы, которую они выполняют, важна их приобретенная тысячелетиями организованность.

А звезды? Разве им важна человеческая возня? Звездам даже неизвестно слово «человек», но у них есть сестра-Земля. Вселенной не нужно следить за неким отдельным духом, будь то человек или животное, или все тот же муравей. Ей важно, чтобы планета Земля была здорова, крепка, чтобы она училась и взрослела рядом со своими сестрами и братьями.

Если же смотреть еще дальше, будет ли важно Высшим богам, кто погибнет в противодействии добра и зла, а кто выживет? Значение имеет только взаимодействие этих сил и то влияние, которое они оказывают на Многомирье.

Люди – такие же муравьи. Что говорить о тех сомнениях, с которыми мы мечемся между добром и злом? Вселенское сердце бьется не от сомнений, а благодаря усилиям. Усилиям творящих. А чтобы научиться творить, нужно уметь созерцать, удивляться, задаваться вопросами, присматриваться, находить несовершенства и знать, как улучшить мир. Именно такое знание отличает творца от посредственного наблюдателя.

В заключительный свободный день я решил поискать записи об Айзероне Мерхесе в библиотеке Белого дворца. Найдя несколько книг с его упоминанием, я выбрал укромный закуток между стеллажами и, усевшись прямо на пол, принялся читать. Чем больше я узнавал, тем сильнее казалось, что на пожелтевших страницах отпечаталась история, которую однажды должен был прочесть именно я.

О жизни этого человека в материальном мире, в Асперосе, почти ничего не известно. В книгах изложены лишь сухие факты, но их оказалось достаточно, чтобы понять его мотивы.

У Айзерона Мерхеса была прекрасная семья: красавица-жена и двое ребятишек – сын и дочка. Они наверняка гордились, что глава их семейства – уважаемый известный исследователь. Работа, о которой другие даже мечтать не смеют, приносила достаточно денег, чтобы они ни в чем не нуждались. Но главное – в его работе был смысл. Смысл в просвещении. Перед ним лежал весь мир, но стихия уничтожила всю его жизнь в одночасье во время экспедиции на восток.

Не только арханты способны причинять вред, иногда это делают духи стихий. Объединившись, они образуют фатальное буйство, обращаясь в ураганы, пожары, тайфуны, провоцируя землетрясения, наводнения и цунами. Так они выражают протест против вмешательства в экосистему.

Потребительское отношение к природе приводит к ее угасанию, если вовремя не дать понять людям, что баланс может быть необратимо нарушен. Ценой гибели тысяч природа пытается спасти население всей планеты от великого вымирания. Но если точка невозврата подкралась слишком близко, духи стихий переходят к тотальному истреблению через катаклизмы.

Препятствовать природным духам бесполезно. Благополучие экосистемы важней, чем существование цивилизации. Если технический и научный прогресс привел человека к неспособности беречь леса, к неспособности поддерживать чистоту рек и озер, если прогресс уже не позволяет загрязненному воздуху и почве очиститься, не дает планете отдохнуть от токсичного вмешательства – такая эгоистичная цивилизация не послужит должным образом ни себе, ни планете, ни Вселенной.

А ведь когда-то духи стихий были благосклонны к человечеству, пока мы сами не разорвали дружественные связи с природой, причиняя ей тяжкий вред. Страшно представить, что близится час, когда мы станем смертельными врагами, ведь против стихии у нас нет шансов.